Личное дело студентки (СИ)

Сердце колотится так, словно я только что с занятий по кроссфиту. Наслаждение все еще растекается по животу и между ног, не давая начать мыслить здраво.
Покровский поднимает голову и улыбается.
- Ты как?
- Спрашиваешь? – ухмыляюсь я, проводя пальцем по щеке Матвея.
Он как кот трется об мою руку, затем приподнимается на локтях и встает с кровати.
- Ты уедешь? – вопрос вылетает быстрее, чем я осознаю, насколько жалко он звучит.
Матвей оборачивается и кивает.
- Но не сейчас, - добавляет он, заметив мое скуксившееся лицо. – Часа в четыре утра, надо будет успеть до семи подготовить все бумаги.
- Спать будем? – улыбнувшись, спрашиваю я.
- Как пойдет, - повторяясь, хмыкает мужчина и скрывается за дверью.
Я же откидываюсь обратно в кровати и глупо улыбаюсь в потолок. Ой, дура…
Когда Матвей возвращается, я, следуя его примеру, ухожу в душ. Уже там, стоя под струями воды, я начинаю осознавать произошедшее. Не то чтобы для меня все это стало неожиданностью, просто одно дело предполагать, что будет, если не остановить наш флирт, а другое – когда это все в самом деле происходит.
С другой стороны я не паникер, да и Матвей – взрослый мужчина, должен понимать всю степень ответственности от снятия трусов со своей студентки.
Когда я возвращаюсь в комнату, застаю лежащего на моей кровати голого мужчину, прикрывающего лишь стратегическое место одеялом. Похоже, кто-то не собирается ограничиваться одним разом.
Я забираюсь сверху на Матвея, чувствуя, как он возбуждается вновь.
- Это полотенце явно лишнее, - суровым голосом произносит он, развязывая на мне махровый кокон.
- Как скажешь, - отвечаю я, облизывая губы.
Раунд второй.
  
Глава 17
 
Будильник ворвался в мой крепкий сон, как самый страшный кошмар.
- Мне нужно ехать, - раздался шепот над ухом.
- Ммм, - промычала я что-то несвязное, забираясь верхом на Матвея и устраиваясь поудобнее.
- Кристина, - поглаживая меня по бедру, снова призвал к моей совести преподаватель, - если я сейчас никуда не поеду, то не успею подготовить документы и не заработаю кучу денег.
- Одной кучей больше, одной меньше, - пробормотала я, не желая отпускать мужчину. Да, я эгоистка.
- У меня их не так много, как ты думаешь, - хмыкнул Матвей, скатывая меня с себя на кровать.
Уснули мы где-то только около часа ночи, а будильник Покровский ставил на четыре утра. Три часа сна, для меня это самый страшный кошмар.
Зазвенела бляшка ремня, и я приоткрыла один глаз, чтобы полюбоваться прекрасным зрелищем одевания профессора. Раздевание мне нравится больше, но что поделаешь.
- Закрой за мной, - поцеловав меня, произнес Матвей.
Я кивнула, и как зомби последовала за мужчиной в прихожей. Там уже, забравшись на него как обезьянка, я снова застопорила его уход. Но Матвей оказался очень ответственным и, несмотря на стояк, который я явно ощутила, все же покинул меня.
Ну вот, сначала проснуться не могла, теперь уснуть.
Я еще час прокручивала в голове все, что произошло, и пришла к выводу, что нисколько не жалею.
До пятницы мы общались с Покровским всего пару раз и то по телефону. Он был весь в делах, обещая на выходных восполнить свой побег.
Думала ли я, что он меня избегает? Были мысли, признаюсь, но скорее всего он действительно по уши в делах. Впрочем, скоро все равно понятно все будет.
В четверг после обеда я привезла маму из больницы. Весь вечер ходила за ней хвостиком по квартире, не давая ничего делать и желая постоянно ее накормить. В итоге даже моя мама не выдержала такого настойчивого внимания и рявкнула на меня, чтобы я успокоилась.
С Покровским в пятницу мы встретились на парковке. Припарковав рядом автомобили и обменявшись взглядами, мы вышли из машин одновременно. Вокруг была куча студентов, и как бы мне не хотелось повиснуть, ну или хотя бы прижаться к мужчине, пришлось этого не делать.
- Доброе утро, Матвей Дмитриевич, - с улыбкой произнесла я.
- Доброе утро, Кристина, - сдержано ответил мне Матвей. – Как настроение?
 
- Отлично, - улыбнулась я, доставая с сиденья сумку и нагибаясь так, чтобы у мужчины не осталось сомнения, для кого это представление. – Выходные обещают быть хорошими.
- Даже так? – сквозь зубы произнес преподаватель, а поравнявшись со мной, шепотом добавил, - еще раз выпятишь передо мной свою попу, не посмотрю, что мы на людях, а затащу в машину и трахну.
- Ты же понимаешь, - так же тихо ответила я, - что я теперь просто обязана это сделать.
В аудиторию я зашла в отличном настроении, даже Юлька это заметила.
- Ты прямо светишься, - хмыкнула она, доедая батончик сникерс, - хочешь?
- Не, - отрицательно мотнула я головой, - вчера маму выписали, я довольна.
- А, ну понятно, - кивнула подруга, хотя, почему-то в ее голосе мне послышался сарказм.
- Доброе утро! – Покровский появился очень внезапно, улыбаясь как мартовский кот. Хотя теперь я знала, что он самый настоящий кролик, а не кот.
Я закусила губу, понимая, что во рту слюна собирается, когда я просто даже смотрю на него.
Мы обсудили новую тему, а затем, расслабленный Матвей предложил позадавать ему вопросы по тем материалам, что непонятны.
Вначале вопросы были довольно скучными, я даже стала калякать что-то в тетради, но потом послышался голос Олеси, и я подняла голову.
- Матвей Дмитриевич, - голосом похотливой самки, произнесла королевишна, - а у вас есть девушка?
Мужчина неосознанно глянул на меня, а я резко отвела глаза в сторону.
- Если вы, Олеся, объяснить прямую связь этого вопроса с международным правом, то я непременно отвечу.
- Я думаю, большей части аудитории это интересно, - улыбнулась девушка, - и если студентки не будут отвлекаться на такие мысли, то и международное право будет даваться им легче.
Выкрутилась, сучка.
Хотя, признаться, мне было интересно, что ответит Матвей. Поэтому, я откинулась на стуле и уставилась на него.
Мужчина хмыкнул, опираясь о стол поясницей.
- Я не свободен, - произнес он.
Олеся передернула плечом, и села на свое место. Покровский же поднял на меня глаза, но я так и не поняла, что значит его взгляд. Эта его фраза «я не свободен» много чего могла значить. Например, что у него есть девушка, и это не я. Или я после той ночи приравнялась к его девушке. Или же просто он сказал это, чтобы от него отстали. А я ведь обещала себя не накручивать…
Мужчина продолжил вести лекцию, а так как у меня настроение было малость подпорчено, я решила его себе поднять.
В тот момент, когда все были заняты тем, что конспектировали, я выставила свои ноги в чулках в проход, понимая, что если никто специально не будет оборачиваться, видно их будет только моему преподавателю.
- Соответственно, когда где-либо…
Покровский сбился. Я же подняв невинные глазки, закусила ручку в ожидании продолжения.
Матвей отвернулся, продолжая лекцию. Я же задрала слегка юбку, так чтобы была заметна кромка чулок.
Мужчина снова наткнулся взглядом на мои ноги и ушел за трибуну. Там, продолжая читать лекцию, он достал телефон, что-то строча в нем. Уверена, что это мне письмо счастья.
«Прекрати!»
Я приподняла бровь, встретившись со взглядом Матвея, как бы говоря, что я такого делаю?
Больше мужчина не велся на мои провокации, да я и сама вскоре перестала его дразнить, хотя, признаюсь, хотелось бы.
По окончании лекции Покровский, не взглянув на меня, покинул аудиторию. Мне это не понравилось, и чувство вины неожиданно зашевелилось в груди. Хотя та же Олеся постоянно провоцирует его своими мини, но он же не бесится.
- Я скоро подойду, - шепнула я Юльке, отправляясь в кабинет Матвея.
Я постучалась и после грозного «Да, входите», переступила через порог его святыни.
- Ты что-то хотела? – мельком взглянув на меня, спросил мужчина.