Парфюмер для герцога (СИ)

Вивьен кивнула. Каждый, кто открывал свое дело или только планировал это сделать, против воли был знаком с братьями Брукс — весьма сомнительной конторкой. Они, в отличие от банка, не требовали от заемщика ничего, кроме расписки, но давали деньги под грабительские проценты. Честные или просто здравомыслящие дельцы их услугами не пользовались.
Но господину Полбти не повезло…
  
— Графиня Шакпи написала жалобу на его магазин, — от восторга глаза Лари сияли, из бледно-серых став искристо-голубыми. Она с удовольствием пересказывала то, что успела узнать у знакомых сплетниц, сбежавшихся в магазин, как только Полбти забрала полиция. Лари рассказала им, что произошло, в ответ получив невероятную информацию. — А комиссар Келлер лично следил за этим делом. Поговаривают, что это потому, что графиня ему симпатична. К сожалению, у нее уже есть жених, но он всего лишь барон, куда ему тягаться с герцогом, верно? Некоторые считают, в скором времени будет объявлено о разрыве их помолвки. И заключении новой…
— Как же у нас вышло так неожиданно от господина Полбти перейти к личной жизни графини? — с улыбкой спросила Вивьен.
Лари смущенно потупилась.
— Видите в чем дело, мисс, есть еще и те, кто уверен, что новости о новой помолвке действительно будут, но они считают, что герцог сделает предложение вам.
— Что?!
Вивьен представила, какие проблемы могут вызвать эти слухи. Мэделин будет в бешенстве, но хуже всего то, что она непременно придет и поделится своим недовольством. Очень громко и экспрессивно.
Лари извлекла из-под столешницы свежий выпуск газеты и протянула Вивьен. Это был не сплетник и не какая-то дешевая ежедневная газета на несколько страниц. Лари достала еженедельный «Вестник», и раскрыт он был на развороте светских хроник.
Только «Вестник» мог позволить себе публиковать не зарисовки, а настоящие, довольно дорогостоящие фотографии. Не самого лучшего качества и в основном размытые… Однако на снимке, который Лари показала Вивьен, можно было отлично рассмотреть двух человек. Кто-то заснял их в тот момент, как Адриан и Вивьен покидали ресторацию после обеда и собирались вернуться в разваливающийся дом Грэма.
— В статье нет моего имени, — заметила Вивьен с облегчением.
Что было неудивительно: герцог Келлер являлся известной личностью, в отличие от хозяйки маленького парфюмерного магазина, открывшегося около года назад.
— Долго это не продлится, — рассудительно заметила Лари. — Рано или поздно вас узнают, и тогда всем станет ясно, кто является безымянной невестой герцога.
Вивьен передернула плечами. Она предпочитала мыслить позитивно и пообещала себе больше не попадать в опасные ситуации — то есть полностью исключить встречи с герцогом из своих планов на день. Хотя бы на время, пока шумиха не уляжется. Потому что от идеи рискнуть своим именем и создать духи совместно с Мэделин, в обмен на поддержку герцога Келлера в деле о передаче опеки, она так и не отказалась.
Но Вивьен не учла главного: был человек, который сумел узнать ее даже на такой нечеткой, черно-белой фотографии…
Мэделин ворвалась в торговый зал магазина «Флакон» после обеда. Пылая праведным негодованием и желая спасти дорогого дядю от возмутительно наглой особы, которая мало того, что открыла парфюмерный магазин на той же самой улице, на которой уже был открыт магазин Мэделин, но еще и отказалась от совместной работы.
От неизбежного разоблачения Вивьен спасла лишь импульсивность Мэделин. Девушка часто поступала опрометчиво, предпочитая сначала действовать и только потом думать. Благодаря влиятельной семье и заботливым родственникам ее несдержанность еще ни разу не приносила ей по-настоящему больших проблем.
Это было главной причиной, по которой Вивьен не желала связываться с Мэделин.
Раньше, когда барон еще был жив, род Райт имел определенное влияние в аристократических кругах, но после того, как всем начала заправлять тетушка, ценность фамилии серьезно снизилась. И родственников, на которых Вивьен могла бы положиться, у нее больше не было.
Поэтому она предпочитала избегать лишних проблем.
— Вивьен Райт! — выпалила Мэделин, ворвавшись в торговый зал «Флакона». — Ты ведьма!
Все посетительницы магазина обернулись на шум. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь затихающим перезвоном слишком яростно потревоженного колокольчика на двери.
Вивьен как раз помогала одной леди подобрать духи на рождественский бал и оказалась не готова к такому громкому явлению своей самопровозглашенной соперницы. И Вивьен, и леди сидели на диванчике у окна, в дальней части зала, а перед ними, на круглом столике из стекла и позолоченной стали, были выставлены флаконы с теплыми, цветочными ароматами.
Обреченно прикрыв глаза, Вивьен попыталась справиться с раздражением. Мэделин так давно не заглядывала к ней, что она уже начала забывать, насколько же невыносимой девицей та была.
— Что на этот раз я сделала не так?
Хватая ртом воздух и не в силах вымолвить ни слова от переполнявших ее чувств, Мэделин трясла в воздухе свернутой газетой. Название ее невозможно было разобрать, но Вивьен хватило мгновения, чтобы понять, что произошло.
Свежий выпуск «Вестника» успела прочитать не одна только Лари и сплетницы из соседних заведений. Мэделин газета тоже попала в руки, и, в отличие от остальных, незнакомку рядом со своим дядей она узнала безошибочно. И сейчас во всеуслышанье собиралась обличить ее в связи с герцогом Келлером.
Вивьен сделалось дурно от возможных перспектив.
Конечно, такая горячая новость обязательно приведет в ее магазин новых посетительниц, но также у нее появятся враги в лице тех леди, что безуспешно пытались женить герцога на себе. И никого не будет волновать, что статья ошибочна и она, Вивьен, даже не думала о замужестве…
— Анита! — Вивьен стремительно поднялась, задев столик. Обычно она была крайне осторожной и внимательной — время, проведенное в лаборатории отца, среди множества не самых безопасных реактивов или просто исключительно ценных компонентов, научили ее быть аккуратной. Но сейчас, желая как можно скорее увести Мэделин из торгового зала, она проявила небрежность и лишь чудом успела подхватить покатившийся флакон духов. — Помоги леди с выбором, у меня появилось срочное дело. Расскажи о нашей новинке, она должна как нельзя лучше подойти…
Уже на ходу давая инструкции, Вивьен подошла к Мэделин и, крепко взяв ее за локоть, потащила в кабинет.
А в зале еще некоторое время царила потрясенная тишина. Все свидетельницы развернувшейся сцены осмысливали произошедшее, пока одна из девушек не произнесла:
— Так они действительно враждуют!
Вивьен, затолкав несопротивляющуюся скандалистку в кабинет, плотно прикрыла дверь и, зловеще обернувшись, прошипела:
— Ты что творишь?
— Я? Я! — Мэделин бросила газетой в грудь Вивьен и уперла руки в бока. Поза недостойная благородной леди, но Мэделин нечасто вспоминала о своем знатном происхождении. Случайный человек мог бы ошибочно решить, что на самом деле она дочь торговца. — Что ты сделала с моим дядей? Приворожила? Опоила? Одурманила? Немедленно сделай всё как было! Я этого не потерплю!
— Но зачем мне его привораживать?
— Чтобы женить на себе, разумеется! — Мэделин смотрела на нее с чувством превосходства, уверенная, что обязательно спасет дядю из подлых ведьминских когтей. Потому что только ведьма могла бы всего за год сделать свой магазинчик популярнее магазинчика Мэделин, с которым та возилась уже третий год.
— Подумай сама, если я вдруг выйду замуж за герцога, мы с тобой станем родственницами, — от одной этой перспективы Вивьен бросало в дрожь, — следовательно, будем вынуждены чаще видеться. С чего бы мне желать этого? К тому же, герцог всего второй в списке завидных женихов, если бы я и решила кого-то приворожить, то это был бы принц.
— Тебе до него не добраться!
— Это ты так думаешь. Возможность всегда найдется.
— Ну да, — грустно вздохнула Мэделин, — ты совершенно лишена совести.