Темные века: Начало игры

– Мокасины возьму, дед Митрофан, остальное мне или не подходит или без надобности. – тоскливо вздыхая и кося глазом на сапоги, выкладываю на прилавок треть от своего «состояния»
– Ну дело твое, забегай, если что. – монета тут же испарилась с прилавка, на миг мелькнув в тонких, с явно видимыми суставами, пальцах, а новая обувь появилась в моем инвентаре.
Меня поражает эта способность искина, отвечающего за игру, эмулировать поведение обычных людей: ведь данный торговец не только разговор поддержать может, он, блин, реально изобразил расстройство от того, что я не прельстился на гораздо более привлекательно выглядящие сапоги (прельстился на самом деле, но об этом мы умолчим), а ведь все неписи в игре обладают своим характером, я даже краем уха слышал о нескольких заключенных между живыми игроками и НПС браках, кажется снова японцы отличились. Мир сошел с ума, даже я здесь нахожусь по назначению врача, чтобы справиться с психологическими проблемами, если я правильно понял ту получасовую лекцию с обоснованием почему мне нужно поменять реальный мир на вот это вот все. Хотя, должен признать, пока, кажется, помогает, искать взглядом острые предметы в палате я, вроде бы, перестал.
  
Открыв интерфейс журнала заданий, проверяю статус поручения от трактирщика по сбору хвороста, этот квест общий и будет открытым, пока полоска дневной нормы не заполнится, так что мои потери от утопления не так и критичны, кроме лаптей, доставшихся моим убивцам, ну да и черт с ними, все равно бестолковая для леса обувь, а значит свою долю опыта и монету я получу. Так, так, так, даже наполовину еще топлива в местное заведение общественного питания не доставили, так что я предпочту сделать пару ходок с хворостом, чем брать задания на работу в поле, награда там такая же, а вот времени займет чуть ли не половину дня. Надеюсь местная «организованная преступность» в лице моих недоброжелателей уже удовлетворилась полученным с моего хладного трупа (как раз по этому квесту нес вязанку хвороста) и отобранным у других игроков, иначе будет грустно, мост через реку, за которой расположен лес, только один и дорога, соответственно, тоже в единственном экземпляре.
Насвистывая бодрый мотивчик, но не забывая высматривать потенциальную угрозу, выдвигаюсь в сторону лесной чащи. А обувь-то я реально удобную взял, шагов по пыльной тропинке, бегущей через пшеничное изобилие местных полей, пока не вольется в утоптанную ленту основной дороги, почти не слышно, и на ногах мокасины практически не ощущаются, но ногу ставить очень удобно и камушки, периодически попадающиеся на пути, не доставляют никакого дискомфорта. На мосту никого нет, и это хорошо, устраивать засаду мои враги не будут, считают ниже своего достоинства, а значит можно не беспокоиться и подзаработать на задании трактирщика я успею.
Хворост можно начать собирать сразу же с началом леса, сколько его не выбирай, а на следующий день он появится снова, игровой мир, однако, что вы хотели. Красота: кроны деревьев шумят под порывами легкого ветерка, птички что-то там высвистывают, простучала трещотка дятла, солнечные лучи, прорывающиеся сквозь зеленую толщу листвы и хвою редких сосен, устроили игру в пятнашки на стволе дерева с которого я обдираю ленты коры. Навык «Познание» утверждает что дерево носит название «Липа» и его кора годится для изготовления веревок и лаптей, тех самых по медяку за две пары, но для изготовления даже такой обуви нужен соответствующий навык, а сплести несколько лыковых лент, по типу косы, в полноценную веревку можно и так.
Примерно два метра получилось, как раз хватит на вязанку хвороста под мою максимальную грузоподъемность в пятнадцать килограмм и времени минут двадцать ушло на обдирание и сплетение. Я такой глупости как в самый первый свой поход «за дровишками» больше не допущу, это же надо было, целый день корячиться в огородах неписией чтобы заработать медную монету, за эту монету купить пять метров веревки, и попасться на обратном пути. Собственно так мое противостояние с восьмерками и началось: они потребовали отдать им свою добычу вместе с веревкой, я их соответственно послал прямо и слегка направо, вследствие чего, после небольшой драчки, был утоплен в первый раз. Другие игроки моего «возраста» соглашаются отдать одну вязанку в день за спокойную жизнь, я же упрямый и мне игровые смерти до одного места, шестерке-то первоуровневой терять, при гибели, нечего, ниже некуда, вот только веревку жалко.
– Раз валежник, два валежник…, – бормочу себе под нос, выполняя классическое упражнение «наклоны», постепенно наполняя источник своего будущего благосостояния, – о а вот это я удачно зашел!
За, пробивающими себе дорогу к свету, молодыми деревцами обнаружилось поваленное дерево, сломанное у самого корневища, вон как пики острых щепок торчат, угрожая небу острыми кончиками, уже высохшее, но еще не начавшее гнить, с кучей не обломанных и не очень толстых ветвей.
– Здесь на три-четыре ходки хватит! Эх нужно было топор прикупить. – качая головой в сожалении, цыкаю зубом.
Но качай не качай, цыкай не цыкай, а ни с кем я здесь, кроме НПС, изображающих моих родителей, парочки соседей, чьи квесты о помощи в огородах выполнял поначалу, да торговца-старьевщика не сошелся чтобы собравшись могучей кучкой из двух-трех человек и купив, в складчину, необходимый плотницкий инструмент, разделать такую добычу и снести все разом. Так-то топор даже у деда Митрофана, то есть практически убитый, больше десятка медных грошей стоит, а пила и того дороже. Даже простое железо – штука весьма недешевая, что уж про стальные инструменты, цена которых может подбираться к половине золотого, а то и повыше, говорить. Ладно, обойдемся малым.
Сухие ветки оказались достаточно крепкими и ломались с огромной неохотой, словно в надежде снова распустить зеленые почки. На нашим методом, при помощи упорства и матерного слова, моя вязанка наполнялась гораздо более оптимистичными темпами, чем если бы пришлось месить опавшую листву ногами, собирая те ветки, что все же добровольно решили покинуть стволы родительских деревьев. Уже связал концы самодельной лыковой веревки и собирался взвалить вязанку хвороста на спину, как в глаза бросилось несколько ярко-рыжих пятен, пытающихся прикрыться слоем листвы и хвои.
– Опа-па, я так, глядишь и наблюдательность скоро открою! – ну да, разговариваю сам с собой, а чего бы не поговорить с умным человеком, да и с собеседниками у меня как-то не сложилось, то избегают меня потому что упертый и, в отличие от них, добровольно добычей делиться не соглашаюсь, то топят в реке.
Рыжие пятна оказались грибницей с выводком из почти дюжины крепеньких, аппетитных лисичек. Очень удачно они мне попались, если в трактире повар не выкупит их по нормальной цене, отнесу домой, плюс в отношениях с цифровыми родителями тоже лишним не будет, да и грибное жаркое мне, в этом случае, достанется. Имитация семейных и межличностных взаимодействий в этой игре смоделирована детально и весьма правдоподобно, иногда даже жутковато становится, поскольку начинаешь верить в реальность происходящего, несмотря на некоторые условности по типу инвентаря в котором весьма уютно устроилась моя грибная добыча. Жалко что таким же образом нельзя хворост переносить, но пак хвороста есть пак хвороста, сделать его можно только на месте, то есть в лесу, пробовал уже переносить валежник частями в инвентаре и собирать в связку уже перед трактиром. Птица обломинго помахала своим роскошным крылом с видимым удовольствием: вместо заветной надписи «Вязанка хвороста», связка сухих веток так и осталась «Сухими ветками». Как-то попадалась информация, что есть навык позволяющие формировать подобные паки в любом месте и из любого однотипного товара, вот только этот навык находится в ветке развития торговца и открывается на достаточно высоких уровнях навыка при выполнении еще кучи условий, но даже если бы он был доступен на самых низких уровнях – это все равно не мой случай. Кроме того что класс торговец получить не так уж и просто, так и любые навыки обычно открываются с условного возраста в восемь лет и это самые базовые типа заготовки дров, земледелия, кулинарии или основных боевых направлений: ближний бой, стрельба, молитва… Пересечения навыков дают уже более сложные вещи такие как охота, специальное оружие ближнего боя или изготовление ловушек.