И.о. Бабы-яги

Найти Илью было нетрудно: иди себе на запах дыма, и все. Но я не спешила, все еще пытаясь решить, как не наломать дров. Проблема состояла в том, что проклясть я могла довольно легко и в свободной форме, а вот снимать проклятие полагалось, глядя в глаза и четко произнося нужную формулу. Как совместить это с тем, что Илюшка не подпускал нечисть слишком близко, да я и сама не стремилась рискнуть разоблачением, было непонятно. Но подумать как следует мне снова не позволили.
  
— Ну, здравствуй, гостья званая да нежданная, — раздалось у меня за спиной.
Я медленно повернулась на голос, уже догадываясь, что в очередной раз сделала большую глупость.
  
Глава 29
 
ЗДРАВСТВУЙТЕ, Я ВАША МАМА
 
Она говорила с легким, едва заметным акцентом. Такой появляется у людей, долго проживших за границей. Это и натолкнуло меня на догадку, кого я вижу перед собой.
— Вот уж не ожидала, что ты окажешься настолько глупа, чтобы действительно явиться, — тут же подтвердила мои домыслы Марья.
— Не стоит недооценивать противника, — как можно более уверенным тоном проговорила я.
— Ух ты, — насмешливо восхитилась знаменитая завоевательница. — И что? Меня ждет неприятный сюрприз?
— Почему же сразу неприятный, — отзеркалила ее ухмылку я.
— А приятное сюрпризом не станет. — Марья едва заметно пожала плечами. — Мои люди сейчас тебя спеленают и отнесут на корабль. Мне приятно, конечно, когда мои планы ничем не нарушаются, но это совершенно предсказуемо.
— Самоуверенность наказуема, — процедила я, отступая назад спиной к толстому дереву.
Удрать я не пыталась. До избушки в быстром темпе топать минут пятнадцать. Бежать, разумеется, меньше, но чтобы побежать, мне придется повернуться к своей негодной мамаше спиной. А она, по слухам, ведьма. Заполучить какую-то колдовскую дрянь в спину — удовольствие ниже среднего. Кроме того, она упомянула, что притащилась сюда не одна. Значит, если ей и случится каким-то чудом промахнуться, меня все равно найдется кому притормозить.
Словно в подтверждение моим невеселым мыслям сзади захрустели кусты. Я бросила через плечо короткий взгляд, но ничего, кроме переплетения черных в полумраке ветвей, не увидела. «Чтоб вы там запутались все!» — в сердцах пожелала я и снова посмотрела на Марью. Единственный реальный шанс, который я видела, это заболтать гадину до тех пор, пока мне не придет в голову идея получше, чем участие в загонной охоте в роли дичи.
— Чем же я тебе так не угодила? — прищурилась я. — Живу себе, никого не трогаю.
— В том-то и дело, что живешь, — поморщилась Марья. — Я тебе совсем другую судьбу предназначила.
— Да, да, — язвительно закивала я. — Что-то такое припоминаю: алтарь и заклание во славу высшей цели.
— Какой еще высшей цели? Обычный ритуал. Рутина, в общем.
— Обычный? Не. Ну, я так не играю. Если бы ради высшей, то я бы еще подумала. А так нет. Я отказываюсь.
— Да кто тебя спрашивать будет? — Маска ленивого спокойствия треснула, и красивое лицо Марьи исказила неприятная гримаса. — Взять ее!
Кусты затрещали с удвоенной силой, но на широкой тропинке так никто и не появился. Сразу почувствовав себя увереннее, я вспомнила, что тоже как-никак ведьма. И даже кое-что уже умею. Нахально улыбнувшись, я повела рукой. Трава, мгновенно удлиняясь, взметнулась вверх, намертво опутав ноги непрошеной гостьи. Этот трюк я изучила до автоматизма. Очень уж хотелось посадить в холодную росу курортницу-Ягу. Рассчитаться за все хорошее, так сказать.
Марья опустила голову и брезгливо посмотрела на наколдованные мной путы.
— Да я вроде уходить пока не собиралась, — с долей удивления проговорила она и щелкнула пальцами.
Зеленые плети мгновенно высохли. Ведьма чуть дернула длинную юбку из тонкого то ли хлопка, то ли льна, и хрупкие травинки осыпались сенной трухой к ее ногам.
— Что-нибудь еще? — приподняв бровь, поинтересовалась Марья. — Так и знала, что ничего интересного. Что и неудивительно. Учить тебя было некому, да и незачем.
В следующую секунду над моей головой взорвалось солнце. Это если коротко. А для меня те доли секунды растянулись в часы. Марья чуть повела пальцем, и я каким-то даже не шестым, а двадцать шестым чувством осознала, что сейчас она меня убьет. Просто и без затей. «Вспышка сзади!» — рявкнул в моей голове старый генерал из военного городка. Этим воплем он знаменовал свои появления в роте два раза в году, и если все не падали, где стояли, нудная выволочка была обеспечена. Причем он не делал ни малейшей разницы, кто находится среди невезучих встречающих. Тело отреагировало в соответствии с командой, и я растянулась на земле, прикрывая голову руками раньше, чем, собственно, успела сообразить, что делаю.
За спиной что-то затрещало, захрустело и с тяжелым стоном рухнуло. И тут же раздался визг придавленного поросенка. Я приподняла голову и посмотрела на Марью. Ведьма явно не обрадовалась результату собственных усилий. Но оглядываться я себе не позволила. К такой только спиной повернись. Поспешно поднявшись, я уперла кулак в бедро:
— Ну, вот что ты творишь, а? Кто тебе позволил без санкции Лешего лес валить?!
— Правильно, матушка, так ее!
Я моргнула, пытаясь понять, откуда донесся этот вопль, и тут же увидела его источник. За спиной у Марьи буквально на моих глазах вырос здоровенный куст, и на голову ведьме обрушился град шишек и сучьев.
— Что?! — взвыла она.
То ли от неожиданности, то ли еще от чего, но колдовать она даже не пыталась, глупо прикрываясь руками и взвизгивая, как свинья.
— А то, — пошла в атаку я. Мне надо было только обойти стерву, а там минута бега, и здесь будут минимум два десятка витязей. — Чего ты хотела, когда мой лес поганить вздумала?! Дров тебе там, в Англиции, не хватает? Так попросила бы, я бы поделилась. У лесного хозяина вон сколько сучьев сухих. Но нет! Надо было живое дерево завалить.
Под шумок я подошла к ведьме почти вплотную и плюнула ей под ноги.
— Тьфу! Вандалка!
Неожиданно даже для меня самой сухое сено и шишки вспыхнули от моего плевка как порох. Тут уж Марья завизжала, будто ее режут. Что, впрочем, и неудивительно: длинная юбка красивого платья, столь же уместного здесь, как рабочая роба на приеме у английской королевы, вспыхнула ярким пламенем.
— Так ее, матушка! — обрадовался Леший, и град шишек усилился, не давая ведьме сосредоточиться и колдовать.
— Жошка! Гарька! Юдька! — заорала она. — Куда вы подевались, дармоеды?! Спасайте меня!
Кусты затрещали, и оттуда кубарем стали вылетать худощавые мужики в зеленых костюмах вроде того, в каком заявился англицкий лже-Илюшка. Вот только спасать они никого не собирались. Вместо этого, едва утвердившись на ногах, бросились прочь. Впрочем, третий не стал тратить время даже на это, ломанувшись по тропинке на четвереньках и едва не снеся с ног саму Марью. Следом на тропинку вышел не кто иной, как мой лесной знакомец.
— Я же сказал: кусты не ломать, — солидно проговорил Илья и хлопнул себя по лбу, одним ударом прибивая с пяток комаров на припухшей физиономии. — Не любит местная нечисть, когда кусты ломают. А уж про деревья и разговору нет.
Он отряхнул руки, потянул из кольца на поясе здоровенный меч и обвел тропку тяжелым взглядом.
— Кто тут еще нечисть обижает?
Марья опешила и тут же получила по маковке каким-то круглым снарядом, который, отскочив, подкатился к самым моим ногам. Я машинально опустила голову и уставилась на большой мохнатый кокос. Вот тут меня и прорвало. Глядя, как моя так называемая мамаша, пошатываясь, пытается сообразить, что происходит, и при этом оба ее глаза основательно косят к переносице, я расхохоталась как безумная и просто села на тропинку, спрятав лицо в ладонях.
  
— Шла бы ты… Ик… Воительница… Обратно…
— Да я тебя! — взвизгнула Марья и взмахнула руками.
Слишком активно взмахнула. Так, что ничего наколдовать уже не успела, от резкого движения окончательно потеряв равновесие и совсем не по-королевски плюхнувшись на задницу.