1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

– Да сколько угодно! У меня вопросов накопилось. Вот, например… – трель звонка из до того мирно лежащей на столе трубки заставляет Петьку нервно дернуться. И тут его нашли? Плохо быть героем! Ни за что не соглашусь, даже если с бонусом и предоплатой в валюте… – чего они оба на меня так уставились?
– Дима, это тебя! – Анка протягивает трубку, – "три тире, три точки" и отвечай. Личный вызов!
– Але… Да, Дмитрий, с Земли-1. Сижу в карантине… Че-го?!! Это… спасибо, очень приятно. Конечно, разумеется, при первой же возможности! Уф… – отбой у них по аналогии, "три тире, три точки"… Ну, дела!
– Точно не меня? – взгляд у Петьки совершенно затравленный, даже маленько жалко стало…
– Меня! – пробую повторить только услышанные слова невидимого собеседника, – "Община Серых гор! Приветствует гостя из другого мира и просит его принять скромный подарок". У вас тут разве не сухой закон? Варить пиво не запрещено? И… откуда они могут знать, какое пиво я люблю? Вокруг же Америка, до России тысячи километров… Кругом сплошные индейцы, с томогавками. Совсем Дикий Запад. Или нет?
– Какие запреты? Попробуй, что-то кому-то запретить… тут и виски гонят, и водку, и шнапс, и ром… и коку перерабатывают, и из прочей флоры вытяжки готовят… Они же и книжки читали… и наши фильмы смотрели, – Петька обрадовался, что есть повод сменить тему, – Наверное, сунулись в ваше личное досье и подобрали напиток по вкусу. Надо? Я принесу! Посылку, с транзитного "борта", нам ещё пять минут назад сбросили, на площадку перед входом. Но, я думал, это Василию Ивановичу что-то прислали. По работе…
– Что значит, "сунулись в моё личное досье"? Откуда оно у них? – вот тебе раз. Порадовался халяве…
– Но, Дим! Ты же согласился на равные права? И включен в Сеть. Значит, вся наличная информация о твоей личности уже размещена там для свободного доступа. Так полагается! Что-то случилось? – от новости у меня аж ноги подкосились. Плюхнулся в койку. Упругая, как батут! Попрыгал – чуть успокоился.
– Как понять – "Вся известная информация"?
– Вся, значит вся, – чудо ехидное, изображает невинность и хитрыми глазищами наивно моргает, – Что уже накоплена, за время тестирования твоей кандидатуры. Мы, с кем попало, дела не имеем. От фотографий из детского сада, до скана трудовой книжки. Видео, аудио, документы, школьные дневники и милицейские протоколы. Платежки за квартиру и счета за Интернет. Записи и документы. Оцифровано, структурировано. А теперь, с твоего коммуникатора, база данных только непрерывно пополняется. Нормально! – видно, мою бедную физиономию наконец-то перекосило, всполошилась, – Дима, чего побледнел?! Всё в порядке. Люди о тебе беспокоятся! Ты им понравился! Как гостю, подарок хотят сделать. Священный обычай – Потлач!
– Э-э-э… А-а-а-а… Вы же говорили о моем праве на уединение?
– С тобой твои права! Выгони нас всех – и делай что хочешь. Твоя комната! Никто не побеспокоит. Без личного твоего разрешения. Хоть по потолку на четвереньках бегай… Хоть застрелись!
– Ага… "что хочешь"! Когда каждый шаг разглядывается и слово пишется, для всеобщего обозрения. Типа в передаче "За стеклом". Побегаешь тут… Щаз! Явятся санитары и повяжут, мокрыми простынями…
– Да… ты что? А! – развеселилась, – ты думаешь, тут как в буржуйских антиутопиях, – делает унылое выражение лица и воет, подражая монстру из ужастика, – Большой Брат смотрит на тебя!!! – снова хохочет, – Да кому ты нужен? Эта же, тоска зеленая, за кем-то следить специально. И даже бессмысленно… Никогда на посту оперативного контроля не сидел? Скука и ужас кромешный, даже, когда оно по делу надо.
– Это, по какому такому делу? – противно стало, слов нет, – "Кровавая гэбня не спит, над смертным днем и ночью бдит!" – не помню, откуда куплет привязался, – но пропел, для наглядности. Не прониклась…
– Ой! Да мало ли… Например? Пионервожатой я была, в детском лагере, прошлым летом. Мелкие там мост через ущелье наводить затеяли. Канатный. По временным нормативам. Мешать нельзя, помогать тоже нельзя, а следить всё же надо. Вдруг, кто оступится… или не за тот конец троса дернет? Тогда, можно успеть по связи гаркнуть – "Стой, что ты делаешь?". А ты что подумал?
 
– Мало ли я чего подумал, – так я вам и сказал, много будете знать, – Хотя! "Каждый имеет право знать о каждом? Без ограничений?" Твою же мать… Удобно! Постоянно действующая записная книжка. В любой момент листнул жизнь, на нужную страницу. Было – не было, этот сказал то, другой, сделал это. Адвокатов, говорят, тут нет? На какой хрен, при такой системе, адвокаты?!! Любой спор разрешается за одну минуту, тупым просмотром личных архивов спорщиков. Да они же сами её просмотрят и вспомнят, как что было на самом деле, если забыли. А не захотят сами вспоминать – посторонние им напомнят. М-м-м-мда… Круто!
– Дима, Дима, ты успокойся…
– Это сколько же емкости памяти надо, всю человеческую жизнь записать? Если на видео, со звуком?
– Мало! От шести, до десяти терабайт. Вот столько, – показывает пальцами размер, – такой трехмерный накопитель информации. Кубик памяти. Не стираемое энергонезависимое ПЗУ. У тебя оно почти пустое.
– М-м-м… У нас в магазине, "винчестер" на пару терабайт, стоит несколько тысяч… Надо бы купить и сделать копию. А откуда про темное пиво знают? Кто-то все мои записи уже просматривал и прослушивал?
– Глупости! Там автоматический поиск. При закладке на вечное хранение, – ("мать, роди меня обратно, через попу, аккуратно!", они всю эту муть собираются хранить вечно?), – Вместе с базовой информацией, мы её называем "шихтой", делается конспект. Цифровая расшифровка аудио и радио сообщений. Через вокодер автоматом пропускают и формируют контекстное меню. Как в вашем Интернете, для текстов. Если набрать запрос, то сначала эта расшифровка выскакивает, со сносками по тематикам и дате поступления. Просто! Наверное, твои записи, с переговоров по мобильному, попали. Где ты про пиво говорил. Ну, просто набрали запрос в строке поиска – "Что Дима любит?"… и сработало.
– Я, по своему мобильнику, о пиве только дома говорил! Здесь он совсем не фурычит. Тогда, откуда?
– От верблюда! Все разговоры по цифровым системам связи, в России, записываются и хранятся… в оперативных целях. Государственная программа по борьбе с терроризмом и экстремизмом. Разве не знал? Мы ваши базы данных постоянно чешем, там столько интересного! – все мои разговоры у них в сети?! Уй!
Глава 9. День первый. Вечер. Стационарная база СССР. Район Великих озер. Земля-2.
Так! Дайте мне пять минут! Пошел в санузел… Скинул штаны и рубаху. И как был, в трусах и носках, стал под душ. Под холодный… Под ледяной! Что бы в голове прояснилось. Вытерся махровым полотенцем. Выжал трусы, выжал носки… Оделся… Умылся ещё раз, из под крана, ледяной водой. Даже хлебнул пару глотков. Вкусная вода! Как в деревенском колодце. И решился…
– За пивом пойду я сам. Это же мне подарок? А вы… Аня, найди нам скатерку какую – стол застелить. Петр, зови сюда Василия Ивановича… На пиво! Скажи – Дмитрий его приглашает – проставиться надо! За новоселье и знакомство! Уже пора… По маленькой… по кружке. Сухариков соленых у вас добыть можно?
Что-то ребята поскучнели… Или, я не то сказал? Или они на работе не пьют? Так рабочий день давно закончился! Солнце, за окном, горизонта коснулось. Красотища, кстати… За лесом озеро, по нему дорожка отблесков легла. Облака снизу подсвечены, птица какая-то, здоровенная, над озером парит. Ладно, сразу не послали – значит, ничего особо ужасного я не брякнул. После разберемся. Они меня сегодня кормили, а поить их буду я – очередь. Интересно, сколько весит "Индейский Потлач"? А идти далеко? Двери всё же хорошо открываются – тяжелые, на рычагах, но без малейшего скрипа. Словно они действительно вечные…