Шпионка. Часть 2 (СИ)

Золин выставил эту гадость на вытянутой руке и понёс, точно факел. В общем, да. Мы пошли за дымом.
— Ты уверен, что делаешь всё правильно? — настороженно покосилась на парня.
— Я так польщён, что ты мне не доверяешь, — иронично высказался тот.
— Ну, то, что ты делаешь, выглядит несколько странно.
— А ты не обращай внимания. Ты ж прекрасно знаешь, какой я идиот. — Это было сказано без шутливой интонации.
Во мне скепсис смешался с удивлением.
Выглядело примерно так:
«Пф, ты обиделся, что ли?».
«На что это ты обиделся?».
— Когда я злюсь, то всех так называю. Даже себя иногда, — сказала осторожно.
— Знаю, я ж не первый год с тобой знаком.
Э-э-м? Что, чёрт возьми, это значит?
Мы медленно передвигались по тёмным коридорам Академии. Атмосфера была зловещей. В окна проникал лишь свет от луны, зажечь факел мы не могли, потому что у нас его не было. Использовать мага огня не могли по той же причине.
Наше передвижение со стороны напоминало прогулку призраков по заброшенному старинному дому.
— А ты ориентируешься по дыму? — спросила я, внимательно наблюдая за своим спутником.
— Нет, он помогает мне увидеть линию, которая становится ярче, когда мы идём в правильном направлении.
Никакой линии я не видела. Понятно. Это связано только с его магией.
— Слушай, я в Лораплине была недолго, поэтому вникла не во все ваши заморочки, — сказала негромко. — Если я что-то не так сделала, ты прости.
— Что? — опешил он. — Что ты могла не так сделать? — Золин аж голову повернул, чтобы удивлённо всмотреться в моё лицо.
— Ну не знаю. Может, надо было отдать тебе… мои вещи?
— Я же сказал, что просто пошутил. Не хотел я ничего у тебя брать!
— И за что ты тогда на меня обиделся?! — прохрипела я. Это предполагалось воскликнуть на повышенных тонах, но вспомнив о жутких ощущениях, пришлось срочно понижать тембр. В итоге вышел какой-то старушечий хрип.
— Я не обиделся, — удивился он такому предположению. Потом исправился: — Не на тебя. Очень тупо вышло, правда. Я забыл, насколько серьёзно ты относишься к миру.
— Чего? — Вот теперь обиделась я. Нагнала его и в сердцах спросила: — Ты считаешь, что я такая серьёзная, что шуток не понимаю?
— Н-ну… я не совсем это имел в виду, — уклончиво пробормотал парень.
— Вообще-то я тоже люблю шутить!
— Правда?
— Ну, может, не шутить, но… смеяться над шутками! И я общительный человек! Ну, грублю иногда. Но тебе же не грублю! Если только чуть-чуть. И вообще я душа компании! И я по ночам тоже периодически гуляю… и веселюсь! И алкоголь пью!
Золин покосился на меня каким-то ну просто невероятно странным взглядом. Тут была и настороженность, и недоверие, и непонимание, и удивление, и весёлость. Куча мала, короче.
А сказал он только:
— Ты?!
К чему это относилось, было непонятно, поэтому пришлось выбирать самой.
— Я люблю алкоголь, — даже бровью не повела.
— Ты?!
— А другие слова знаешь?
— Э-э…
Зашибись исчерпывающе.
— Слушай, — вздохнула, — просто не обижайся на меня, ладно? Я знаю, что я неприятный человек.
— Да я не обиделся, — в сотый раз напомнил парень. — Я думал, это ты обиделась.
О, так вот оно что.
— Я знаю твой стиль общения, — сказала тихо. И мне он приятен, что уж там. — Всё нормально.
— Ну здорово. — Он помолчал и добавил: — Стащу у вас сегодня что-нибудь.
— Золин, — закатила я глаза и не выдержала, рассмеялась. Смех отразился от стен и заставил поспешно заткнуться. Да уж, конспирация на нуле.
— Уверен, директор уже услышал твоё ржание и направил сюда всех фенриров, — недовольно констатировал парень.
— Видишь этот кулак? Сейчас дам тебе в нос, и на твой плач сбегутся фенриры со всего Стродиса. Понял?
— Видишь этот бицепс? Сейчас как напрягу, и на твои вопли восторга прибегут фенриры даже из Лораплина.
— Видишь эту фляжку? Сейчас я использую воду и заморожу ей твой рот.
— Видишь эти… э-э… а, хотя ладно. Забудь. — Золин неожиданно пошёл на попятную в словесном бое.
Я оскорблёно нахохлилась.
— Нет уж, договаривай!
 
— Тебе не понравится то, что я скажу.
— Да тебе-то откуда знать? Раз начал, то говори уж.
— Видишь эти штаны? Сейчас как сниму…
— Нет уж, ладно, закрой свой рот! — Я панически замахала руками у него перед лицом, из-за чего Золин шарахнулся в сторону, но вместо того, чтобы позлорадствовать, рассмеялся. Я тоже не выдержала и улыбнулась.
Мы заткнулись одновременно.
Нам пришлось проходить мимо зала для тренировок. Рядом с непосредственным входом располагались ещё двери в раздевалки, и в кладовку, в которой я как-то зажала Джексона. Именно дверь в кладовку отворилась. Медленно и с жутким скрипом, который в тишине резанул нам уши. Из кладовки выпала швабра.
Мы с Золином замерли. Переглянулись. Я хмуро посмотрела на дым, исходящий от травок. Чёрт. Из-за него нас могут раскрыть раньше, чем мы нападём сами.
Жестами указав друг другу, что делать, тихо и осторожно двинулись в сторону предполагаемых нападающих. Я была впереди. Золин прикрывал, ну и с травами своими не мешал.
Вот только никаких охотников не было. Я была готова даже с фенриром лицом к лицу (а возможно, и лицом к морде) встретиться. Но тут не было никого. Вообще.
Мы с Золином полминуты тупо пялились на лежащую швабру. Потом всё же додумались убрать её обратно и закрыть кладовку.
— Теперь Академия правда напоминает дом с привидениями, — хмуро сказала я.
Темнота, царившая в пустынных коридорах, больше не привлекала воображение. Наоборот, стала только мешать. Мы не разговаривали, поэтому любой шорох долетал до моих ушей. А оказалось, что этих шорохов тут немало. От них по рукам и спине побежали мурашки.
— Ты в порядке? — покосившись на меня, осторожно спросил Золин.
— Да, — сухо ответила. Взглянула на парня и добавила резко: — Я не боюсь.
— Я этого и не говорил.
— Долго ещё идти? — спросила, нервно глядя по сторонам.
— Не знаю.
Настроение, только-только поднявшееся до отметки «кажется, могу терпеть этот мир» благодаря шуткам Золина, резко ухнуло вниз.
Я возненавидела темноту всего за какие-то секунды. Потому что приходилось щуриться, вглядываться, но всё равно ничего не видеть.
Очень кстати вспомнилось, что это Академия Аспида Гаркова. Это он здесь хозяин. И когда Джен предложила мне совершить свою месть, потому что я буду на знакомой территории, мы вместе не учли ещё одну вещь: она и ему знакома тоже.
Стало казаться, что приспешники директора, или даже он сам, скрываются в каждом углу. Все шорохи, даже тихие завывания ветра за окнами — их рук или лап дело.
— Ты точно уверена, что всё хорошо? — В голосе Золина мелькнуло беспокойство.
— Я. Не боюсь.
— Мелинда, этого я не говорил, — с расстановкой напомнил парень.
— Хватит так на меня смотреть, — хмуро сказала. — Я воин. Я не боюсь. Ничего.
— Так. — Золин замер на месте и зло взглянул на меня. В лицо повеяло дымом, я поморщилась и сделала шаг в сторону. А парень спросил: — Что происходит?
— Ничего. Идём.
Но Золин прытко преградил мне путь.
— Ты боишься сказать, что тебе страшно?
— Мне не страшно!
— В этом нет ничего постыдного, — взмахнул руками парень. Боюсь даже представить, как он догадался о моих переживаниях. Надеюсь, не по лицу.
— Мне и не стыдно, — огрызнулась я.
На меня моментально направили дымящуюся траву, словно указку в кабинете с доской.
— Вот видишь об этом я и говорю, — дал исчерпывающую информацию Золин.
— О чём ты говоришь?
— Это чувства. А ты, Матильда, боишься их показывать.
Я недовольно поджала губы, воинственно скрестила руки на груди. Меня не радовала заминка, из-за которой мы застряли посреди коридора. Но Золин тоже был непреклонен, поэтому нужно было что-то срочно решать.
От меня донёсся тяжёлый вздох.