Скрипачка (СИ)

Стук повторился.
— Алиса, можешь смело открывать дверь, это я.
Нехотя поплелась встречать незванного гостя.
— Одевайся, поехали, — приказным тоном сказал врач, как только приоткрыла дверь.
— Угу, а больше ничего не надо сделать!? — Возмутилась я.
— Вся моя семья ждёт только тебя. Ванька тебе подарок приготовил. Времени мало, надо успеть доехать до боя курантов.
Что ты раскомандовался тут!? — Хотела я возмутиться, но всего лишь прокрутила эти слова в уме. Разум рекомендовал повиноваться мужчине с таким убийственным взглядом.
— Не могу я поехать. Просто я подарки не купила. Ром, мне правда стыдно появиться у вас с пустыми руками. — Тихо сказала, опустив глаза. Чувствую как краснеют щёки.
Рома подошёл и обнял меня.
— Не переживай, я уже всем купил подарки от твоего имени.
Я вскинула на него взгляд. Рома был серьёзен, но глаза улыбались.
— Но, ведь это не честно, Ром! Давай, я тогда за подарки тебе деньги отдам. Сколько я должна?
— Ты должна только поехать со мной, и желательно добровольно. У тебя есть пять минут на сборы, иначе вынесу из комнаты не спрашивая. Я понял, что с тобой по-другому нельзя, надо сразу брать быка за рога.
Я послушно пошла одеваться.
Ромкина семья радостно встретила нас. Я подарила подарки, купленные доктором. Ваня сказал, что меня тоже ожидают подарки под ёлкой, но я должна их открыть только после боя курантов.
И вот новогодний концерт прерывается, и на экране телевизора появляется президент с поздравительной речью.
Бой курантов захватывает дух. Я впервые встречаю новый год по-семейному. Мы поднимаем бокалы с напитками, и поздравляем друг друга с Новым счастьем.
— Прежде чем мы пойдём запускать салют, я хочу сделать заявление. Мы с Алисой решили пожениться! — С улыбочкой заявил Рома.
Мы все посмотрели на него ошарашенными глазами. Нормально вобще!
— Всем на выход! Пойдем запускать салют, — приказал Рома, тем самым перебил мои невысказанные возмущения.
Во дворе дома мужчины установили большую коробку с залпами. И вот началось это красочное представление. Я как маленькая, не отрывая глаз, следила за салютом. Салюты запускали по всей округе, но, казалось, наш самый красочный.
Рома подошёл сзади, и обнял меня.
— Алис, не сердись. Просто в такой праздничной обстановке предложение выглядит романтичнее. Во всяком случае, мне так казалось.
— Предложение!? Рома, никакого предложения не было! Ты просто поставил перед фактом.
— Ну, если для тебя так важны слова.
Алиса, выходи за меня замуж.
— Вот так просто? Без чувств?
— Я не мастер слова. Если человек мне не безразличен, я это показываю делами.
После новогодних праздников, я отказалась идти в ЗАГС, чтобы написать заявление для заключения брака.
С того момента, Рома снова стал для меня грозным доктором. Тем не менее, забирать меня с работы не перестал.
Время летит незаметно, и вот я уже в декретном отпуске. Среди белого дня ко мне приехал Рома.
— Привет! Мне уже надоело ждать, когда ты решишься пойти со мной в ЗАГС. Подумай о будущем. Ребёнку нужен отец.
— У твоего ребёнка нет мамы, но ничего, справляетесь ведь как-то.
Рома замер. После моих слов, на него было больно смотреть. Я никогда не задавала ему этот неловкий вопрос, о том где мама Ванечки? Он тоже не открывал эту закрытую дверь своей жизни.
Рома развернулся и направился на выход.
— Ром, прости! — стала умолять его, но он вышел.
Я побежала за ним.
— Ром, пожалуйста, прости! Ну что мне сделать, чтобы заслужить твое прощение? Хочешь, поехали прямо сейчас в этот ЗАГС. Остановись же! — уже в слезах и соплях кричала ему в след.
— Алис, прекрати. Тебе не желательно на таком сроке бегать.
— Ты меня простишь? — пропищала я.
— Я буду ждать тебя в машине. Не забудь взять паспорт.
Так как мы предоставили справку о беременности, нас расписали через неделю.
На роспись мы пришли с Ванечкой, и родителями Ромы.
Теперь я Акимова Алиса Борисовна.
Через два месяца наша семья пополнилась. На свет появилась Акимова Мария Романовна.
  
Роды принимал мой муж. Рома находился со мной в предродовой целых восемь часов.
Имя доченьке выбрал Ваня, и мы поддержали его. Мои отношения с мальчиком были дружеские, иногда конечно, были недопонимания, но мы вместе находили выход из ситуации.
Машеньке было два месяца, когда Рома поднял вопрос о моем образовании.
— Алис, сегодня я был у главного врача. И у нас завязался разговор о недостающих кадрах в нашей больнице. Вобщем, у нас в больнице можно взять целевое направление на обучение на врача.
— Заманчивое предложение. Ром, а как же Маша? Она совсем маленькая.
— С дочкой будут сидеть бабушка и дедушка. Я уже с ними поговорил. Маша всё равно на смешанном питании. Учиться будешь у нас в городе. Решайся.
Я рассмеялась. Он не исправим.
— Я не удивлюсь, если пакет необходимых документов для поступления у тебя на руках.
Муж улыбнулся. Значит я права.
Учиться я пошла через месяц. Было очень тяжело! Столько информации! Латинский язык давался, особенно тяжело.
Ко всему Машины первые зубки мучительно прорезались. Мы с Ромой ходили как зомби. На Машин плачь, посыпались ночью по очереди. Рома заботился о ней, как о родной дочери. Официально, Маша и так, является его дочерью. Когда я увидела свидетельство о рождении, то расплакалась.
Мне сразу вспомнились его слова: "Если человек не безразличен мне, я это показываю делами".
За четыре года совместной жизни в браке, я ни разу не пожалела об этом шаге.
Рома настоящий глава семейства, и всё делает для того чтобы нам было комфортно. Только для обеспечения нашей семьи он берет дополнительные смены, и мне это не нравится. Мне его жалко. Мне тоже хочется вносить свой вклад в семейный бюджет. Я узнала, что после четвёртого курса можно подрабатывать на скорой помощи. За ужином подняла тему о работе. Ой сколько было возмущения! Рома делал грозный голос, чтобы воздействовать на моё решение, да только я уже давно его не пугаюсь.
В итоге я добилась своего.
Сегодня после очередной ночной смены, решила сначала заехать в магазин за продуктами, а потом сразу домой. Да, именно заехать, я теперь вожу машину.
Набрав корзину с продуктами, направилась к кассе. Стояла приличная очередь, но вторую кассу почему-то не открывали. Я одновременно подошла в конец очереди с мужчиной. Это был Глеб. Бежать обратно было глупо. Я была в кепке, и надеялась, что он меня не узнает. Не тут-то было, узнал, ещё и разборки мне устроил. Люди заинтересованно слушали наши выяснения отношений. Обвинения Глеба меня возмутили. Казалось, он издевается.
Наш разговор продолжился на улице.
Он обвинил меня в грехах, даже не разобравшись. И всё эти годы не мог мне простить аборт, который я не делала. Ох, и перекосило Глеба от новости о родившейся дочери.
— Я хочу с ней познакомиться, — сказал он.
— Маша знает только одного отца, и это мой муж. Сегодня хочу, а завтра твоё не хочу, травмирует ребёнка.
— Так разводись. Будет у дочери только один настоящий отец.
— Больше ничего не надо сделать!? — вот выбесил.
— Реши, в какой день мы сможем встретиться? Скажи свой номер телефона.
— Номер прежний. Или ты так обиделся, что удалил его? Я позвоню тебе, когда мы сможем.
— Я буду ждать звонка.
Домой я приехала сама не своя. Рома сразу обратил на это внимание.
— Алиса, что-то случилось? Смена тяжёлая была?
Поговорить нормально не получилось. Маша прибежала с радостными криками:
— Мамочка пришла! Ванечка, идём скорее, мамочка пришла!
У нас ритуал с детьми. Когда прихожу с работы, мы все вместе обнимаемся.
После обнимашек, и совместного чаепития, я пошла купаться и спать.
Роме так ничего не рассказала про Глеба. Сама себе не могу объяснить почему.
Я погрузилась в переживания о том что будет дальше. Как Маша и Глеб будут общаться. А если Глеб захочет, чтобы Маша носила его фамилию и отчество?