"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Теллара склонила голову, хотя и не выглядела убеждённой. А вот Ринко едва заметно одобрительно кивнула.
Это дело мы решили в долгий ящик не откладывать. Да, ночь на дворе, полиция уже во двор въехала — нужно идти и давать показания. Но чего ждать-то? Тем более, чтобы совершить один телефонный звонок не нужно много времени и сил.
— Господин Брен? — произнёс я в трубку, когда длинные гудки сменились настороженным: «Да?»
  
— Слушаю?..
— Нам нужно разобраться с возникшим между нами непониманием.
— Кхм… — мне почему-то казалось, что неблинец будет торжествовать или каким-то иным образом продемонстрирует своё удовлетворение. Всё-таки он же заставил меня снова с ним разговаривать. — Я только за, но почему так поздно? Что-то заставило вас изменить решение, Роман?
— Не играйте со мной, Иган! — подпустил я в голос немного раздражения. — Я получил ваше послание и готов обсудить его.
— Моё послание? — а он неплох! Такое искреннее недоумение.
— Да. Несколько молодых людей, любителей наркотиков.
— Не совсем понимаю, о чём вы…
— Люди, которых вы послали, чтобы склонить меня к переговорам! — рявкнул я, теряя терпение. — Которые должны были проникнуть в дом…
— Но я никого не посылал, Роман! — совсем уж растерянно сказал Иган Брен. — Это какая-то ошибка!
  
.14
 
Сразу после этой фразы неблинец бросил трубку. А повторный набор номера закончился автоматическим сообщением: «Абонент находится вне зоны действия сети».
— Телефон отключил! — воскликнул я гневно. — Вот же подонок!
— Ожидаемо, — пожала плечами лиса. — Понял, что его раскусили, и решил залечь на дно.
— Надо искать!
— Надо. И принуждать сотрудничать. Где?
А вот на этот вопрос Ринко, мне нечего было ответить. Про неблинцев я знал ровно столько, сколько они считали нужным мне сказать. Конечно, я предпринимал попытки проследить за ними — Догуляй несколько раз после Перехода падал на хвост «партнёрам». Но без особых результатов. Выяснил лишь то, что в конспирацию они могут очень хорошо. Что неудивительно, с их-то историей взаимоотношений с Джассаном. Моих же ресурсов против их скрытности было явно недостаточно.
— Понятия не имею, — честно признался я.
— Такая же ерунда, — поджала губки девушка.
— Ты пыталась? — удивился было я, а потом вспомнил, что передо мной Джеймс Бонд в школьной юбке, и кивнул. — Конечно, пыталась! Ничего?
— Ну, не прям совсем ничего, — лисе явно было неприятно говорить о профессиональной неудаче. — Парочку явочных квартир я нашла, но уверена, что их прямо сейчас в спешке оставляют. Машины всё в аренде, внешность люди Брена умеют менять… — вздохнула и добавила. — Да, по сути, ничего…
— Есть ещё покровитель Строевых, тот барон, Дерябин, — напомнил я.
— Который ментальную закладку делал? — девушка скорчила гримаску. — Он ещё вчера смазал лыжи салом.
— Прости? — редко бывало, но иногда местные идиомы оставались мне непонятными. Видимо, прошли мимо культурного слоя реципиента, и мне вместе с памятью не достались.
— Когда утром ты обвинил Брена в создании Дерябиным ментальной закладки, господин барон очень быстро собрался и отбыл, — пояснила лиса. — Я попросила знакомых за ним присмотреть, но… Короче, он купил тур на испанские острова.
— Чего?
— В отпуск, говорю, уехал. На жаркие пляжи Майорки и Менорки. Так что на месяц или навсегда, эта нить для нас недоступна.
— Чёрт!
Проклятые неблинцы умело заметали следы! Как их искать теперь? Может, попытать счастья и всё же проверить их конспиративные квартиры. Маловероятно, но вдруг там отыщутся какие-нибудь указания, где их теперь искать?
— Есть пара зацепок, — произнесла вдруг Теллара.
Безопасница тоже пыталась собрать какие-то сведения про ячейку Брена. Но насколько я знал, её старания успехом не увенчались.
— Говори.
— Наркотики, — пояснила она. — Это явный след. На дом напали наркоманы, их отправил наркодилер, а Илья Мазуров, которого неблинцы попытались подложить под Переход, тоже был зависимым. Причём…
— От «золотого лотоса»! — воскликнула Ринко. — Точно!
— Ну и что это нам даёт?
После того случая с Мазуровым я всерьёз заподозрил, что люди Игана Брена как-то связаны с наркоторговлей. Возможно, самым краем, но связаны. Чтобы иметь возможность подсаживать людей на отраву, а потом использовать их тела для переселения своих соотечественников.
Попытка нападения наркоманов тоже на это указывала, да ещё и один из задержанных утверждал, что обнести мой дом их уговорил дилер. Теллара права — это точно может быть зацепкой.
— Я проверю тему с наркоторговцами, — тут же вызвалась Ринко. — И того дилера попробую найти.
— Тогда я возьму на себя Мазурова. Вдруг ему что-то известно?
— Маловероятно, но попробуй, — выразила сомнения лиса. — У тебя, по крайней мере, есть повод его навестить.
Правда, эти дела пришлось перенести на следующий день. А ещё с утра писать прошение на имя директора школы, чтобы тот предоставил мне два дня, свободных от посещения школы. Странно звучало, конечно. С одной стороны, всё висит на волоске, а с другой — никак нельзя без уважительной причины пропускать занятия. Выпускной класс, все дела.
В общем, сразу с утра мы разъехались каждый по своему направлению. Ринко искать дилера, а я с Телларой и Ланганом — наносить визит Мазуровым. Дорогу до их дома я провёл, вспоминая всё, что узнал о «золотом лотосе». Просто, чтобы ничего не упустить в разговоре с Ильёй.
Если суммировать все сведения, в том числе полученные от лисы — это достаточно древнее вещество, даже я бы сказал, составная часть культуры общества, в котором существуют магии. Раньше производилось из особого сорта лотоса, откуда и пошло название, и представляло в готовом виде золотистый порошок. Как правило, его добавляли в воду и пищу магическим арестантам, из числа тех, что выгоднее было держать в тюрьме, а не убивать. Что полностью блокировало их энергетические каналы. То есть — лишало магии.
Произведённого из органики порошка было мало, стоил он безумно дорого, так что позволить себе подобный способ содержания пленников могли очень и очень немногие. В основном королевские дома и близкие к ним аристократы. Так что до середины двадцатого века, как наркотик его никто не рассматривал.
Всё изменилось, когда «лотос» научились синтезировать. Химический способ, в отличие от древнего, не требовал наличия в составе оригинальных компонентов, а субстанция, получающаяся в итоге, действовала схожим образом. С парочкой небольших отличий. Синтетика вызывала у принимающих магов лёгкое чувство эйфории, а неодарённых убивало на месте.
Его производство всё равно оставалось дорогим, однако не таким, как прежде. Так и началось его тихое и незаметное распространение в среде одарённых. Но уже не как средство борьбы с врагами. Где-то в восьмидесятых прошлого века, маги обнаружили, что плюсом к эйфории от порошка идёт ещё и восприимчивость к алкоголю и наркотикам. Ну а дальше, как говорится, свинья грязь найдёт.
В следующие двадцать лет синтетический «лотос» прочно занял нишу наркотика для элиты. Аристократия стала использовать его, чтобы просто расслабиться, побыть недолго обычным человеком, которого легко пьянит алкоголь и другие вещества. Далеко не сразу выяснилось, что хотя сам по себе он не вызывает привыкания, потреблённые под его воздействием психотропные, галлюциногенные и прочие изменяющие сознание препараты, это вполне себе успешно делают.
В среде дворянства впервые за столетия появились алкоголики и наркоманы. А потом пошли и первые смерти от причин, магам совсем несвойственным. Передоз, белая горячка, отравления… Только тогда власти забили тревогу. Ведь сам краеугольный камень, на котором держалось превосходство одарённых, внезапно пошёл трещинами. Не говоря уж об ударе, нанесённом генофонду.
  
«Лотос» запретили. За употребление назначали большие тюремные сроки, за хранение — наказывали ещё сильнее. За продажу же и вовсе ввели смертную казнь. Но единожды отведавшие запретного плода уже не хотели от него отказываться. А так как клиентура была очень и очень платёжеспособной, наркоторговцы шли на любой риск ради фантастической прибыли. И синтетический наркотик прочно обосновался в нише золотой молодёжи.