1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

– Что?!! Вып-п-пустите меня отсюда! В контракте ничего такого не было! – злодеи, изверги, садисты.
– Лежать! Кто тебе виноват, что даже 'Хартию' вчера прочитать поленился? Одну страничку текста? Это для всех обязательный минимум. Ежедневный. Ты ж согласился на равные права? – не, это уже рефрен.
– Если бы я знал, на что согласился! Я бы вас и вашу 'Хартию'… – теплая ладошка закрывает мне рот.
– Т-с-с-с! Ничего бы ты никому не сделал, потому что не знаешь, о чем болтаешь. Но, за пустые слова можно и схлопотать. Бег, проверка-тренировка физического состояния тела, стрельба, проверка-тренировка мелкой моторики и состояния нервной системы. Тебе, кстати – на пользу. А ещё, рекомендуется читать, не менее 200 страниц в день. Короче, кончай нести глупости. Тут тебе не Рашка Федерашка, а Советский Союз.
– Кровавой гебне настучишь? – молчит, зато в ведро звонко льется вода… Намек вполне прозрачный.
– Яволь, геноссе, уже заткнулся! – я тут больной или подопытный? – Скучно валяться! Музыку хоть включи. А почему вчера ничего не было? Нормально же расслабились и спокойно спать легли.
– Вчера мы в десятиминутной готовности находились. На случай неожиданных симптомов болезни. А сегодня – обычный карантин. Нечего придуриваться. О! Хочешь, пока, новости поглядеть?
Хорошо, что не успел съязвить про вред для позвоночника от просмотра телевизора лежа. Тут у них телевизор – где хочешь. И не телевизор вовсе, а потолок. Осветился, заполнился цветом и звуком. М-мать!
– Дима, если тебе громко – переключи и отрегулируй. Ну, поставь свой коммуникатор на оптический режим и зайчиком, по движку на панели управления. Как в компе. Попробуй! Я только канал помогу найти.
– Уй! Получилось… – гром музыкальной заставки в ухе стал терпимым. Даже приятным. Мелодично…
– Дима, Дима! Жми кнопку 'Герои дня', сверху. Дай, я сама! – по разбитому на прямоугольники, ярко освещенному проектором потолку, бегают световые зайчики. Мой беспорядочно. Анкин – целеустремленно. В кадрах что-то летает, кружится, бегает и сверкает. Прям как у нас – выбери канал. Что там она выбрала?
Ага. Содержание мозаики кадров переменилось. Хоть они по-прежнему разные, но все картинки уже знакомые. Наш грузовик с надписью 'груз 200'. Остров в океане. База, вид сверху. Петька, в химкомплекте, за хвост несет перед собой дохлую крысу. Летящий на фоне огня и дыма 'блин'. Зайчик от коммуникатора, словно живой, бежит по движущимся картинкам. В наушник прорываются обрывки комментариев… звуки. Обрывки фраз. Интересно. Значит, я, по мнению местных – 'ровесник первопопаданцев'… И что?
– Дима, смотри! Правда, классно? – Зайчик мигает, один из кадров раздался в высоту и ширину. Или в длину? Как называть координаты, если лежишь на жестком столе, а картинка – на потолке? Та-а-а-ак… Нет слов… Одни слюни. Плевать в потолок глупо. Остается тока смотреть и морально обтекать. Вот, значит, как наша авантюра смотрелась 'с той стороны баррикады'. Через взгляд художника (или в объектив 'блина'). Плакатик, твою налево. На злобу дня. Рандеву на крыше лабораторного корпуса в Форт-Детрике. Офигеть!
Анка, нереально стройная, растрепанная и решительная, как принцесса, из глянцевой книжки фентези, на фоне вечерней зари и голубенького неба, протягивает с экрана свою папку. С боков панораму обрамляют спины принимающей стороны – профессор, который по совместительству полковник и его бодигард. М-м-мдя… У чернявого-то, второй пистолетик был, сзади, за брючный ремень заправлен. Мог бы, гм, и успеть… выхватить. Если бы захотел. Но, он не захотел Я теперь, отстраненным мнением наблюдателя, его оч-чень хорошо понимаю. Гадство! Я что, такой отпетой скотиной смотрелся? Вжился, называется, в образ!
Мятая, от долгого контакта с резиновым намордником полетной маски, моя (!) физиономия выглядит сосредоточием всех человеческих пороков. Плюс выражение. В обществе называемое – 'морда кирпичом'. От растерянности, я всегда такую делаю. На всякий. Самому-то глядеть противно. Так бы и врезал… Наглое и тупое рыло, челюсть вперед, глаза прищурены цинично и брезгливо… Из-под мышки левой руки торчит рукоять Нагана. Рядом, на глянце черной кожи, сверкает золотом на красном фоне серп и молот. Сами руки сложены на груди. Типа – лень пока мараться. Задницей оперся на летательный аппарат. Рубчатые подошвы грубых говнодавов резко контрастируют со стерильной чистотой американской крыши. Дополняют образ… Ни дать ни взять – злодей из второсортного боевика. Мелкий 'черный властелин' или помощник 'главного злодея'. Учитывая ситуацию и символику – тот самый 'кровавый большевик', которым впору детей пугать.
 
А композиция? Эстетика трудовых будней торговцев наркотиками. Даже чемоданчик с 'товаром', на сетке панели стоит. И тупые рыльца пулеметов шаровых установок смотрят зрителю прямо в лоб. Таки да, роль трамвайного хама из 'группы силовой поддержки' удалась. Контраст театральный, но всех, кто сам не знает, какой я в душе белый и пушистый, он явно потряс. Зато теперь понял, почему на дорожных разборках меня, с монтировкой в руке, в первый ряд выпихивали… Сомнений, что, если нашу девочку обидят, то всех причастных немедленно живьем закатают в асфальт, даже не возникает. Кхе! Эта девочка собственноручно, кого хош… Стоп, они нас так теперь видят? Пиндосов-то мне не жалко, нехай трепещут, но, кто нарисовал? За что мой светлый образ опошлили? Кстати, там и надписи тоже имеются. Как же без них? Ну-ка…
'А ху-ху не хо-хо?' – это сверху. 'Чужой чумы нам не надо!' – это снизу. Продублировано латиницей. С правой стороны картинки бежит лента коротких строчек. Почему-то все из нескольких латинских букв и с восклицательными или вопросительными знаками в конце. Угу, радио кодом пишут. Тут – расшифровка… Над лентой мигает счетчик… Число просмотров? Рейтинг? Девять и восемь десятых из десяти возможных?
– Аня, там – маньяк-людоед… Потомственный Чикатила! Я, теперь, ночью не усну. Сам себя боюсь!
– Это фотография. Отретушированная. Не нравится? А похож! Ты понимаешь, как удачно получилось?
– Конечно, Петька на моем месте смотрелся б застенчивым 'ботаником'… А тебе, неужели, нравится?
– Не то слово! Ой, я хочу это себе в комнате повесить! Сейчас… А ты – лежи! Ещё пять минут, – шлеп-шлеп, босые пятки. Легкие шаги скрылись за дверью. Ладно, пока попробую сам в сети пошарить. Есть тут аналог 'правой кнопки'? Где, кстати, данные художника? Кто, злую карикатуру, на мну посмел накарябать?
После каждого клика на потолке открывается, почти как в 'Винде', привычно, дополнительные окна. Та-а-к! Галерея, это – адрес, хорошо, что по-русски, имя, угум, портрет выложен. Попробую его увеличить. Двойной щелчок. Блин! Последнее окно, с неподвижной фотографией, раскрывается на весь экран. Млять!
Фигуристая молодка, видна со спины, в большой светлой комнате. Через трепещущие занавески бьют солнечные лучи… Далеко. Обернулась. Улыбнулась, широко и открыто. Привет! Но, она же меня не видит? Просто в камеру смотрит, вроде как на компы вешают? Типа наугад поздоровалась? А мне, что делать? Всё! Отбой, тьфу – ЕSC… Уф-ф! Шлеп-шлеп-шлеп… Вернулась наша красавица. С рулоном свернутой пленки. Ага! Разворачивает, похвастаться. То же, в цвете и глянце. Глаза бы этого ужаса не видели. Встаю на пол.
– Дима, ты, почему на вызов не отвечаешь? Вон – мигает!
– Не умею! – прицепилась, – И не уверен, что хочу. Случайно у меня получилось…
– Смотри как надо! – зайчик мечется по экрану, повторяя уже пройденный мною путь, – Всё! Говори!
– Э-э-э-э… – что сказать? Куда говорить? О чем? Претензии выдвигать?
– Ви… Дмитрий, – пауза, – Вам понравилось? – с таким акцентом говорила Эдита Пьеха. Француженка?