Парфюмер для герцога (СИ)

На площади перед полицейским управлением кто-то поставил елку и успел ее украсить. Пушистая и сочная зелень на фоне темного, грубого здания выглядела неуместно и в то же время крайне мило. Флажки, растянутые над площадью от крыш зданий, стоявших на противоположных сторонах, трепетали на легком ветру, гирлянды слегка покачивались, отчего их свет плавно перетекал по свежему снегу, укрывшему серую мостовую.
  
Вивьен заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь, поправила воротник пальто, несколько раз глубоко вздохнула и только после этого поднялась к главным дверям из мореного дуба.
Латунная ручка холодила голую ладонь — перчатки Вивьен забыла, слишком торопилась увидеть герцога и заключить с ним сделку.
В гулком и просторном холле полицейского управления с последнего визита Вивьен многое изменилось. Не в центре, но чуть сместив к стене, чтобы не перегораживать проход к лестнице, стояла елка. Высокая и пушистая. Флажки свисали с потолка, но в отличие от обычных разноцветных флажков, украшавших город, эти были с гербом полиции.
А конторка дежурного была увита еловой гирляндой — конструкцией из переплетенных между собой еловых веток. Ветки сначала вымачивали в специальном растворе, усиленном магией, из-за чего те размягчались и становились эластичными, а иголочки намертво присыхали к основанию.
Вивьен потрясенно замерла на мгновение, запоздало сообразив, что уже весь город, и даже это мрачное и холодное пристанище закона, готовы к Рождеству. Только ее магазин еще не соответствовал атмосфере.
Пообещав себе заняться украшением завтра же, Вивьен хотела уже подняться на второй этаж, к комиссару — расположение его кабинета она запомнила. Но ее отвлекли.
Потрясенная преобразившимся видом полицейского управления и уделившая больше внимания елке, чем людям вокруг, Вивьен не сразу обратила внимание, что происходящее перед конторкой дежурного было ей знакомо.
И дребезжащее негодование, и красная шубка, и несчастный вид полицейского, вынужденного смиренно сносить оскорбления. Дама, что в прошлый визит Вивьен жаловалась на соседей, и на этот раз не изменяла себе.
— Я действительно не понимаю, что могу для вас сделать. Как вам уже известно, документы были оформлены по всем правилам. Мадам на законных правах арендует этот дом. — с несчастным видом произнес дежурный в ответ на очередную вспышку злости дамы в красном.
— Какие еще законные основания? Откуда, как вы думаете, у нее могли взяться деньги на аренду дома в приличном районе? Очевидно же, она чья-то любовница! Живет там одна, с ребенком! Как думаете, откуда взяться мальчику у незамужней женщины?
— Это ее племянник…
— И вы в это поверили?! Неужели вы правда считаете, что документы подделать так сложно? У женщины, опустившейся до того, чтобы быть чьей-то любовницей, не может быть совести.
Вивьен невольно задержалась в холле. С интересом прислушавшись к негодованию дамы в красном, она рассеянно расстегивала пуговицы пальто — в холле было очень даже тепло и приятно пахло хвоей.
Того, что Вивьен услышала, хватило, чтобы понять: люди, купившие дом рядом с этой дамой, недолго продержались и решили переехать, но продавать жилище не стали, вместо этого запустив в дом арендатора.
Незнакомой женщине с племянником Вивьен искренне сочувствовала, так как не сомневалась: всё то, что дежурный вынужден был выслушивать этим вечером, арендатор проблемного дома терпела каждый день.
— Я могу ошибаться, — произнесла Вивьен, не сдержавшись. Она подошла к конторке и мило улыбнулась дежурному, — но разве подобные заявления без веских доказательств не считаются клеветой и не наказываются законом?
Дама угрожающе обернулась и поморщилась. Вивьен она запомнила еще с их первой встречи.
— Снова вы.
— Мне тоже не доставляет никакой радости видеть вас, уважаемая, но раз уж нас вновь свела судьба, давайте послушаем, что ответит этот милый юноша на мой вопрос.
Дежурный и правда был еще очень молод. В управление из полицейской академии он попал всего два-три месяца назад и все еще больше походил на прилежного ученика, чем на стража закона.
— Так и есть, мисс, — с несчастным видом кивнул дежурный. — Если пострадавшая сторона подаст жалобу и сможет найти двух свидетелей, что, как я полагаю, будет совсем несложно, ее обращение в кратчайшие сроки рассмотрят, а клеветник выплатит штраф и компенсацию за клевету. В некоторых случаях также предусмотрены общественные работы от двенадцати до сорока часов. Помощь в богадельне или лечебнице… или любое другое благотворительное деяние из списка.
Если… если виновник уже помогает в каком-то из заведений, его направят туда по запросу.
Парень проговорил всё быстро, на одном дыхании, стараясь смотреть только на Вивьен, потому что покрасневшее злое лицо дамы сбивало его с мысли.
— Как я и думала, очень опасно оскорблять кого-то в присутствие такого большого количества свидетелей.
— Да какое право…
Дама закипала. Она не привыкла, чтобы с ней разговаривали так снисходительно и настолько нагло смотрели в глаза. Вивьен же, в свою очередь, чувствуя, как внутри женщины клокочет ярость, с нетерпением ждала, когда же она вырвется наружу. После тяжелого дня в Вивьен и самом скопилось слишком много не высвобожденного гнева. Хорошая ссора помогла бы ей опустошиться. В противном случае она рисковала просто разрыдаться. А слезы, особенно собственные, Вивьен терпеть не могла.
Назревающий скандал спугнул громкий торжественный возглас:
— Прелестная мисс! — Командир специального отряда оказался рядом раньше, чем хоть кто-то успел его заметить, подхватил Вивьен под локоть и с очаровательной улыбкой увлек ее за собой. — Но разве не опасно в столь поздний час ходить по улице одной?
— Еще нет и восьми… — растерянно отозвалась Вивьен, обернувшись на даму и дежурного. Она чувствовала интерес командира и прекрасно понимала, что это значило, но позволила увести себя из холла.
Уже на лестнице Вивьен высвободила локоть из его пальцев и покосилась на командира — Джеймса Милна, четвертого завидного жениха из списка. На этот раз он выглядел куда приличнее. Форма была застегнута по всем правилам, лицо не выглядело помятым, только легкий беспорядок на голове никуда не делся. Казалось, его волосы просто невозможно было держать под контролем.
— Что вы хотели узнать? — спросила Вивьен. — Задавайте свой вопрос, но после вам придется ответить на мой.
Джеймс не испугался и без раздумий согласился. Ему было слишком любопытно.
Комиссар на все его расспросы отмалчивался или откровенно угрожал завалить работой или заставить делать что-нибудь крайне неприятное, что только сильнее разжигало интерес.
— Что вас связывает с Адрианом?
— В каком смысле?
Они поднялись на второй этаж и неторопливо направились в сторону кабинета комиссара. Коридор, как и в прошлый раз, был тих и безлюден, но теперь это оказалось очень кстати.
— Он готов принять вас в кабинете, хотя другим леди путь туда категорически запрещен. Ездит с вами куда-то. Обедает…
— Что?
— Я видел «Вестник», прелестная мисс, и уверен, что на фото рядом с Адрианом были именно вы. Но даже если бы не газета. Все присутствовавшие в тот день в ресторации люди видели вас и Адриана. И, скажу по секрету, один мой знакомый в тот день обедал на втором этаже и стал свидетелем тому, как Адриан и маркиза Тёрнер пытались вас поделить… Так что вас связывает?
— Его светлость лишь оказал мне небольшую услугу, так как мне нужно было посетить рабочие окраины, а как вы знаете, это далеко не безопасное место. Герцог меня сопроводил, а после мы просто пообедали.
— Сопроводил сам, вместо того чтобы выделить полицейских? — с сомнением протянул Джеймс.
— Что сказать? У меня и Мэделин довольно тесные отношения. Поэтому его светлость хорошо ко мне относится.
— Тогда что вы скажете о слухах, что Адриан и некая леди, и я уверен, это были вы, побывали в торговой галерее «Вуаль». Их видели выходящими из нового парфюмерного магазинчика.