1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

Тэ-э-э-кс… Растягивают экран промежду стволов. Ходоки 'до ветру' вернулись, расселись, притихли. Бородач, хоть и за старшего, не в президиуме, а сбоку. Тоже кино смотреть собрался. Ну, и мы позырим…
Хроника… По берегу лагуны тянутся в никуда обозначающие трассу 'входа-выхода' камни. Ракурс дурацкий. 'Сверху-сбоку', словно на пальме криво сидишь. Так и есть, махнул через поле зрения перистый лист. Действительно, значит, на пальме камера пришпандорена. Самая высокая точка местности, ага… Чуть крутанулось поле зрения. Справа и слева – пустой атолл. Ветер и брызги, среди рифовых обломков. Так! Из серой кляксы, мигнувшей на пару секунд, по залитому утренним солнцем пляжу, стрелой выскочил автобус. Импортный, новый, блестящий. Не горелый остов, что я застал. Тяжелый, колея за ним, как после трактора.
Смена кадра. Туристы выходят на берег морской. Одни привычно, другие – удивленно озираются. Эти в первый раз, наверное, сюда угодили. Часть спешит к лагуне. Сразу купаться… Другие к столику с местной дамой. Той самой тетенькой. Регистрация? Просто познакомиться? Кстати, а девчонок, у которых живот от приключений прихватило, я ни одной не вижу. Хотя автобус пустой. Вот и водитель вылез, ноги размять… С длинным ключом идет к багажным отсекам. Послушно останавливается, от окрика коренастого крепыша в пляжной панаме. Что там случилось? С какой стати нельзя отсеки открывать? Почему рано? Прибыли же!
Смена кадра. Короткая и смазанная сценка. Среди новоприбывших общей повадкой выделяются трое непохожих друг на друга мужичков, средних лет. Ловкие они что ли? Да и двигаются… чуток своеобразно. Дама, регистрирующая очередного посетителя, поднимает глаза и что-то видит. За спиной оператора, тьфу, там, где торчит снимающая сценку камера. Открывает рот, тянется к коммуникатору. Расслабленно валится набок. Один из ловких дяденек аккуратно снимает коммуникатор с вялой руки… Оглушил? Надо понимать.
Смена кадра. Из багажных отсеков выбираются и строятся рядом с автобусом бойцы в темной форме. Обвешанные военными прибамбасами. Автоматы, подсумки, радиостанции. Эй! Больше нет радиостанций! Тип в пляжной панаме шагает вдоль строя и отбирает их, складывая в пластиковый пакет. Режим молчания? Разумно! Связи нет, значит – её нет. Никакой. Для верности… Последний инструктаж. Парни прыскают во все стороны. Освоение плацдарма… Тянут из брюха автобуса сумки, оружие, снягу… Спецназ на задании.
Смена кадра. Поворот на 360 градусов. На экране – живая иллюстрация выражения 'Два мира – две системы'. Отдыхающие, как ни в чем ни бывало, балдеют – купаются и загорают. Валяются на лежаках и просто сидят в шезлонгах. Под сенью пальм и вовсе творится непотребство. Оп-па, давешние-то девки, уже там, в наличии. Неужели прицепом добирались? Это же натуральный 'газенваген'! Без окон… вообще без вентиляции. Проститутки? Не, скорее – бюро эскортных услуг. Слишком организованно. Кого попало, сюда б не пустили. Стоп! Не верю! Шлюхи? При комми? Насколько я местную систему поголовного равноправия уразумел – шиш. Ага, вот вам, кажется, ответ, как 'спецслужбы' провернули дело. Легальным гостям, VIP-пассажирам, пообещали организовать секс и официанток, в замен за обман принимающей стороны. Совсем небольшое нарушение договора о 'зайцах'. Чего там, ведь 'устные обещания недействительны с момента произнесения'. А мы 'не знали'! 'Не глянули'! В прицеп-багажник, перед отъездом. И? Получите, спецназ в багажнике. Впрочем, никто и не огорчен, похоже. Отдельно, как стеной невидимой, от мира отгородились. Солнце, море, красивые девушки… Вдоль 'полосы прибытия' – суета. Фигуры в форме, по жаре, уже резко облегченной, активно занимаются малопонятными штатскому делами. Двое – вроде собрались обустраивать пулеметное гнездо. Третий возится с подобием дальномера. Ещё один – соединяет кабелями плоские серые ящики с электронной аппаратурой. Осваиваются. Передовой форпост РФ в новом мире. А как там туристы?
 
Смена кадра. Группа отдыхающих лениво перебрасывается в картишки. Крупным планом видны лица. Наплыв… Ни тени беспокойства. На заднем плане сосредоточенная суета вооруженных людей. Идиллия… Официантка, в светлых шортиках и снежно-белом топике, принесла выпить-закусить… Вальяжные господа чуть оживились, один даже изволил шлепнуть девчонку, по заднице. Без особого чувства, скорее привычно. По-отечески… Ещё одна мелькнула. Шортики бледно-голубые и топик розовый… Зуб даю – эскортницы! Первый раз сюда попали. Без предупреждения. То-то так озираются пугливо. Не дуры же девки, в самом то деле. Только что выехали из Центральной России, а здесь – море и пальмы. Раковины по берегу россыпями. Можно сложить два и два. Другой мир! Страшно… А куда деваться? Шуршат, создают сервис. И… все уже прихрамывают. Третья, с подносом… Идет – и даже губу закусила, от боли. Какой мерзавец выпустил их на песок в легких туфельках на шпильке? Небось, уже и ступни изранили, до крови. Тут им не до красивостей.
А вот эта – настоящая 'профессионалка'. Походка 'от бедра'. Даже на коралловом песке, вся из себя. Гламур, по сторонам плещет. Прильнула бюстом к дедушке, ловко тасующему колоду. Потянулась зазывно. Ей можно – на ногах удобные пляжные шлепки. Особа 'приближенная к телу'. Кому кайф, а кому работа…
Эскортница косится на обувь 'профи'. М-м-да… К концу смены, после походов по россыпям острой дряни, там-сям прущей из уютного на вид пляжа, на ноги глянуть будет страшно. Они там, вообще, думают, что творят? Не натрет, так порежет. Девки же инвалидность заработают! Я сам, после единственной ходки в босоножках, по этому песку, с десяток заноз из своих ног повытаскивал. Сначала-то оно не больно, даже и мягонько, а потом! Обломки раковин, щепки панцирей крабов. Они же с зазубринами! Хуже битого стекла.
Смена кадра. Мужик в форме, чуть моложе моих лет, с засученными рукавами и до пупа расстегнутым воротом куртки, пьет из фляги и рассматривает благолепие. Есть на что поглядеть! Небось, впервые в жизни попал в такой райский уголок. И в последний. Противно подумать, что с ним стало после работы крабов… Был человек – нет человека. Видео – единственное, что и осталось. Ни рябчиков не попробовал 'с барского стола', ни ананасов, ни шампанского… Разве, на чужих девчонок облизнуться успел… и сгинул. Э-э-эх!
Смена кадра. Смутно знакомый шнырь, что в компанию 'чистых' пускать не хотели, лениво хлещет одну из эскортниц по лицу. Культурно, без синяков. Тыльной стороной ладони. Раз-два! Раз-два! Всё? Угу. Похромала дальше. 'Работайте негры, солнце ещё стоит над плантацией!' Тоже понятно. Откуда ему знать, где мероприятие состоится? Нарядил персонал как обычно. Теперь обеспечивает дисциплину труда. По фиг! Дрес-код – это святое. Босиком по пляжу только манекенщицы в рекламе бегают. Им положено… Тьфу!
Смена кадра. Дедуля с замашками шулера и дяденька в панамке, который спецназ строил, повздорили. Оба топают ногами и орут. Мимика сильно матерная. Словно остров делят… Кому на нем шишку держать? Далеко, не слышно. Оп-па! Спорщиков накрывает тень самолета… Изображение дергается – с увеличением показано. Меркнет… Да-с! Приплыли. А ведь знали! И вот бы кто объяснил, чем они думали, когда аферу затевали? Не поверю, что без ума операцию планировали. Эти 'коми' инфу вообще не прячут. Ну что, всё?
Глава 24. День второй. Ночь. Просмотр кинохроники. Фильм 'ЧП на атолле'. Часть 2. 'Разбор полетов'.
Смена кадра. В смысле – кино закончилось, пошла хроника, в реальном времени. Ребятишки, что на складных табуретках и просто песке вокруг пристроились, в одну сторону смотрят. На дяденьку, что только что, на экране, официантку по лицу бил… Крайне внимательно разглядывают… С любопытством. А дядя – на стуле усидеть не может. Двумя руками за него вцепился. Гы! Не отнимут у тебя, вместе вас и похоронят! Если, я правильно политику понимаю… А не я один её понимаю – вокруг персонажа мертвое пространство. Народ, аж ногами гребет, хочет оказаться подальше. Ну да, они ребятишек в деле видели. По лицам читают.