Код лихорадки
* * *– Как тебя зовут?
– Томас, – еле проговорил Стивен.
– Опять врешь.
– Нет, – простонал он.
Ни боль, ни последовавшая за ней темнота уже не были неожиданностью.
* * *– Как тебя зовут?
– Томас.
– Не вздумай забывать.
– Нет, – дрожал он от рыданий.
* * *– Как тебя зовут?
– Томас.
– А раньше звали по-другому?
– Нет. Томас.
– Теперь запомнишь? На другое имя отзываться не будешь?
– Нет.
– Ладно. Еще раз, напоследок.
* * *Он лежал на кровати, сжавшись в комок. Вокруг стояла тишина, мир за пределами комнаты будто не существовал. Слез больше не было, ощущений тоже, только противное покалывание в горле. Словно во сне он видел перед собой Рэндалла с перекошенным от злости, похожим на ужасную маску лицом, Рэндалла, в котором чувство вины и раздражение породили беспощадную ярость.
Никогда не забуду, – клялся он себе. – Ни за что.
Он повторял это снова и снова. Однако что-то уже изменилось, вот только что…
Томас, Томас, Томас. Меня зовут Томас.
Глава 3
Дата: 222.2.28 Время: 9.36
– Посиди спокойно.
Врач был не злой и не добрый. Просто равнодушный. А еще непримечательный: среднего возраста, среднего роста, среднего телосложения, с короткими темными волосами. Томас закрыл глаза – проколов кожу, игла проникла в вену. Он так боялся этого каждую неделю, но боль длилась мгновение, а потом резко становилось холодно.
– Вот видишь? – сказал врач. – Совсем пустяк.
Томас покачал головой. После того случая с Рэндаллом ему не хотелось говорить. Спать и есть тоже. Вообще ничего не хотелось. Только в последние дни он начал понемногу приходить в себя. Любые мысли, связанные с прежним именем, приходилось гнать из головы – вдруг опять станут мучить болью. Пусть будет Томас.
Кровь, темная, почти черная, текла по узкой трубочке в пробирку. Зачем его опять колют, Томас не знал – анализы брали то каждый день, то раз в неделю.
Кровь перестала ползти, врач запечатал пробирку.
– Ну вот, с этим все. – Он вынул иглу. – Теперь в сканер, на мозг глянем.
Томас замер, грудь сжала тревога. Всегда, когда говорили про мозг, ему становилось страшно.
– Ну-ну, – сказал врач, заметив, что Томас напрягся. – Мы же каждую неделю смотрим. Обычная процедура – чего бояться? Надо мозговую активность отслеживать. Понимаешь?
Томас кивнул, крепко зажмурившись. Хотелось заплакать, но он лишь вздохнул поглубже.
Они прошли в другой кабинет, где стояло огромное устройство, размером, наверное, со слона, с трубой посередине и с торчащей из нее лежанкой.
– Залезай.
Томас проделывал это уже в четвертый или в пятый раз, спорить не было смысла. Он забрался на лежанку, лег на спину и уставился на яркие лампы.
– Услышишь постукивание, не пугайся. Так и должно быть.
Аппарат щелкнул, скрипнул, и Томас поехал в раззявленную «пасть».
* * *Томас сидел за партой. У доски стоял учитель, мистер Глэнвилль – угрюмый человек в сером, абсолютно лысый; вся его волосяная растительность, похоже, перебежала в кустистые брови. Шел второй час после обеда. Томас пальцы бы на ноге отдал, лишь бы прилечь, да хоть прямо на пол, хоть на пять минут.
– Итак, повторим то, что проходили вчера. Что такое ИСКРА? – спросил мистер Глэнвилль.
– Информационно-статистический Комитет по Разрушениям.
Учитель довольно улыбнулся.
– Очень хорошо. Идем дальше. – Он написал на доске буквы КНП. – КаЭнПэ, Комитет по Наведению Порядка – преемник ИСКРы. Как только получили сведения по странам и созвали представителей, специалисты смогли приступить к ликвидации последствий катастрофы, вызванной солнечными вспышками. Комитет занимался сбором информации об ущербе и пострадавших, а Коалиция приступила к ликвидации последствий. Ты меня слушаешь?
Томас вздрогнул и выпрямился – наверное, задремал на секунду.
– Извините. – Он протер глаза. – Извините. ИСКРА, КИП, я понял.
– Слушай, сынок. – Мистер Глэнвилль подошел ближе. – Не сомневаюсь, что есть предметы куда интереснее. Естествознание, математика, физкультура. – Он склонился над Томасом и посмотрел ему в глаза. – Но свою историю знать важно. Зачем мы здесь? Что нам делать? Как узнать, куда идти, если не знаешь, откуда пришел?
– Я понял, сэр, – покорно ответил Томас.
Мистер Глэнвилль выпрямился, все так же глядя Томасу в лицо – вдруг тот придуряется.
– Хорошо, если понял. Надо знать свое прошлое. Итак, Коалиция – обширная тема для изучения. – Он вернулся к доске.
Томас ущипнул себя посильнее, чтобы опять не уснуть.
* * *– Повторить еще раз?
Томас посмотрел на мисс Дентон. Смуглая, короткие волосы. Красивая. И глаза добрые. Пожалуй, самая умная из всех, кто встречался Томасу – на уроках по критическому мышлению не было легких задач.
– Не надо, я вроде запомнил.
– Тогда давай сам. И не забывай, что…
Не дослушав, он повторил то, что она говорила уже тысячу раз и что казалось ему полной бессмыслицей: «К решению надо приступать только после того, как досконально изучишь задачу, иначе решение станет новой задачей».
– Ай да молодец! – усмехнулась мисс Дентон. – Теперь повтори условие. И представляй все, что говоришь.
– На перроне пассажир, потерявший билет. Кроме него там еще сто двадцать шесть человек. На станции девять путей, пять идут на юг, четыре – на север. За сорок пять минут прибудут и отправятся двадцать четыре поезда. На перроне станет на восемьдесят пять человек больше. В каждый новый поезд сядут от семи до двадцати двух человек. А с каждого прибывшего сойдут от десяти до восемнадцати человек…
И так целых пять минут, все больше и больше цифр. Дурацкая задача. Попробуй запомни, а не то что реши.
– … сколько пассажиров останется на перроне? – заключил он.
– Очень хорошо, – похвалила мисс Дентон. – Условие ты наконец запомнил, а это уже полдела. Теперь решай.
Томас закрыл глаза и принялся за вычисления. На уроках мисс Дентон не разрешалось делать записей или пользоваться счетными устройствами. Та еще тренировочка для ума, но ему даже нравилось.
Он открыл глаза.
– Семьдесят восемь.
– Неправильно.
Томас передохнул и попытался еще раз.
– Восемьдесят один.
– Опять неправильно.
Его передернуло от досады.
Он пытался снова и снова, пока наконец не понял, что правильный ответ – не число.
– Мы не знаем, сел ли тот человек в поезд. И про остальных не знаем.
Мисс Дентон улыбнулась.
– Ну вот, дело пошло.
Глава 4
Дата: 223.12.25 Время: 10.00
Минуло два года с тех пор, как у Томаса отобрали имя. Дни были заполнены тестами и уроками – математика, естествознание, химия, критическое мышление, – и такими задачками на сообразительность и выносливость, о существовании которых он даже не подозревал. С ним работали самые разные учителя и ученые, а вот Рэндалла он больше не видел и ничего о нем не слышал. Куда тот делся? Сделал дело и ушел? Или заболел – заразился Вспышкой? А может, просто с Томасом больше не работал – стыдно было, что мучил ребенка, который и до школы-то не дорос? И ладно, пусть бы Рэндалл вообще никогда больше не появлялся – Томас до сих пор внутренне паниковал, завидев в коридоре кого-нибудь в зеленом комбинезоне.
Два года. Два года тестов и обследований. Постоянное наблюдение, уроки, еще раз уроки и головоломки. Очень много головоломок. А информации никакой.
Может, сейчас наконец что-то объяснят.
Томас проснулся бодрым и отдохнувшим. Вскоре после того, как он оделся и позавтракал, привычный распорядок дня нарушило появление незнакомой женщины. Сказали, будет «очень важная встреча». С кем, Томас спрашивать не стал. Ему было уже почти семь – достаточно, чтобы не всегда соглашаться со взрослыми. А еще за два года он понял, что ему так ни разу ничего и не объяснили. Выходит, узнать то, о чем не говорят, можно, если набраться терпения и внимательно ко всему приглядываться и прислушиваться.