1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

– Дима, брось обе ручки… и посмотри назад. Только не пугайся…
– !!! – справа и слева, как почетный эскорт, несутся над землей давешние "блины". Почти невидимые, если, не приглядываться специально. Буквально облизывают ландшафт. А я, значит, "высунулся из окопа". Зато сзади… – Предупреждать надо! – два ударных вертолета. Быстренько так догоняют. Когда успели?
– Я предупреждала! Теперь уже поздно… Рули, как умеешь! Повиляй. Попробую с ними пообщаться. Ты, хоть чуть, английский понимаешь? – шипение помех. Лающие гнусавые фразы… Анка отвечает. Опять чужие голоса, обращение заметно резче. Тон командный. Анка опять отвечает. Как в лихом боевике…
– Шухер! – слева прошла длинная светящаяся трасса. Грохота выстрелов мне не слышно, гробик гасит звук. Но, намек ясен – указывают курс, для посадки. Следующая трасса прошла ближе… – Анка, нас же вот-вот собьют! Ты что им сказала?
– Правду! Что везем образцы чумы. Потребовала не препятствовать, во избежание. Они что, дурные? – новая трасса, совсем рядом. Жуткое дело, их панорамный обзор. Смотреть, как прямо на тебя плещет огонь из многоствольной авиационной пушки – занятие на любителя. Млять… Я в Терминаторы не нанимался!
– Требовала? Дура! Теперь наверняка грохнут! Это США! Вокруг – федеральные объекты. Я читал…
– Первый – Второму. Закрыть рот! Курс, в сторону моря! – угу, видно отсюда. А чем сама занимается? Развернулся, направил, как сказано… Размечталась она! Парнями из US Army командовать… Драпать надо!
– Ёпрст! – Ручки ещё дергаются, а реакции нет. Автоматика ведет? А как же я? А что сейчас будет? Ну, всё, теперь точно собьют! Блин прибавляет скорость. Странное ощущение – перегрузка давит на затылок. А смотрю и вовсе назад… Шестигранные этажерки эскорта слева и справа стали на ребро. Ну да, это у нас есть боковые движки, а там – чисто пропеллерная тяга… Прут плоскостью плашмя. Перестраиваются кольцом… Двенадцать штук. Мы в центре. Правый вертолет выдвигается вперед. На стволах трепещут лоскуты огня…
Громкое грозное гудение заполняет почти привычный, но вдруг ставший тесным "гробик". А как его называть? Эти, потом специально спрашивал, именно так и называют. А настоящий гроб у них – домовина. Гудит, как сунул голову в осиное гнездо. Что ещё за фигня? Реактивные двигатели включились? Плоскости блинов, повернутые к вертолетам, светятся ослепительно-белым. Огни, то сливаются, то просвечивают через корпус и дыры винтовых каналов, то отражаются, от перегородок. Скорости это им не прибавило. Как летели, так и летят. Зато сзади! Раз за разом, будто в дешевой фантастике, прямо перед носом атакующего вертолета на мгновение встают световые стены. Яркие вспышки, заслоняющие и затмевающие всё вокруг. Пых, пых, пых, пых… Что за ними происходит – видно с трудом. Хотя, система обзора явно гасит излишние контрасты. От вертолета летят части внешней подвески, пушки больше не стреляют, и ракет уже не видно. А ведь были ракеты! Сам видел! Пых-пых-пых-пых… На общем тоне басовитого гудения "пых-пых" почти не отражается… Что наводит на мысли… Какой же громкости звуки снаружи? Ой! Боюсь представить. Мне и тут хорошо. Хе-хе. Пых-пых-пых-пых-пых. Частота мигания растет до не различимой глазом. Светящаяся область лижет-грызет головной вертолет, за краткие мгновения превращая его фюзеляж в ободранную болванку… Скользнула выше… Всё, козел, отлетался! Лопасти – в разные стороны, автомата перекоса – как не бывало, от облицовки двигателей – шмотья. Прямо бластер какой-то! Пых-пых-пых-пых-пых! Ба-бах!
Второй вертолет отстал и теперь хорошо видно запущенные прямо в меня (!) ракеты. Мама! Пых-пых-пых-пых-пых! Взорвались? Все сразу? А осколки куда делись? Пых-пых-пых-пых-пых! От проносящихся внизу домов и деревьев, освещаемых вспышками, мечутся в разные стороны резкие тени. Словно световая бомба, на веревочке, за нами тянется…. Пых-пых-пых-пых-пых! Ага, пошла работа по второму вертолету… Он, наивный, собрался развернуться… Пых-пых-пых-пых-пых-пых! Ба-бах! Сзади тусклая (!) по сравнению с яркостью вспышек, клякса взрыва и дымное облако. Озаряемое изнутри. Пых-пых-пых-пых-пых! Тишина. Гудение смолкло, оборвавшись. Блины снова, почти горизонтально, жмутся к земле. Осталось восемь. Где остальные? Не видно… Наверное, приняли на себя удар осколков и снарядов. Интересно, в нас попали?
 
– Первый – Второму, как впечатления? Понравилось?
– Э-э-э-э… – в горле пересохло, – Кхе-кхе… Тьфу! Аня, что это было?
– Воздушный бой. У нас повреждений нет. Три блина самоликвидировались, как более не способные продолжать полет. Один отстал, будет связным ретранслятором. Нам же ещё обратно возвращаться…
– А чем их вертолеты сбивало? В воздухе – натуральная дуга от сварки горела…
– Сходящейся ударной волной. Каждый блин – фазированный излучатель. Когда плевались, все в одну точку, да дружненько – видел, как получается. На лету пули и снаряды останавливает. А по людям… Жаль, что они истребители не послали – крылья только так отлетают. С первого залпа! Даже целиться не надо.
Уй, лучше бы этого не говорила. Даже морозом по спине продрало… Вертолет, ракета – оно понятно. А как представил ощущения экипажа второго вертолета, когда ему борт выносило… Или первого, когда с внешней стороны все выступающие части обрывало. Стекла триплекс и лобовая броня. Против этажерки из палочек, с натянутыми пленками… "Воздушные змеи", ага. Дешево и сердито. И понятно, почему они их осами зовут – гудение похожее. Когда внутри звукоизолирующего ящика. Снаружи, наверное – дикий рев.
– Второй – Первому, сколько времени воевали?
– Тринадцать секунд, – мне показалось, что дольше… вечность. Верно говорят – "время сжимается".
– А на сколько всего боекомплекта бы хватило? – опять она смеется. Что веселого я сказал? Вон янки, когда во Вьетнаме завязли, так ставили на свои транспортники "Вулканы". Хватало на двадцать минут огня. Но C-130 – огромная дура, с грузоподъемностью в десятки тонн. А эти их поделки насквозь просвечивают…
– Неограниченно! Пока не сгорят в ноль электроды воздушных разрядников. Несколько суток – точно. Это же не огнестрел, а прямое преобразование электрической энергии в дистанционно поражающий фактор.
– Повторить по-русски можно? – нашлась на мою голову, самородок, из крепостной деревни.
– Сколько надо – столько и стреляем. Мощность – качаем прямо из воздуха. Поле атмосферное везде. На нашей скорости, в приземном слое, до нескольких мегаватт можно снимать. Считай, стреляли звуком.
– Гм… – получается, "бронеход имени Петьки" – детская самодеятельность, – Это любая ваша леталка так может? – мирные люди, никого они не трогают… руками. Стирают в кровавую кляксу щелчком пальцев. А если, вспомнить, сколько блинов над Базой кружило… Ой, ой… – Наши, в России, про такое уже знают?
– Давным-давно! Ещё до экспедиции первопопаданцев. В архиве есть старый фильм. Смотрела, когда классность, на оператора боевых роботов сдавала. Это у меня ВУС такая… По вашему летосчислению, э-э-э, кажется, 2002 года. Точно! На VII Международной выставке-конгрессе "Высокие технологии Инновации Инвестиции". "HI-TESN 2002". Санкт-Петербург, февраль 2002 года. Его крутили, как демонстрационный.
– Боевой робот, с генератором ударных волн, уже восемь лет как не секретный, что ли?
– Ага, инициативная разработка. Тогда ваши… Ну, потом наши, короче, будущие первопопаданцы, ещё надеялись. Работали сами. "На свои" опыты ставили. А министерство обороны отмахивалось. Нам, как видишь, их разработки пригодилось. Этим роботом, тогда, у вас, предлагали старые минные поля чистить. По всей Земле-1 никто не знает, что с ними делать. Даже побережье крошечной Дании, с войны (!), до сих пор не разминировано. Про Африку с Азией говорить не хочу, ужас кромешный. Да и в Рашке Федерашке…