Двуликий. Дилогия (СИ)

Со станции, как и ожидалось, спешно выбежала дюжина крепких мужчин и стала осматривать местность. Пятеро рванули в сторону моего ресторана, а остальные выбрали мой угол и пошагали аккурат в мою сторону.
«Да ладно?!»
Я побежал по переулку вглубь дворов, но не успел сделать и пары шагов, как в мою сторону вылетела пуля, которая заставила перекувыркнуться и укрыться за мусорным баком. В переулке было темно и безлюдно, поэтому ждать помощи в ближайшее время не стоило.
– Он где‑то здесь… – произнес один из амбалов в рацию и убрал ту в карман.
Итак, судя по всему, эти люди были наемниками, что давало возможность определить для себя примерную скорость и силу каждого из бойцов. Стрелять те не боялись даже близ станции метро, а это говорило о принадлежности к властному и бесстрашному оябуну, либо же к безумцу, который потерял отца.
Получалось так, что и Манами их послать мог, и Нобору.
– Эй ты! – крикнули мне. – Подними руки и выходи!
«Ага, сейчас я подниму руки, а затем меня свяжут и перемесят мне все кости…» – думал я, проверяя способность своей ноги двигаться. Та, вроде, особого дискомфорта не создавала.
Собравшись духом, я осторожно подобрал камень с земли, обмотал его печатью взрыва и выбросил в сторону противников.
Да, печать хорошую эффективность имеет только в случае, когда узор выстроен в одной плоскости, но сейчас у меня не было выбора, а спугнуть их было необходимо. Я уже сталкивался с тем, что печать приходилось сминать. И эффект меня устраивал.
Не выходя из‑за укрытия, я подбросил камень в сторону обидчиков и подготовился к рывку.
Благо, никто и не понял, на что способен этот камешек. Один из мужиков, судя по всему, с ухмылкой потянулся за скомканной бумажкой и тут же с воплем отлетел назад. Взрыв был тухлым, но руку его обжечь сумел.
Остальные, решив, что я оказал сопротивление, тут же открыли огонь по мусорному баку, не позволив мне дернуть дальше. Они медленно стали наступать, выстреливая снарядами, которые, проходя сквозь стенки бака и мусор, больно впивались в мою спину. Защитный барьер до сих пор действовал, но все же не защищал меня должным образом.
«Вернусь домой и возьмусь за тренировки „би“‑энергии…» – думал я, ощущая теплые струи жидкости, текущие по спине.
Взяв в руки кредитную карточку, на которую мне когда‑то должны были перечислять стипендию, я приклеил к ней стик с печатью и, дав тому траекторию, выпустил в сторону солдат.
Я вновь напрягся для того, чтобы дать деру.
БАХ.
На этот раз взрыв был в несколько раз больше прежнего, так как печать была вырисована в одной плоскости. Пару человек определенно пострадало, да и взрыв оставил после себя в переулке густой слой дыма.
Но вот незадача, в переулке послышались шаги оставшейся пятерки солдат.
Я ловко приклеил пару взрывных стиков к мусорному баку и побежал по переулку прямо. Как только солдаты услышали мои шаги, побежали следом за мной и стали выстреливать.
«Нобору точно не стал бы приказывать подобное!» – думал я, виляя по переулку.
БАХ
Звук взрыва разнесся по всему переулку, немного оглушив и меня.
– А‑а‑а! – сзади послышались вопли солдат.
Мусорный бак я подорвал в тот момент, когда противники как раз пробегали мимо. Оценить ущерб толком не смог, зато, судя по воплям, убедился, что он есть. В кармане моем оставался тот самый счастливый револьвер, в котором было три патрона.
«Забегался что‑то и совсем забыл пополнить боезапас.» – оправдывал я в мыслях свою неосмотрительность.
Забежав за угол, я рванул направо и, ловко запрыгнув на пожарную лестницу, забрался по ней и скрылся за дверным проемом.
Снизу меня не было видно из‑за перекрывающей взор лестничной площадки, а с обеих сторон был довольно толстый слой кирпича.
К этому моменту солдаты в составе пятерых человек выбежали из‑за угла и стали осторожно пробираться по улице, в которой находился я. Судя по оставшемуся количеству, взрыв неплохо покалечил половину солдат, из чего я сделал вывод, что те имеют хилый защитный покров.
В руке оставалось еще три печати, но вот камней поблизости не было, а швырять скомканную бумажку было нерезонно. Ту снесло бы ветром.
 
«Шесть вооруженных солдат третьего уровня Ученика, три патрона… стреляют на поражение, а копы будут с минуты на минуту… нога побаливает, но не критично…» – оценивал я обстановку и свои шансы на победу.
– Он где‑то здесь, обыщите тут все! – рявкнул озлобленный наемник с обгоревшей мордой.
«Чтоб этих полицейских!» – выругался я в мыслях и вырисовал на руке печать притупления боли.
Удача удачей, но шальной снаряд получить не очень‑то и хотелось.
– Эй, он наверху! – вскрикнул солдат и навел на меня прицел.
«Раз… два… три… погнали, Марк…» – напряг я икры ног, убрал револьвер с предохранителя и приготовился прыгать.
* * *
Всем добра)
  
Глава 4
 
Выстрелы стали пробивать лестничную площадку, мешая мне подобрать верную траекторию для прыжка. Прицелившись, я уже подготовился к выстрелу, но тут же отдернул руку и вновь укрылся в проеме.
Издали послышались звуки полицейских мигалок, что могло говорить только об одном. За мной приехали.
«Ну‑с… так и быть…» – вздохнул я с облегчением.
Продолжать бой не понадобилось, около трех машин со свистом заблокировали проход наемникам. Из машин посыпались полицейские с вытянутыми стволами и заставили наемников прекратить вести огонь в меня.
– Оружие на пол, живо! – рявкнул коп, выбежавший из машины.
Один из наемников резко поднял ствол, попытавшись выстрелить, но тут же был подстрелен. Попытка скрыться тоже не удалась, он был притянут импульсом гравитации полицейского и быстрым ударом вбит в землю.
Остальные солдаты, поняв, что дело добром не кончится, оказывать сопротивление не стали, лишь побросали оружие и легли на пол, позволив полицейским себя связать.
«Как мило…»
Я все это видел, но выходить к ним не собирался, лишь убрал печати взрыва обратно в карман и затаил дыхание, застыв в дверном проеме.
«Как только меня увидят, запрут в обезьяннике до выяснения обстоятельств и оставят без разговора с Арьей… оно мне надо?»
Благополучно связав амбалов, полицаи закинули тех в машины и, включив мигалки, увезли из переулка. Через некоторое время приехала скорая, в которую посадили раненых солдат. Машину скорой помощи я не видел, но зато отчетливо слышал звуки ее мигалок и крики изувеченных наемников.
Вскоре все закончилось, и иначе, как большой удачей, случившееся я назвать не мог. Полиция в этой стране была просто ужасная. Если бы я вызвал их в момент нападения, то невольно замарал бы руки Эйджи японской кровью наемников.
«Еще новостей мне не хватало о том, что какой‑то там простолюдин с десяток солдат в одиночку положил…»
Я неспешно спустился с пожарной лестницы и приземлился на ноги.
Отряхнувшись, пошагал в сторону главной улицы, продолжая смотреть по сторонам. Пока выходил из переулка, набрал Ките. Теперь это было более безопасно.
Та будто ждала моего звонка. Приняла вызов спустя пару секунд.
– Ало… – скромно промяукала та в трубку.
– Кита‑сан… – постарался быть грубее. – Надеюсь, ты уже собрала свои вещи?
– Да, конечно! – отозвалась та. – С‑скажите, пожалуйста… вы ведь…
– Нет, я не злюсь, передай паршивцу Эйджи, что он тоже уволен, – перебил я ее учтивым тоном. – Обоим разрешаю написать заявление увольнения по собственному желанию, я сам виноват, что стал расхваливать паршивца. На тебя зла не держу.
 
– С‑спасибо, Шин‑сан! – выпалила красотка так, будто гора свалилась с ее плеч. – Еще… мне звонили друзья Каваши‑сана… угрожали расправой, Шин‑сан.
– Да? – задумчиво произнес я. – Интересно… хорошо, я позабочусь о том, чтобы тебя никто не тронул.