Развод! Хочу счастья на Новый год! (СИ)
- Ничего такого не было, это у него белочка была, перепил, - Оля берет себя в руки и встает на защиту Володи, но тот словно не понимает и не слышит. – Он вчера пьяным бегал по улице, привиделось ему. Ничего такого не было, свидетелей вокруг было много.
- Но как же, Оля не было, когда мужики какие-то чужие сюда приезжали, - пытается и дальше закапывать себя Володя.
- Володя, заткнись, - шипит на него Оля.
- И кто сюда приезжал? - пытается докопаться до сути полицейский.
- Муж мой приезжал, - встревает в разговор Маша. – Мы поссорились и он уехал.
- Маша, я что, я твоего мужа убил? - опять не в тему влезает Володя. – А тело куда дели? Сожгли?
- Володя, заткнись! – шипит на него Оля, видя, как вытягивается лицо у полицейского.
- Я думал, что…
И тут в дом врывается Паша.
- Маша! Маша-бля…Машина! Машина! – орет Паша, выпучив глаза.
- Сгорела! – кивает обреченно головой Маша.
- Моя машина! Моя машина! Моя! – орет Паша, выпучив глаза.
- Да! Паша, твоя машина сгорела, - кивает головой Маша и тихо начинает смеяться.
- Ты чего ржешь, дура! Да я тебя своими руками удушу! Моя машина! Моя машина!
- Так, господин хороший, давайте проясним ситуацию, вы кто, представьтесь? - полицейский уже ничего не понимает.
- Пошел на …,пошел в п….,пошел …
Паша матерится, орет и брызжет слюной, но дальше ему продолжить не дают, потому что второй полицейский бьет его дубинкой, валит на пол и одевает наручники.
- В пи…вас пид…
Паша рычит и брыкается, орет так, что слюна во все стороны брызжет.
- Вызывай карету, сейчас в участок поедем, - командует первый полицейский. – Сейчас мы тебя посадим в кутузку, посидишь до конца праздников, потом под суд.
Полицейский настроен сурово.
- Ему вызвать адвоката? – спрашивает Маша.
- Бесполезно, пятнадцать суток так и так отсидит, а за оскорбление и нанесение телесных повреждений ему суд срок назначит, - сухо поясняет полицейский.
- Ага, еще за порчу форму, - второй полицейский показывает на порванный рукав и вырванную с корнем пуговицу.
- И стоило так психовать? - Маша смотрит на мужа, а тот извивается на полу, матеря всех в комнате, но больше всего достается Маше.
- И все ж я не понял, что там с лопатой то было… Проедем как все в участок, там разберемся и выдадите мне показания: по пожару, драке с участием лопаты, поджог машины, не санкционированные салюты, а так же не соблюдение пожарной безопасности. У нас тут вторые сутки пожарные дежурят.
Через час они все вместе давали показания в участке.
К этому времени к подругам пришло прозрение, и к ним частично вернулась память.
Вот только некоторые моменты того вечера они предпочитали не оглашать. Только смотрели друг на друга и фыркали, пряча смех.
Глава 26
Они сидели в полицейском участке уже час. Мимо сновали люди. Но их никто в кабинет не приглашал.
Маша с подругами сидели на одной скамейке, Павел сидел напротив вместе с конвоиром. Ещё дальше сидел поникший Володя, ему мучала жажда и похмелье. Сергей с Всеволодом исчезли, как только они подъехали к участку и вошли в помещение.
Полицейский участок был расположен в новом здании, с хорошим ремонтом, вот только все это отдавало казенщиной: стены выкрашенные голубой краской, скамейки как в поликлинике, окна без штор, развешенные плакаты по пожарной безопасности и действиям в экстренных ситуациях. Положение не спасала даже мишура, развешанная в честь праздника по стенам, и небольшая елочка на окне, все выглядело убого, словно изношенный кафтан пытались прикрыть яркими лоскутками. Стены давили, и люди, находящиеся здесь, чувствовали себя как под прессом.
- Ты дура, Машка, у меня сделка после праздников должна пройти, а из-за тебя все может сорваться, - цедил сквозь зубы Паша.
- Какая сделка, Паш? Я никакие документы, ни по какой сделки не подпишу, - огрызалась в ответ Маша. – И Паша, давай с больной головы на здоровую ты перекладывать свои косяки не будешь. Никто не заставлял тебя материться и кидаться на полицейских. Никто не просил устраивать потасовку.
- Ты не всекаешь? – ярится Паша. – Да я в ярости был. Ты машину мою сожгла. Новую машину. Да я её полгода выбирал, ждал, когда мою ласточку привезут, сам упаковку снимал, а ты её сожгла!
- Это получилось случайно, - спокойно отвечает Маша. – Вот ты Паша наш брак под откос пустил, а мы его двадцать с лишнем лет строили. И что-то я не вижу, чтобы ты так по нашему браку убивался. У тебя каждый раз новая «кукла».
- Да потому что ты дура, другие бабы глаза закрывают на шашни супругов и сидят на попке ровно, ты же лезешь, куда не просят. Скандалы закатываешь. Ну, погулял разок, другой, я ж домой возвращаюсь.
- Прости, Паша, но я в начале брака поставила условие, что никаких измен не потерплю, - в голосе Маши появились стальные нотки. – Ты согласился. К чему претензии? А потом, я себя не на помойке нашла, мне венерических болезней не надо.
- Да какие венерические болезни, у меня девочки чистые, молоденькие. А ты думаешь, что в сорок лет ты меня заводишь так же, как заводила в двадцать. Нет! Сиськи вислые, жопа сдулась, тело дряблое. Я молодого тела хочу!
- Ну, тогда извиняй, бананьев нема, развод и алаверды!
- Кого тут не заводит? Тебя что ли? – в коридоре появился Сергей, за ним шёл Всеволод.
- Тогда я у тебя её забираю, - улыбнулся Сергей и подмигнул Маше. Та покраснела, может, вспомнила чего.
Дед Мороз и Всеволод быстро прошли в кабинет, кивнув девчонкам, а через минуту тех пригласили для дачи показаний.
Заявление приняли быстро. Все бумаги подписали, тут же помогли Маше оформить документы для страховой.
С Володей вопрос тоже быстро решился. Ему просто посоветовали меньше пить, а если пить, то закусывать.
Потом полицейские нежно раскланялись с Всеволодом. Пожали всем руки и распрощались. Девчонки так и не поняли, чем Всеволод так очаровал полицейских, что все так быстро решилось.
- Ну, что поедем обратно? – спросил он.
- Мы, наверное, Всеволод вам надоели, хватит испытывать ваше терпение, - кивнула Маша, потупив глаза. – Домой надо.
- Машенька, у меня такого веселого Нового года давно не было, я получил просто море эмоций, так что не отказывайтесь, я вам шашлык приготовлю, - улыбнулся Всеволод.
- Ой, от шашлыка мы не откажемся, - кокетливо улыбнулась Оля и ткнула в бок Володю, тот закивал головой, как Китайский болванчик.
Когда они шли по коридору мимо Паши, тот оскалился.
- Проститутка старая, - заорал он на Машу. – Уже хахаля, стриптизёров снимаешь, потому что ни один нормальный мужик на тебя не посмотрит.
Сергей пропустил девушек вперед, те не стали ничего говорить Пашке, только Маша скорчила презрительную гримасу.
А вот Сергей притормозил. Если бы не конвоир, он, наверное, прошелся бы пару раз по морде Паши. Но драка в полицейском участке равнялась сроку на нарах. Пятнадцать суток бы дали точно.
- Твоя бывшая жена фору даст твоим шалашовкам, - остановился напротив Паши дед Мороз. – А ты запасись Виагрой, если у тебя не стоит. И проверься у венеролога, мало ли что подхватил уже.
- У кого не стоит, у кого не стоит? У меня все стоит! – заорал Паша, пытаясь встать, но конвоир больно ткнул ему в ребра дубинкой. – Хочешь покажу?
- Фу, мужчина, я не извращенец, меня только девушки заводят, - Серега скорчил мину и отшатнулся от Павла. – Но я тебе благодарен, теперь могу подкатить к Машеньке, она свободна.
И дед Мороз хищно подмигнул Павлу.
- Ты? Да ты чмошник, стриптизёр, она с тобой в постель даже не ляжет, - возмутился Павел. – Ты! Ты! Даже не смей! Не смей к ней яйца подкатывать!
- Поздно братан, поздно, - усмехнулся Сергей и догнал компанию уже на улице. А Пашка ещё долго орал ему вслед ругательства и извивался в наручниках, пока конвоир не ударил его резиновой дубинкой.
В коттедж они вернулись, когда начало темнеть.