"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Ошеломлённый этим осознанием, я так и остался стоять у приоткрытой двери, не выходя, но и обратно в классе прятаться не спеша. И отмер, лишь когда со стороны лестницы донёсся едва слышимый звук шагов.
Тут же принял решение: «А вот сейчас мы заодно и проверим, как это работает!»
Больше не тратя время на размышление, выпустил «дымку». Не вокруг себя для маскировки, а вытянув через весь коридор невидимым щупом. Конструкт без труда покрыл расстояние до лестничной площадки, скользнул призрачным языком сперва вверх, а потом вниз. И принёс информацию о поднимающемся человек.
Ни пол, ни возраст, ни размер противника я так узнать не мог. Просто движущаяся помеха на пути движения моих микрочастиц. Но и этого было достаточно. А значит, можно было и рискнуть. Протестировать незадокументированные возможности «дымки» и понять, насколько верные выводы сделал.
Всё ещё не видя террориста, я принялся сосредоточенно лепить между ним и мной канал. Выстраивал частицы земли, пыль и песчинки последовательно, словно вагоны в поезде. И когда решил, что готов, осторожно ткнул дальним концом получившегося щупа в приближающийся живой объект.
Сперва ничего не происходило. По правде, я ведь даже не был уверен, что это сработает. Какова должна быть скорость отклика, длина и ширина канала. Должен ли я что-то почувствовать или все само собой произойдет. Короче говоря, ждал чего угодно.
И дождался. По выстроенной мной цепочке прошло что-то вроде электрического импульса. Да такого сильного, что связь мгновенно разорвалась, а я сел на задницу, оглушенный. Пока поднялся на ноги, пока круги перед глазами перестали закрывать обзор, боевик уже добежал до двери в класс. И зашептал знакомым голосом.
— Ты что творишь, дурило? Жить надоело!
Ринко, а это была она, скользнула внутрь и, небрежно подвинув меня ногой, закрыла за собой дверь. Огляделась, заметила двух мертвецов и вопросительно уставилась на меня.
— Что произошло?
Пришлось быстро ей пересказывать последние события, не упустив и предположений о том, что из одного боевиков я буквально выкачал всю жизненную энергию.
— Через стихийное заклинание? — не поверила лиса. — Как такое возможно? Хотя… Это ты «дымкой» своей меня тронул и попытался соединить наши меридианы?
Вот, значит, как это с её стороны выглядело…
— Да.
— А я невесть что уже вообразила! — находясь в образе мужчины, она совершенно по-женски всплеснула руками. И хихикнула виновато. — Решила, что среди пшеков кто-то из моих родичей затесался. Поэтому и ударила в ответ. На всякий случай.
Кицунэ почувствовала вторжение и как-то атаковала. Записать в журнал экспериментов — никогда не пробовать проделывать подобное с биокинетиками и оборотнями. Особенно с теми, кто в несколько раз сильнее меня. Это ещё повезло, что канал был нестабильным. И сразу же после удара разрушился. А то могло бы и убить отдачей.
— Ладно, с этим мы потом будем разбираться, — телохранительница быстро вернула себе серьёзный настрой. — Давай выбираться. Происходящее мне совсем не нравится. Но лазейку я найти смогла. Попробуем ею воспользоваться.
Пока я сидел в шкафу и дрался с террористами — да, назовём это так — лиса в образе боевика смогла незамеченной пробежаться по всей школе и собрать информацию.
По её словам, всего в школу проникло двадцать три человека. Уже двадцать — двоих убил я, а одного прикончила Ринко, чтобы получить скопировать его внешность на случай требования снять маску. Тело спрятала в учительской на третьем этаже. Поэтому нам нужно было торопиться. В любой момент бандиты могут хватиться своих пропавших товарищей, и тогда за нами начнётся настоящая охота.
Как лиса и предполагала, внутрь они вошли ночью, а с утра, притворившись охранниками, встречали приходящих педагогов. Которых сразу вязали, чтобы они не подняли тревоги, и размещали под наблюдением в спортзале. Потом туда же привели и детей.
— Разместились они грамотно, — отметила она. — Только пятеро охраняют заложников, остальные рассредоточились по всему зданию. Видимо, чтобы наблюдать за подготовкой к штурму с самых разных углов.
— А штурм уже готовят? — спросил я.
— Не похоже, — дёрнула плечом оборотень. — Из окон не видно, а мобильную связь они глушат, так что позвонить я никому не могу. Переговоров между властями и свободовцами тоже пока не было — опять же, мне никто не докладывал. Похоже, что силовики ещё даже не в курсе, что школа захвачена. Хотя уже минут тридцать прошло. Должно же хоть группу наблюдения что-то насторожить.
Всего полчаса прошло? По ощущениям, я тут уже часа два торчу, а по факту — даже первый урок ещё не закончился. Вот никто и не чешется из наблюдателей. Хотя… Была же стрельба! Не могли же они её не слышать!
— Внутри здания? — Ринко в ответ на мой возглас «как такое может быть?» хмыкнула. — Могли и не услышать. Они же не прямо под стенами школы сидят. Но я могу и ошибаться. Вполне может быть, что полиция или кто там просто не показывают интерес, а ставят заслон без особого шума.
— В любом случае надо сообщить о захвате школы!
— Вот выберемся и сообщим, — подвела черту телохранительница. — Пошли!
Пока разговаривали, лиса успела придумать и проработать для нас легенду. Довольно простенькую, на самом деле — искала спрятавшихся, нашла одного, теперь ведёт в спортзал к остальным. Для этого она велела держать голову опущенной, а руки за спиной. Руки стягивать пластиковыми наручниками, которые имелись в комплекте снаряжения убитого ею бойца, не стала.
— Они так-то никого не связывали, — пояснила она. — Кроме учителей. А дети и так напуганы.
С таким расчётом мы и вышли из класса, направившись уже не таясь к лестнице. По пути нас окликнули всего дважды: на лестнице и в фойе первого этажа. Каждый раз Ринко выдавала какую-то фразу на польском, и террористы теряли к нам интерес. Я же вёл себя в полном соответствии с образом запуганного мальчишки и не пытался глазеть по сторонам.
Но это была самая простая часть нашего побега. Дальше начались настоящие сложности. Дело в том, что куда-то кроме спортзала, боевик спрятавшегося школьника вести не мог. А вход в подвал, где и находилась обнаруженная лисой лазейка, находился в том же коридоре, что вёл в спортзал. И охранялся снаружи.
Проделать это на глазах у парочки боевиков и не привлечь их внимания — та ещё задача. Но у Ринко, оказывается, был план.
— Эй, парни! — позвала она бойцов от дверей спортзала. — Пацан знает, где могли спрятаться ещё детишки. Поможете? А то неохота одному за всеми гоняться.
Говорила она на польском, и смысл сказанного я скорее угадывал, чем понимал. В конце концов, языки родственные.
— Кто приказал? — уточнил один из мужчин в масках.
— Никто. Сам решил проверить, что пацан говорит.
— Сходи, — один кивнул другому. — Я здесь останусь.
— Почему я?
Пока террористы препирались, лиса спокойно открыла дверь в подвал и толкнула меня внутрь. А когда недовольный боевик шагнул вслед за ней, велела на русском вести к «тому месту». Изображая страх, я закивал и двинулся первым.
Когда лестница вниз упёрлась в дверь, за спиной услышал едва различимый хрип. Развернувшись, увидел, как у настоящего боевика из груди торчит когтистая лапа. А за его спиной стоит уже не ряженый мужик, а привычная мне девушка.
— Ну, чего замер? — шепнула она. — Помоги затащить его внутрь и валим!
.43
Оставшаяся часть побега из захваченной террористами школы прошла без сучка и задоринки. За две минуты пробравшись сквозь весь подвал, мы с Ринко покинули здание через старую, заваленную всяким хламом дверь. И оказались на воздухе.
Но ещё не на свободе. Неприметный выход находился прямо под окнами школы, и стоило хоть немного отойти от них, как мы попались бы на глаза боевикам, которые могли наблюдать за двором.
— Что дальше? — шёпотом спросил я свою телохранительницу.
— Бегом до забора. — ответила она.