...за счастьем! (СИ)

Потом Иса засуетился вокруг меня, попытался подхватить на руки, но я вывернулся.
— Малыш?
— Иса, умоляю тебя, перестань называть меня малышом! У меня имя есть!
— Да?
— Ну, конечно, у всех есть имя… Эзра меня зовут.
— У тебя действительно есть имя? Так… ма… в смысле, Эзра, давай ты мне еще расскажешь про людей? У нас обычаи очень отличаются. И все-таки иди ко мне, а? Не упрямься. Ты очень медленный…
  
В общем, в покои Исы я снова ехал. Король прав — я действительно тормоз по сравнению с ним. У нас снова был долгий разговор про людей, особенно Иса упирал на отношения между самцами и самками. Я так понял, что жук сначала собирался подселить меня к своему гарему, но так как парень он башковитый, то в какой-то момент сообразил: сначала стоит спросить у меня, раз уж я разговаривать умею. И очень удивился моей злости.
— Эзра, мой хороший, я не знаю чем вызвал ярость… пойми — в той пещере у меня хранится самое ценное. Мне было бы спокойнее, если бы ты тоже жил там. Самок охраняют особые отряды воинов — они будут защищать всех, кто находится в пещере, любой ценой.
Ну, вот — опять. Вроде, приятно должно быть: я — самое ценное. А с другой стороны — законопатить меня к мерзким самкам? Фу! Все время с ним так: комплимент был выражен в грубой, оскорбительной форме…
— Да от кого охраняют-то? — поинтересовался я для того, чтобы немного отвлечь себя от негатива, ведь Иса-то просто заботиться пытается, на свой жучиный манер.
— От врагов. Случаются у нас набеги. Понимаешь, можно ведь заменить кого угодно, но самки — это сама жизнь.
— А ты?
— А я должен руководить обороной. Моя жизнь важна, но… будут самки, будет и новый король.
— Так. Про оборону и все такое мы еще поговорим. Раз уж я здесь, то придется принять участие…
— Ха-ха! Малыш, ты такой маленький и хрупкий, чем ты сможешь помочь? — Иса звонко рассмеялся и ласково, как несмышленыша, погладил меня по голове.
— Я не маленький! — возмутился я, столкнулся с ехидным взглядом Исы и тут же стушевался. — Ну, только если по сравнению с тобой… в общем, у людей есть разные штуки. Специально для войны. Они мощные, и их можно купить. Но есть определенные ограничения. Тебе — не продадут. Законы такие. А вот мне кое-что купить удастся.
— Я слышал про хитрые устройства людей, но никогда ничего подобного не видел.
— Ну, ты и людей-то, судя по всему, почти не встречал.
— Пару раз нам попадались. Уже неживые, к сожалению. Один раз говорил с торговцем. В общем, ты прав. Возможно, мне не стоит отвергать помощь, прежде чем увижу, что именно мне предложено. Эзра, дорогой, подумай хорошенько — может, все-таки с самками тебе будет уютнее? Если… если тебе будет тяжело удержаться — как самцу, то… я готов поделиться с тобой, хочешь?
— Что? Иса, ты предлагаешь мне самку?
— Мне для тебя ничего не жалко, малыш! — нежно проворковал жук.
— О! — я уже догадался, что это очередная попытка сделать мне приятное. — Как щедро. Наверное… Я так понимаю, они у вас ценятся. Спасибо. Но самка мне не нужна. Э… даже не знаю, как приступиться к этому… Иса, у людей принято делиться на пары. И секс вне пары — это измена. Большинство людей относятся к акту измены крайне болезненно. Часто она ведет к расставанию пары.
Конечно, Иса очень удивился. А потом до него дошло, что и его секс с самками мне не понравится.
— Ладно, допустим, теперь я перестану к ним заглядывать, чтобы приласкать и снять напряжение… но воспроизводиться-то надо?
— И как часто? — хмуро поинтересовался я.
— Ну, хотя бы раз в год…
— Раз в год, по строгой необходимости — я потерплю.
Иса затрепетал усиками — я начал злиться при одной мысли о том, что король будет трахать эту гадость, и жук постарался успокоить: ловкие беспокойные пальцы пробежались по плечам, на миг замерли, а потом затеребили одежду.
— Эзра, ты очень соблазнительный человечек. А с какой периодичностью ты собираешься дарить мне свои ласки?
Весь вид Исы говорил о том, что самое время для нежного перепихона. А у меня все еще тянуло в заднице. С непривычки. Вздохнув, пообещал показать один способ, который возможно, не известен Исе.
— Только давай сразу договоримся — вероятно это сначала покажется тебе странным или… ну, я не знаю, каким-нибудь правилам противоречит…
— Знаешь, малыш, после такой вступительной речи мне уже немного боязно, — Иса задумчиво перебрал ногами, я, передразнивая его тон, пропел:
— Ну, что ты, все будет хорошо, ты только не волнуйся, мой красивый!
— Эзра… а я похож на человеческую самку? — с некоторым подозрением спросил Иса, на всякий случай делая несколько шагов в сторону от меня.
Конечно, его наивный маневр не остался мной незамеченным. Ага. Так я и думал! Иса-то у нас, похоже, мачо — ни полшишки в жопу!
— Нет, — со смешком признался я, — Иса, ты нисколько не похож на женщину.
— А… не понял. Но я тебе приятен?
— Да. Я вообще-то предпочитаю мужчин. Могу и с женщинами, но мужчины лучше.
— Ты самец и любишь… самцов? — эта концепция, по-видимому, с трудом воспринималась Исой.
— Да.
— Знаешь, я слышал, что в других колониях есть самочные самцы… погоди, у тебя были самки?
— Ну, были. Но мы как-то не сошлись и расстались. Они у людей разумные, я вроде об этом упоминал. Иса, давай, иди ко мне…
Я похлопал рукой по покрывалу, и Иса, пострекотав что-то себе под нос, разоблачился и залез в «гнездо». Как я и ожидал, моя попытка сделать минет сначала вызвала в душе Исы легкую панику. Если человек еще как-то приспособлен для такого вида любви, то полужуки — нет. Мы с ним даже не целовались еще. Губы у Исы были обычные, как у человека, а вот зубы — нет. Там, за щеками, ходили какие-то страшные жвалы, похожие на клещи. Может, еще что-то было — он ведь чем-то щелкал и стрекотал, и я так и не понял — чем. Я знаю, что кузнечики стрекочут, двигая надкрыльями, может, и Иса издает щелкающие звуки не ртом, а чем-то еще? Впрочем, не суть. Главное — с эдакими лезвиями во рту, оральный секс превращается в оскопление, так что когда я наклонился к члену Исы, он занервничал.
Пришлось открыть рот и продемонстрировать зубы, и мягкий гибкий язык. Иса изумленно пощелкал, перебрал лапками и позволил-таки мне приступить к акту дарения любви и ласки. Заглатывать неизвестную жидкость я побоялся — вдруг у него сперма какая-нибудь активная, еще прорастет… слышал я пару душераздирающих историй про неосторожных контактеров с неизведанным. Кончив, Иса еще некоторое время постукивал лапками и тихо стрекотал, а потом произнес:
— Малыш, это было просто волшебно! Никогда такого не испытывал!
— Ну и хорошо. Потому что все время в жопу ебаться никакой зад не выдержит.
— Да? — удивился Иса.
— Знаешь, на эту тему разное говорят, но в одном все сходятся — если болит, надо переждать.
Уже произнеся эту фразу, я сообразил, что про боль упоминать не стоило. Иса завертелся вокруг, перевернул меня на спину, не смотря на сопротивление и ворчание — раздел, осмотрел, ощупал… пришлось долго уверять его, что после длительного перерыва неприятные ощущения — почти норма и нужно всего лишь несколько дней покоя. В итоге до самого вечера я лежал, ибо Иса очень серьезно воспринял мои слова о покое. И смешно, и приятно, и раздражает.
  
***
Мы с Исой заново узнавали друг друга. Пока я жил в колонии на непонятном положении не то пленника, не то нахлебника, Иса проводил со мной много времени, но мы болтали в основном о пустяках. Иса блестел глазами, рассыпался в намеках, все время норовил дотронуться, пусть мимоходом. Можно сказать — мы флиртовали, но не общались. Теперь же, после того как я вернулся, мы пытались понять друг друга. Выспрашивали подробности, уточняли, переспрашивали, чтобы не попасть в ловушку недопонимания.