В предвкушении страсти

— Да. Я вижу будущее, но через призму его разума, — объяснила она другим. — Как если бы видения возникали у нас обоих… — Она раскрыла рот. — Он — Я-Пси. Он такой же, как я.
Предположение ошеломляло.
— Возможно, — вмешался Джад. — Но не будем пока об этом, ты уверена, что узнаешь его?
— Да. Не волнуйся, ты не причинишь вред невинному.
— Я — Пси. Волнение — эмоция веров.
  
Интересно, кого он пытается убедить, ведь правда в том, что Джад больше не Пси. Он давно вышел из ПсиНет, и, скорее всего, числится погибшим. Теперь он живет совсем в другом мире.
— Я узнаю его. Я видела его лицо.
Вокруг воцарилось молчание.
  
Глава 23
 
Джад мгновенно уловил логическую неувязку.
— Ты только что сказала, что видишь всё его глазами.
— Да.
— Тогда как, Рыжик? — В голосе Вона не было злости, но его явно задело, что она не сказала ничего раньше.
— Я не хотела видеть, — тихо, почти беззвучно прошептала она.
Он обнял ее, и она поняла, что он услышал.
— Ты никогда больше не будешь одна.
Она прикрылась этими словами, как щитом, и всё равно ей понадобились все силы Пси, чтобы голос прозвучал ровно, когда она вновь мысленно погрузилась в тот кошмар.
— Я увидела его отражение.
В луже крови, как в тёмно-красном зеркале, в доме из последнего видения.
— Тогда вопрос снимается — Фейт обязана присутствовать, — сказал Джад.
— Пусть присутствует, но не высовывается и не подставляет шею. — Рука Вона вокруг её плеч была твердой как сталь, она не причиняла боли, но и не давала шевельнуться.
— Вон. — Она старалась говорить тихо, но Лукас и Клей всё равно, наверняка, слышали. — Думаю, нам надо пройтись.
Он выпустил её из объятий и взял за руку.
— Мы недолго, — сказал он остальным, но больше не произнёс ни слова, пока они не отошли подальше.
— Я не дам тебе рисковать собой.
— При телепатическом воздействии опасность минимальна, почти нулевая.
— Вдруг убийце и этого хватит? Он не такой, как другие, он сумел овладеть твоими видениями.
— Может быть, — согласилась Фейт. — Но это ничего не меняет.
Вон ей не ответил, но глаза его стали кошачьими. Потому Фейт обратилась к ягуару:
— Ты как-то спросил, считаю ли я себя виноватой. И я сказала «нет». Я солгала. — Усилием воли она сломила очередную стену, выстроенную Безмолвием — ей было проще чувствовать и действовать, чем пытаться выразить мысли словами. — Я ощущаю вину круглосуточно, каждое мгновение. Я — ясновидящая, но не смогла спасти жизнь родной сестре. Я — законченная неудачница.
— Откуда ты могла знать, что именно видишь? — выдавил Вон.
— Логика тут не работает, Вон! Ты не хуже меня это знаешь. — Она хотела, чтобы он вспомнил, как винил себя в смерти Скай, хотя сам был ещё ребенком.
Он обнял её за шею.
— Однажды я не смогу пойти на компромисс, не смогу поступать разумно, по-человечески.
Фейт поняла это еще в их первую встречу.
— Но это пока не произошло.
— Я хочу, чтобы ты не отходила от меня ни на секунду. Как только что-то пойдёт не так, ты всё бросаешь. Мне плевать, пусть его мозги превратятся в кашу. Ты сразу уходишь.
— Я не подпущу его настолько, чтобы он мог меня достать. Я буду как тень и сразу же исчезну.
***
Пока они обсуждали детали с остальными, кот в голове Вона беспокойно метался.
— Ещё кое-что, — сказал он, когда они обговорили несложный план.
— Совет, — подалась вперёд Саша. — Они уже наверняка знают, что Фейт перешла на сторону врага. И явятся за ней во всеоружии. Она Я-Пси, а потому знает слишком много.
Ягуар рвался устранить угрозу и решить вопрос раз и навсегда — Пси с проломленными черепами не опасны для его пары, — но человек в нём понимал, что всё не так просто. У Совета, шестиглавого чудовища, множество щупалец. На месте одной оторванной головы тут же вырастут несколько новых. Единственный способ их уничтожить — выдернуть с корнем. А такое под силу только Пси.
Фейт прижалась к его боку.
— Возможно, есть способ немного задержать их.
Тепло её тела чуть успокоило зверя.
— Есть идеи?
— Не идеи, скорее, предчувствие, — ее голос стал грустным. — Мне всё не давала покоя причина, по которой убили Марин. Он испытывает нездоровое возбуждение по поводу убийства, которое собирается совершить завтра, но в случае с Марин не было ничего такого. Он не выслеживал её. Я увидела всё очень отчетливо: наибольшее удовольствие он получил именно в момент её смерти, когда она перестала дышать.
Зверь ощутил гордость за силу Фейт. Вон передвинулся, присел на перила и поставил её между своими ногами. Он притянул её ближе за бедра, и она безропотно подчинилась, накрывая его руки своими.
— А не мог он убить её случайно, просто потому что представилась возможность? — От звука голоса Джада Лоурена ягуар едва не зарычал, не видя разницы между врагом и ненадежным союзником.
— Нет, у меня не возникло ощущения, что он торопился или действовал спонтанно.
Вона злила боль в её голосе, но он понимал, что только время залечит эту рану. Она не исчезнет бесследно, но зарубцуется, и хорошо, это сделает Фейт сильнее.
Саша постучала ногой.
— Какие у твоей сестры были способности?— Она была кардиналом-телепатом. Обеспечивала связь между членами клана.
— В сети я слышала, что твой Пси-клан выполняет массу секретных заданий Совета.
Фейт вцепилась в Вона.
— Она постоянно передавала сообщения, знала всё, все их секреты и планы в подробностях.
— Если б она решила выйти из игры, то стала бы для них очень опасной.
Марин НайтСтар все-таки была сестрой его пары, а Фейт слишком умная, независимая и человечная, чтобы шпионить на Совет.
Фейт вдруг яростно тряхнула головой.
— Так мы ни к чему не придем. Предчувствия обычно содержат общую информацию, надо подождать, вдруг удастся считать мысли убийцы. Даже если Совет явится за мной, обезвредим его раньше.
Клей скрестил руки на груди.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю. — В её голосе звучали страх и непоколебимая уверенность. — У нас ещё есть время. Завтра мы получим ответ.
— А если не получим? — тихо спросила Саша.
— Тогда хотя бы отомстим за Марин. — Глухая ярость Фейт задела ягуара за живое. — Хочу, чтобы он ответил за то, что сделал.
Мужчины переглянулись, понимая друг друга без слов. Три хищника-вера и бывший наемный убийца не видели ничего дурного в том, что Фейт злится. Это было справедливое, понятное чувство.
— Ответит, — заключил за всех Вон. — Даже если мне лично придется размозжить ему череп.
***
— Вон.
Фейт подошла и встала рядом.
Потертые джинсы, золотистые волосы собраны в небрежный хвост, он весь излучал жар и силу.
— Что, Рыжик? — Он отложил инструменты и погладил её костяшками пальцев. Прикосновение было ласковым, а взгляд — жёстким.
— Зачем ты сейчас этим занимаешься? — Она потрогала мрамор. — Идём спать. Нам обоим надо настроиться на завтрашний день.
— Я не Пси, детка. — И он добавил уже тише: — Мне не надо собираться с мыслями.
Фейт все поняла.
— Я готова.
— Иди спать. — Вон поднял долото. — Я скоро приду.
Она забрала у него инструмент и положила на верстак.
— Ты боишься сделать мне больно. —В паре такое было недопустимо, она знала это, хоть ей никто и не объяснял. — Боишься, что я снова сорвусь, как вчера.
— То, что мы делали вчера, было прекрасно, но ты пока не готова к повторению. А я сейчас не могу быть нежным. — Грубо, коротко и ясно.
  
Она положила руку ему на грудь.
— Ты никогда не будешь по-настоящему нежным.
Вон дёрнулся.
— Я не то хотела сказать. Мне нравится, что ты страстный, необузданный, требовательный. — Она сглотнула, и его глаза потеплели. — Я чувствую себя живой рядом с тобой.