Эволюция Генри 3 (СИ)

«Может, переложили в другой дом из-за вызова бойцов?..» — Пожал я плечами.
Местный главный, не изменяя привычке, дымил на мансарде, выслушивая что-то от говорившего ему мужика в возрасте, сидящего рядом — с курткой байкерского клуба на голых плечах и бандане поверх бритой головы.
Поискал Гвенет — та стояла возле трех мангалов на заднем дворе, руководя готовкой. Было кому заниматься мясом на решетках — то ли приехавшие тетки помогали, то ли женщины из квартала.
  
«Вот ее и озадачу, где девчонка», — зашагал я по газону, обходя здание.
Можно было поискать болезную талантом, но зачем?..
— Гвенет, — сбросив маскировку, тихонько окликнул я ее со спины.
Та, не прекращая разговора с подругой — я, в общем-то, пытался выждать паузу в этом словесном потоке, но не выдержал — лениво оглянулась на оклик, уже хотела было отвернуться к огню обратно, но резко замерла.
— Как ты тут?.. — Вырвалось из нее удивление.
— Ногами. Амелия где?
— Я хотела сказать, тебя должны были привезти в дом… И сообщить… Неважно, пойдем, — попыталась она завладеть моей ладонью, но я отшагнул назад.
— Где Амелия?
— Появились обстоятельства… — Замялась она.
— Сам найду, — равнодушно кивнул я, разворачиваясь на выход.
Бешенство, застучавшее в грудь учащенным пульсом, следовало успокоить.
— Да подожди же ты! — Обогнала Гвенет, желая остановить меня.
Но, уловив мой взгляд, отступила на шаг в сторону:
— На кухне есть мясо и пиво. Пока будешь есть, я все объясню. — Примирительно предложила она. — С Амелией все хорошо. Но не здесь же, — оглянулась она вокруг.
— Ок, пошли на кухню.
Поесть было бы неплохо. Да и люди вокруг, привлеченные сценой, поглядывают с интересом и добавляют раздражения.
Ненавижу, когда планы рушатся. Еще больше терпеть не могу, когда что-то происходит без моего ведома — еще и потому, что чаще всего так и бывает. А мне — разгребать.
По пути перехватил неоткрытую бутылку пива, стоящую в гостиной на полу. А там и тарелку с мясом забрал, которую как раз выносила женщина с кухни — забрал с подноса, где было еще пять таких же. Хотелось есть, не задаваясь вопросом, не намешали ли в жратву отравы.
Место этой ночью и без того казалось не самым спокойным, а уж после ситуации с девчонкой — находиться тут становилось физически неприятно.
Но — поел, успокоился. Гвенет, на правах хозяйки дома, выгнала всех с кухни и затворила дверь, так что поздний ужин прошел в относительной тишине. Шум поздней вечеринки казался за плотной дверью отдаленным бубнежом, где-то даже успокаивающим…
Рассказ, куда делась Амелия, последовал уже после того, как я отставил тарелку в сторону и вопросительно уставился на женщину.
— Ей стало плохо.
— Сразу мимо, — отрицательно покачал я головой.
— Я не вру! Амелии стало плохо, поднялась температура. Я дала жаропонижающее, обложила холодными тряпками…
— Дальше, — откинулся я на спинку стульчика.
— У нас нет врача. И больницы тоже нет. — Пожала Гвенет плечами. — Что мне было делать?.. Температура не снижалась. Таблетки в последние годы работают все хуже…
— Так… — Прищурился я. — И где же Амелия?
— Мы вызвали врача с лекарским талантом. Хорошо заплатили, — акцентировала женщина. — Но он попросил перевезти ее в обитель.
— Куда? — Напрягся.
— В церковь. Ты там был.
Я еле удержался, чтобы не разбить стол кулаком.
— Тащите ее обратно. Немедленно.
— Генри, так не принято. — Принялась объяснять хозяйка дома.
— Что в слове «немедленно» тебе не понятно? — Поднял я на нее взгляд.
— Не дави. — Смотрела она глаза в глаза, нахмурясь. — Сейчас ночь, двери обители никто не откроет. Успокойся и дождись утра, я попробую что-нибудь сделать.
— Сделай так, чтобы утро было очень ранним. Если света мало, я ваш городишко запалю с четырех углов.
— Генри, — раздался голос от входа.
Как и раньше, местный босс появился бесшумно. И, кажется, даже дверь для этого не открывал.
Все-таки телепортация: а толстый такой, что уже и шевелиться из-за нее разучился…
— Повлияй на свою женщину, — кивнул я ему. — Это и в твоих интересах.
— В моих интересах, чтобы твоя женщина не умерла в моем доме. — Проскрипели доски пола, пока босс подходил ближе.
А там Гвенет выдвинула из угла массивный табурет и поставила за его спиной.
— В твоих интересах грузовик, набитый острым железом, — сдерживал я раздражение как мог.
— Добыл-таки, — удовлетворенно кивнул босс.
— Добыл. Не могу только понять, накой черт мне двадцать ящиков с армейскими мачете.
— Продашь нам. Мы продадим покупателю за патроны и золото. Он хочет все.
— С каких пор за ножи стали платить золотом? — Злость даже не приходилось изображать.
Ее и так было немеряно — из-за девчонки. Но пусть думают, что я весьма разочарован содержимым кузова. Как, впрочем, любой бы на моем месте.
— Ножи — хлам, — кивнул толстяк. — Ящики. Все дело в ящиках.
«Ну-ну, рассказывай».
— Что-то еще в них?
— Не наше дело. Все любопытные мрут слишком быстро.
— Ты же живой. Расскажи, что знаешь.
Тот недовольно пожамкал губами — вряд ли кто-то из его бойцов так напрягал, но все-таки ответил.
— Ящики ехали в грузовом поезде по Айдахо. Поезд увели под откос, охрану расстреляли. Добыча досталась барыгам, а те скинули груз с клинками нашим братьям с севера.
Я молча ожидал продолжения.
— Убили всех: кто брал поезд, барыг, башлявших чужим, братьев и кучу левого народа. Пришли к нам. Мы разъяснились, что не при делах. На севере филиал, но свой устав. Те — без претензий, но нагрузили перевезти груз в Солт-Лейк, за плату.
— Это золотом — за перевозку? — Поднял я брови в удивлении.
— Я же сказал, золото за груз. Тут их покупатель сидит. Поезд с ящиками должен был ехать на юг, к нам… С покупателя — плата. С той платы — моя треть.
— Моя.
— Твоя, — глянул он исподлобья. — Не дело, а дерьмо. Столько бойцов положили, и на севере, и здесь… А нам — эту подачку в глотку, — шлепнул босс ладонью по столешнице, отчего та отозвалась глухим звуком.
— Плату потом везти на север? В Айдахо?..
— Я треть честно обозначил, — кивнул босс. — Пятнадцать процентов за перевозку, пятнадцать процентов — их долю назад доставить. Еще до того, как цену груза сказали. Там много. Будешь доволен.
— Клинки себе оставлю? Если им только ящики.
— Нельзя. Плата за невскрытый ящик с содержимым.
— Один открыл.
— Значит, заработаешь меньше. — Слегка шевельнул босс плечами, обозначая равнодушие.
— Сколько там? — Придвинулся я якобы в порыве алчности.
— Патронами по весу, в цинках. Ходовые пять–пятьдесят шесть, девять-девятнадцать. Часть — золотом, цену дадут честную.
Я присвистнул.
— Нормально так ящички стоят…
— И не думай. — Надавил босс взглядом. — Не думай загнать их налево. Всех хитрых уже положили в землю.
— Я же здесь, а не где-то еще.
— Здесь ты, потому что мачете тебе нахрен не нужны.
— Есть такое. Я свою треть не железом хотел взять, но чужого мне тоже не нужно, — смотрел я прямо. — Не беспокойся, без тебя я ящики все равно не сдам.
— Помни об этом. — Тяжело вздохнул он. — Гвенет, свяжись с покупателями. Не сейчас, позже.
«Какой там телефонный код у ада?..»
Женщина кивнула и осталась сидеть за столом.
— Генри, груз в надежном месте? В городе неспокойно. — Кивнул босс в сторону окна.
— В надежном.
— Тогда завтра с утра забираем твою девчонку из обители и едем за грузом.
А завтра что — пункты поменяются местами?.. Забираем грузовик — едем за девчонкой?..
Вновь еле сдержался, чтобы не вспылить. Зачем злиться?.. На кого — на них?..
  
Я посмотрел на солидного толстого нациста, скрывающего хитринку в глубине глаз. Ты смотри — хитрый, а не в земле, нарушает свои же правила…
На его женушку глянул, которая ничем не лучше.
И неожиданно успокоился. Зачем вообще испытывать в их сторону эмоции?..