Ведьма Алика. Психотерапия для мертвеца

Его не скрыть даже за ярким, подчеркнуто стервозным, мейком.
– Я, конечно, понимаю, ты сейчас очень занята. Но, может быть, найдешь время прогуляться? – смущаясь, предлагает подруга.
– Прости. Я не могу, нам столько задали! – делаю страшные глаза.
На домашние задания преподаватели действительно не поскупились – видимо, они задались целью исключить всех халтурщиков. Но если как следует захотеть, всегда можно найти время для встречи с другом. Мы обе это знаем.
  
Двигаюсь к своей аудитории. Я не собираюсь продлевать неловкую сцену. О нет! Лиза идет за мной.
– Знаешь, я не хочу навязываться.
«Но именно этим ты и занимаешься».
– Да, я соскучилась по нашим прогулкам и разговорам, – теперь ведьмочка давит на ностальгию. – Но сегодня дело не в них! Ты первая ко мне приходила. Во сне!
Оборачиваюсь. Интересно, что новенького Лиза выдумала на этот раз?
– В начале там была всякая ерунда: шабаш гоблинов, летающие слоны. А потом, в самой кульминации сновидения вдруг появилась ты. Все вмиг исчезло – остались только мы на абсолютно белом фоне. Ты трясла меня за плечи и говорила такие слова: «Передай, что отпуск закончился. Не могу с собой связаться. Передай, что отпуск закончился». Вот, собственно, – подруга опускает глаза, словно вся история со сном ей самой кажется немного бредовой, – передаю.
Меня словно ледяной водой окатили. Это то же самое, что я себе сказала сегодня. Точнее, галлюцинация с моей внешностью. Или не галлюцинация? Положа руку на сердце – случаи не слишком похожи на обыкновенные совпадения.
Лиза выглядит заинтригованной и немного взволнованной.
– Скажи, есть догадки, кто заглянул в мой сон? Возможно, часть тебя в отрыве от магии страдает и пытается достучаться до хозяйки? – робко предполагает молодая колдунья.
Ну уж нет. Я не позволю подруге навязывать подобные трактовки. Слишком хорошо помню, чем «занятия магией» закончились в прошлый раз.
– Знаешь, нас учат, что сны – это послания подсознания. Невозможно интерпретировать чужие сновидения, не совершая ошибок, – я нарочно говорю заумными терминами, зная, как они раздражают Елизавету. – Но «тайный смысл» твоего сна лежит на поверхности. Ты хочешь, чтобы я снова вернулась в эзотерику, поскольку считаешь, что мне чего-то недостает. Так вот – твое подсознание ошиблось. Я полностью счастлива, – последняя фраза звучит фальшиво.
На самом деле счастье для меня вовсе не важно. Главное – безопасность. И моя, и Лизина. И всех остальных.
Подруга краснеет, будто только что получила пощечину. На секунду ведьмочка замирает, словно решая: уйти ей или предпринять последнюю попытку направить разговор в нужное русло.
– Ладно, бес с ней, с магией, – наконец вздыхает Лиза. – Хотя тебя много раз спасали духи, и затянувшийся «отпуск» хозяйки может их разозлить. Но зачем ты ведешь себя так с друзьями? Со мной? Тебя всегда поддерживали, старались помочь. Почему ты шарахаешься от меня как от чумной? Чем я это заслужила?
Подруга явно не планировала это произносить, но вопрос давно зрел в ее горле. Если бы после истории с демоном у меня остались эмоции, к глазам, должно быть, подступили бы слезы.
Я ощутила бы жалость. А может быть – стыд. Но я почти ничего не чувствую. Нужно ее оттолкнуть. Ради Лизиного же блага.
– Ничем, – пожимаю плечами. – Ты ничем это не заслужила.
Еще в детстве заметила: если не давать людям объяснений, они придумают свои, гораздо лучше тех, что я могла предложить.
– Решила порвать с прошлым из-за одного чудака на букву «м», который потрепал тебе нервы?! И все, кто были рядом в самые сложные времена, оказались вмиг не у дел… – Лиза пытается заглянуть в глаза и прочитать, что у меня на душе, как часто делала ее бабушка, баба Марья. – Мы напоминаем тебе об Эрике, о периоде страданий, боли и страха. Из-за козла-бывшего ты готова отказаться от всех друзей!? – голос подруги звенит от обиды.
На короткий миг мне хочется обнять ее, поделиться переживаниями и вновь стать как сестры. Но я не даю неразумному помутнению взять над собой верх.
– Считай как хочешь! – сухо бросаю я ведьме.
Кажется, Лиза вот-вот заплачет. Но маленькая колдунья берет себя в руки. Ведьмы не показывают слезы при чужаках – выучка бабы Марьи.
А я теперь для нее посторонняя.
– Знаешь, – глухо произносит подруга, – когда я узнала, что демон сожрал твою душу, то подумала, это метафора. Каждый, кто хоть немного шарит в магии, знает, чисто технически съесть вечную сущность человека невозможно. Но я помню девочку, которая пришла в наш ковен и стала моей подругой. Ты не она, – с горечью заключает ворожея вместо прощания. – И, судя по всему, у тебя действительно нет сердца.
Лиза гордо разворачивается и уходит – по коридору еще долго раздается возмущенный цокот ее каблуков. Я должна радоваться, ведь поступила правильно. Или, может, испытывать грусть, поскольку только что потеряла подругу. Но внутри лишь холодная пустота.
После пар одногруппницы зовут в клуб на тусовку, они зависают там каждую неделю. Обычно я не люблю шумные сборища, громкую музыку и пьяное веселье. Предпочитаю проводить вечера дома в обществе книг, но сегодня не отказываюсь от приглашения.
Развеяться, как все нормальные студентки, порой не помешает. Кому как не мне знать, насколько хорошо обычные земные вещи отгоняют призраков.
И призраки прошлого – не исключение.
* * *
В свой первый поход в клуб я постаралась выглядеть на все сто: каблуки, облегающее платье, купленная на стипендию перламутровая помада. «Интересно, какой она будет, студенческая жизнь?»
От мамы я слышала, что в университете прошли ее лучшие годы, но сама не возлагаю заоблачных ожиданий. Меня вполне устроит и вполне обычное, а главное – лишенное смертельных опасностей существование.
У входа ждут одногруппницы – одинаково красивые, яркие, с нарочито «взрослым» макияжем и деланой уверенностью в себе. Машу рукой и присоединяюсь к компании. Все, чего я желаю, – мимикрировать, влиться в большую стаю, чтобы ни прошлое, ни неведомые силы меня не настигли.
Мы заходим в клуб, приятельницы смеются над всякими глупостями, любуясь переливами собственных голосов. Силуэты девушек в неоновых огнях похожи на сказочных нереид, сотканных из лунного света. Не без удовольствия ныряю в мерцающую толпу.
И пусть веселье мне сейчас недоступно, впервые с момента встречи с двойником на душе становится хорошо и спокойно. Утреннее происшествие кажется нелепым наваждением, миражом, отчего-то возникшим не в жаркой пустыне, а в стенах университета.
Я – не ведьма. И не черная кошка, которая сулит окружающим несчастья.
Молодая колдунья Алика могла разозлить неведомых духов и навлечь на себя и близких их гнев. Студентка первого курса психфака Лика – нет. Не думая ни о чем, я двигаюсь в такт битам, позволяя телу самому ритмично извиваться под звуки популярных мелодий. Ловлю на себе восхищенные мужские взгляды.
С момента расставания с Эриком я ни разу не была на свидании. Парни будто перестали существовать для меня на эти полтора года. Внимание противоположного пола кажется непривычным и в то же время приятным.
Украдкой я изучаю незнакомые лица и тут… вижу призрака. На миг сердце будто перестает биться.
Он сидит в кресле за дальним столиком, но единственный из всех присутствующих не пьет. Сделать вид, что не заметила? Потом сослаться на скверное освещение, громкую музыку или наврать, что была увлечена общением с новыми подругами?
Поздно. Призрак машет рукой, давая понять, что тоже заметил меня. Проигнорировать его невозможно – и дело не в банальной вежливости. На нас начинают коситься люди, в том числе мои одногруппницы.
  
Не хочу давать девочкам пищу для любимого занятия студенток психфака – сплетен, прикрытых тем, что они практикуются в психоанализе, наблюдая за подопытными в естественной среде обитания.
Выныривать из безопасной толпы, в которой так удобно прятаться, очень не хочется. Но он уже вытянул меня отсюда, разрушив иллюзию защищенности одним лишь приветственным взмахом ладони. Я заставляю себя очаровательно улыбнуться и подхожу к столику.