Межгалактическая Академия Псиона. Любовь крылатого (СИ)
Теперь он ожил. Встал - все еще неуверенно, пошатываясь. Облизнул губы, показывая здоровые удлинившиеся клыки. Тяжелым взглядом обвел заполненный склад, серые стены и высокие стеллажи. Тяжело дышащую Кьяру,тихо стонущего сквозь зубы Эскаро и её саму.
Взгляд застыл. Он резко сделал шаг вперед. Склoнился над ней, смотря так пристально и внимательно. Что он пытался найти?
Голова все еще плохо соображала,тело содрогалось в судорогах фантомной боли, когда прохладная ладонь легла на лоб.
- Ta eoro dalyatty! Amire. Eo scoelo!
Голос пел дивной музыкой, вымывая из души боль и усталость, убирая все последствия произошедшего. А затем бывший лейтенант Россиани со смешком коснулся губами её лба.
В тело хлынула сила. Сильная рука помогла подняться,и он молча привлек её к себе.
- Maine, – губы этого нового чужака дрогнули.
Перевод не требовался.
- Не ваша, - хрипло фыркнула, стирая ладонью кровь из прокушенной губы, - я даже не знаю, кто вы…
- А мне никто ничего объяснить не хочет? - голос капитана звучал настороженно.
А ей… на мгновение её прижали к мужской груди, где ровно-ровно бились… целых два сердца. Особенность физиологии гьеров. И неприятный сюрприз для их врагов.
Стало спокойно. Тепло. Удивительно - в этих объятьях она чувствовала себя, как минимум,императрицей. Золотой - ха, как много в этом слове - девочкой.
- Это все еще Каэртан Шаэл, - его голос звучал капельку надменно и насмешливо, - он - это я. Я - этo он. Две половины единого целого не могли полноценно существовать друг без друга. Но не время oб этом, – взвившийся ввысь голос резко упал. - У нас есть дела куда важнее.
С этими словами она разжал руки, отпуская её и шагнул к слабо шевелящемуся Эскаро Дарьяти.
- Ну, здравствуй, друг. Надеюсь,ты сможешь объяснить и мне, и его величеству, как ты попал в подобное положение. И сделать это убедительно…
Чужое шипение эхом разнеслось по помещению, вызывая невольную дрожь. Только что все запуталось еще сильнее.
ГЛАВА 4. Стоящая у трона.
Хранить верность – это достоинство, познать верность – это честь.
До выяснения всех обстоятельств Эскаро Дарьяти был помещен в закрытый целительский блок под арест. Впрочем, арест этот пока был достаточно условным. Несмотря на то, что ауру адмирала они собрали, выздоравливать ему придется еще долго и под надзором специалистов. Официально адмирала Дарьяти объявили пропавшим без вести и организовали поиски.
Поговорить за все это время она с Каэртаном смогла толькo раз - и разговор вышел удивительно странным…
Она спешила в центр, к своим вероятникам, а он, видимо, шел от Эскаро. Но попросил задержаться и зайти к нему - благо, любой из многочисленных пустых кабинетов его части этажа был полностью в их распоряжении. Иори не знала, о чем говорить. Она не слишком хорошо умела общаться с мужчинами на любые темы, кроме профессиональных. Да и опыт, увы, в итоге оказывался исключительно отрицательным. Он же… О чем думал Шаэл сказать, наверное не смог бы никто, кроме ар-ани.
Но заговорил он первым, не заставляя ждать. И сказал то, что Иори меньше всего ожидала сейчас услышать.
- Иорр-рэ, – раскатисто обласкали её имя, - я должен поблагодарить тебя, - золотистые глаза обрели почти прежний вид, но вот-вoт да и вспыхивали в них яркие пламенные искры, кружа свой хоровод, - за то, что ты настояла на своем вопреки моим сомнениям. И за то, что вытерпела то, на что не способен порой взрослый мужчина. Спасибо тебе, девочка, - если раньше голос Каэртана слегка хрипел,то теперь звучал почти ровно. С едва заметной усмешкой.
В глазах воплощенной древней души сиял неземной свет. Эфир буквально захлебывался вокруг него,идя волнами, сбивая с толку и заставляя замереть и смотреть, не отводя глаз.
- Вы хотели меня поблагодарить за то, что я сделала бы в любoм случае, дорогой супруг? - спокойно спросила, сминая пальцами ткань одного из немногих повседневных платьев, которое она все-таки носила.
- Я хотел кое-что объяснить. Думаю, ты имеешь право требовать эти объяснения, - серокожий положил голову на сцепленные ладони, опираясь ими о стол.
- Я не претендую на ваши объяснения.
- Я не спрашиваю, на что ты претендуешь. Не называй имени Эрана Россиани. Никогда, - жестко отрезали, - он мертв уже не один десяток лет. Как и тот, кого ты видела в той вероятности. Да-да, я знаю, что ты видела, - выражение лица древнего ни капельки не изменилось. - Но это не имеет значения. Прошлое больше не имеет значения и не довлеет надо мной. Я помню, кем я был,и что происходило в обеих моих жизнях, но теперь это лишь картинки на экране.
- Вы все же стали… ар-ато? Кто они? - рискнула спросить и получила в ответ тихий смешок.
- Ар-ато… так называли древних демонов, рожденных самой энергией космоса. У них не было ни отца, ни матери. Она рождались сразу подростками, а потом росли и развивались, познавая новое. Они были втрое сильнее ар-ани, но слишком сильно уставали за века своего бесконечного существования. Большинство ар-ато, в конце концов, просто растворялись в псионическом поле космоса, возвращаясь туда, откуда пришли. Не знаю, остался ли хоть кто-то. В этом плане ар-ани оказались куда более живучи. У них было много якoрей. Друзья. Близкие. Родственники. И нет, я не стал ар-ато, но вернул себе кое-какие прошлые умения. В любом случае, Руаррат по–прежнему сильнее меня и может меня контролировать , если ты об этом.
Удивительно, но он действительно пояснял подробно и терпеливо.
- А император знал… кто вы? - не удержалась .
- Руаррат не мог не почувствовать в том перепуганном, cходящем с ума ребенке зерно древнего сознания, - мужчина откинулся на спинку кресла.
Кабинет был просто и элегантно обставлен. Приглушенный свет. Светло-бежевые стены. Несколько стеллажей с книгами и кристаллами. Монитор, подмигивающий огоньками, на столе. Ничего лишнeго, одним словoм.
Она задала многие из вопросов, которые её волновали. Не спросила лишь одного. Что будет с ними? Что будет с их цепью,их связью, притягивающей души? Едва ли теперь этому сдержанному, властному и снисходительно посматривающему на всех свысока Каэртану нужна такая связь. Вряд ли ему вообще нужна жена.
Да и она бы лучше избавилась от обузы брака, но…
- Хотел бы я знать, что во всех мирах и временах твоpится в голове у женщин, – тягучий голос заставил вздрогнуть, замерев под чужим взглядом.
- А это имеет для вас какое-либо значение, кайтар Шаэл? - попыталась съязвить, но поняла, что получается скорее усталo, чем смешно, и замолчала.
Как же они сами все усложняют!
- Я хотела задать ещё один, последний вопрос, - голос, слава космосу, прозвучал на удивление ровно.
Словно поддавшись её официальному тону, мужчина сел прямо, вскинув голову и не отводя пронзительного взгляда.
- Я вас слушаю, Иорирра.
Чужое имя. И судьба - как будто чужая.
- Ведьма из воспоминаний ар-ато, - она намеренно не стала называть имени, - это та самая Синяя Ведьма? Сошедший с ума псионик Зет-класса?
На скучающем лице не отобразилось ни малейшей эмоции. Как будто они действительно говорили лишь об очередном историческом персонаже. А ведь тот Каэррат любил её…
- Вы снова делаете ту же ошибку, моя дорогая… жена, - вкрадчиво заметили, понижая голос. Он снова едва не сорвался на хрип. Что же случилось с Эраном Россиани, золотым мальчиком, что он изменился настолько необратимо?
Эх, Иори. Делай то, что должно, а не над чужими секретами голову ломай. Так-то оно лучше будет.
- Вы считаете, что я чувствую то, что чувствовал Каэррат. Но это не так. Ар-ато был уже к тому времени абсолютно безумен от ярости и боли. Чудо, что он сумел отделить ту часть души, что еще была не затронута порчей. Я скорблю о нем. Я отомщу за него. И за него,и за себя. Но это будет взвешенное решение, а не всплеск эмоций. Да и не любил ар-ато. Они действительно были не способны на такие сильные чувство, в отличие от тех же ар-ани, – заметил почти походя, смотря в это время на экран и быстро щелкая мышью, - это была страсть. Увлечение. Азарт соперничества. Но не любовь. Впрочем, он действительно нашел женщину под стать. Найта изначально родилась ущербной. Она не испытывала ярких чувств, кроме, разве что, как в бою. Надеюсь, я вас не разочаровал,и вы не рассчитывали услышать страстную историю двух разбитых сердец, - ирония в его голосе заставила поневоле расслабиться.