"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Вообще-то, я с этого начал, если что. Людей с улицы подбирать, просто с Унием так получилось. Но так, да. Тенденция, однако.
— Так получилось. Я не мог его бросить… В себя придёт — домой отправлю.
— Знаешь, тебя это, возможно, удивит, но мир огромен. И в нём каждую минуту найдутся те, кому нужна помощь, — продолжила распекать меня кицунэ. — Ты всем собираешься помогать?
  
— Только тем, кому могу, — сказал я. И сам перешёл в наступление. — Рин-рин, мы что с тобой женаты? Ты чего меня пилишь? Помоги лучше с ним. Его каким-то наркотиком для одарённых накачали. Я попробовал подлечить, но…
— Аматэрасу-о-миками! Он ещё и дворянин! — всплеснула руками телохранительница. — Впрочем, я совсем не удивлена.
Но не заставила себя упрашивать и тут же уселась на колени возле кровати с гостем. Одну ладошку положив ему на голову, вторую на живот.
— Просто чтобы ты понимал, Ром-ром, — медитация ей, в отличие от меня, не мешала разговаривать. Опыт, фигли. — Наркотиком для одарённых не накачивают. Он слишком дорогой, чтобы его для этого использовать. Проще уж накачать недруга свинцом. И дешевле, и эффективность в несколько раз выше.
— Уже сталкивалась с таким?
— С «лотосом»? И не раз. И с органической версией, которую раньше варили для подавления способностей магов, и с её синтетической вариацией, что приспособили для получения удовольствия богатенькие мальчики и девочки.
— И?
— Ничего. Редкостная дрянь. Я бы всем тем, кто её производит и продаёт, кишки выпускала. И заставляла бегать вокруг столба, на который они наматываются. А дилеров заставляла бы на это смотреть.
Я непроизвольно дёрнул плечом — натуралистично! Причём, зная, кого на самом деле из себя представляет эта кавайная девочка, неудивительно. До сих пор помню, как она польскому террористу грудину когтистой лапой пробила. Могла оглушить, шею свернуть, горло перерезать, но нет! Только жесть, только хардкор! Если она на кого-то злится, то убивает его с максимальной жестокостью. Хищница, одно слово.
— Но большую часть этой заразы ты выдул чужой ки. Радикально, рискованно, но действенно. Опять самодеятельностью занимался?
И лекарь, каких по всей стране — единицы. Продолжая изучать состояние пациента, она приоткрыла один глаз, который с недовольством уставился на меня.
— Да выбора не было! — тут же начал оправдываться я. — Мне показалось, что он вот-вот кони двинет!
Я и в самом деле был в этом уверен. Неблинцы его накачали «лотосом» или он сам так обдолбался, но находился пацан как раз на той зыбкой границе, которая отделяет жизнь от смерти. Ровно в таком состоянии, чтобы послужить донором для Перехода. Нужно было принимать меры.
— Никто не умер?
Это она интересовалась, что стало с тем, у кого я взял энергию для лечения нашего наркоши. Заботливая!
— Нет, сознание потерял только.
— Ох, Ром-ром!..
Больше Ринко ничего не сказала, погрузившись в транс, колдуя над меридианами гостя. Насколько я понял из ее объяснений, жизни пацана ничего не угрожало, но она решила заодно и с зависимостью от наркотика поработать. Когда я понял, что мешать ей не стоит, собрался пойти поставить на кухне чайник. После вечерних событий мне до головокружения хотелось чего-то горячего и сладкого перед сном. Но был остановлен фразой лисой уже в дверях.
— Я уважаю чужие тайны, Роман. Правда. У самой целый склеп наберется. Но однажды нам придётся с тобой поговорить.
На автомате я чуть было не выдал какую-то глупость. Вроде: «О чём?» Но быстро сообразил, что честность лисы и её терпеливость, заслуживают гораздо большего. Молча кивнул и вышел. Когда-нибудь — это же не сегодня, да?
* * *
В следующий раз мы с ней уже встретились за завтраком, почти в шесть утра. Наш гость проснулся, как здесь говорят, с петухами. Разбудил Уния, который сменил Лангана, тот поднял меня, ну а раз я не сплю, то чего всем остальным валяться? Всё равно в школу скоро! Здравствуй, новый день!
Ринко быстро накрыла на стол, притащила за него паренька и начала допрос раньше, чем кто-то успел сделать хотя бы глоток чая.
— Зовут тебя как, обдолбыш?
Незнакомец с утра вёл себя заторможенно, не проявляя почти никаких реакций. Казалось бы, просыпаешься в незнакомом помещении, вокруг люди, которых ты не знаешь — уместно задать вопрос, что происходит. Но он просто побрёл в поисках туалета. И никак не возражал, когда после утреннего моциона его повели в столовую.
Даже состав группы за завтраком его нисколько не смутил. Подумаешь, два школьника и здоровенный пёс, который вместе со всеми сидит за столом и лакает из блюдца сладкий чай! То ли он считал, что это просто продолжение его глюков, то ли привык к тому, что частенько пробуждается в незнакомых местах.
На вопрос, однако, он ответил сразу. И довольно агрессивно.
— Побольше уважения, девчонка! — вяло взмахнул рукой он. — Перед тобой второй сын рода Мазуровых!
После чего сразу же оказался на полу. Я-то едва заметил, как Ринко залепила ему пощёчину, а уж он-то, в таком расфокусированном состоянии, и вовсе ничего не понял.
— Я тебя, торчок, два часа от последствий «лотоса» избавляла! — рявкнула девушка, нависая над перепуганным парнем. — Так что «побольше уважения» именно ты должен проявлять, ясно?
Я даже вмешиваться не собирался. Подумаешь — второй сын рода Мазуровых. Не наследник же одного из Семи князей! Я даже не слышал эту фамилию раньше. Что явно свидетельствует о ее невысоком положении в пищевой пирамиде столичной аристократии. Скорее всего, она болталась где-то на уровне дна.
Да и лиса в своём праве. Сразу обозначила «wer ist wer», как говорят германцы. В смысле, кто гость, к которому проявили заботу, а кто хозяин.
Плюс, в себя привела малёха. А то припёрся молча, уселся за стол и никакой благодарности за спасение жизни. Как будто так и надо! Зато после лечебной затрещины сразу глазами засверкал.
— Моё имя Роман Брюс. Наследник графского рода Брюс, — дождавшись, пока парень поднимется на ноги, представился я. Сразу же обозначая, что его статус второго сына кого-то там в этом доме не пляшет. — Вчера поздно вечером я обнаружил прилично одетого молодого человека, который без сознания лежал на лавке в парке. Документов у него при себе не оказалось, так что я принял решение забрать несчастного с собой. Моя подруга-целительница привела его в порядок, избавив от последствий потребления большой дозы наркотика для одарённых — «лотоса». Смертельной дозы, как она мне сказала. Поэтому я считаю, что мы с ней имеем право знать, кого спасли. И рассчитывать на определённое уважение с его стороны.
По мере того как я говорил, на лице пацана сменилось несколько выражений. Сперва удивление, на смену которому пришло недоверие. Затем задумчивость и осознание. Кажется, он только сейчас понял, что всё происходящее с ним сейчас — не продолжение наркотического трипа, а реальность. Ну и, кажется, он вспомнил кое-что из вчерашнего вечера. Не самое приятное.
— П-простите… — пробормотал он, едва шевеля побелевшими губами. — Господин граф, госпожа…
— Зови меня Рин-рин, обдолбыш! — великодушно улыбнулась лиса. — Садись за стол, кушай. И имя своё скажи, второй сын Мазуровых.
— Илья, — молодой человек послушно вернулся за стол.
— Ты богатый мальчик, Илья? — тут же выстрелила девушка вторым вопросом.
— Э-эм… Ну, род Мазуровых не бедствует…
— Я к тому, что «лотос» довольно дорогая штука. А ты его в себя влил на целое состояние. Папка-то знает?
В этом месте Мазуров отчётливо взбледнул. Полагаю, вряд ли его отец был в курсе о пристрастии сына к наркотикам. И понимал, куда уходят деньги, которые он выделяет на его содержание.
  
— Не понимаю о чём вы, госпожа Рин-рин… — промямлил он, пряча лицо за чайной чашкой.
— А это неважно! — весело махнула она рукой, вставая из-за стола. — Ладно, вы тут кушайте, я отойду пока.
Что-то в её поведении говорило, что лиса затеяла какую-то игру. Которая не всем присутствующим понравится. Илье Мазурову — точно.