Темные века: Начало игры

– Здравствуй, Сергей. – в раскрывшихся дверях появилась девушка в белом халате, обладательница шикарнейшего, до середины спины, водопада вьющихся рыжих волос и легкой россыпи, словно кто то в шутку брызнул в лицо оранжевой краской, веснушек – мой психотерапевт. – Как твои сегодняшние успехи?
Недовольно вздохнув – могла бы и подождать пару минут, пока я накину пижаму после вирткапсулы, а не врываться сразу же, приготовился к длительному разговору. Где там моя инвалидная коляска.
  
Глава 4.
Сияние неоновых огней большого города проносится стремительным отражением на глянце шлема, создавая ощущение, будто черного ворона, изображенного талантливым художником-аэрографом, хищные крылья несут сквозь целое море огня. Впереди еще трое райдеров, а мой тысячатрехсотый каэрчик не выдал еще и двух третей своей мощности. Разогретая резина надежно держит железного коня на дороге, а ветер лупит в стекло визора и посвистывает в отверстиях вентиляции шлема. Поворот, еще один сразу в другую сторону. Перекладываю резким свешиванием своего монстра на другой бок и обхожу еще одного соперника.
– Старая машина, как же. – злые слезы текут по щеке, в голове слегка шумит от двух стаканов черного рома, а грудь рвет и давит болью. – Перепрошив мозги и раздушив мотор я вас, черти, делаю как стоячих!
На аналоговом спидометре стрелка подбирается к двумста десяти, а вперед уносится прямая стрела трассы. Газ до упора и наклон вперед.
– Не обосретесь ли вы на трех сотнях, ребятки?
Перед глазами снова вспышка картины: девушка целует мужчину. Красно-белый защитный экип туго обтягивает не по возрасту отвисший живот, а ладони жадно стискивают упругие ягодицы – бывший муж.
– Меня ты так же целовала. Я с женой из-за тебя развелся, оставил ее с ребенком чтобы быть с тобой. Купил байк и научился весьма неплохо ездить, по сравнению с тем, что было на армейских спецкурсах, спасибо местному клубу мотоджимханы и школе экстремального вождения. А в итоге… «У меня есть кому за мной скучать. Не звони мне». Ни объяснений… ничего. Только растерянность и непонимание.
Да, брак у меня сложился не очень удачно, но я супруге не изменял. Ни разу за десять лет. Так уж совпало, что после очередной ссоры, когда чувствовал себя вещью, у которой нет и не может быть личного пространства и интересов, не связанных с семьей, ты меня просто обняла при встрече на работе. Простое для тебя приветствие начисто снесло мне разум. Меня так тепло никогда никто не обнимал. И наши встречи, лекарства что я носил для твоей болеющей дочери, твое смешное мяуканье во время поцелуев… Так просто. И так больно. Стрелка перевалила за третью сотню, последний соперник остался далеко позади.
– Почему не захотела просто поговорить? Объяснить, что ты решила вернуться к мужу, которого сама же звала идиотом? Хотя бы просто поставить в известность? Я оставил все ради тебя и, оказывается, вообще ничего не значил… даже не друг…
Плач маленькой дочери, ее крик «Папа, не уходи!», крепко сжатая на хрупком детском плечике рука бывшей жены…
Резко выскочившая наперерез машина, рывок руля, металлическое,ограждение дороги отталкивает тяжелый мотоцикл словно игрушку, срывая пилота. Удар. Столб освещения во вспышках фар. Хруст. Резкая боль. Темнота…
С трудом открываю глаза, вытирая со щеки слезу. Опять этот сон. Лучше бы мне, как раньше, война снилась. Это называли спецоперацией, но для нас, двадцатилетних пацанов это был настоящий ад: неонацисты и их наемники пачками зверски убивали гражданских и наших пленных, прикрывались живыми щитами из уцелевших, а наше командование все игралось в аккуратность и точечные удары. Кто не сошел с ума там, превратившись в безбашенного маньяка и в итоге погибшего под пулями, потом часто видели огненные сны. Каждый свои.
Выстрелы, взрывы, разорванные тела женщин и детей, светловолосый наемник – настоящая «белокурая бестия», блеск штык-ножа, кровь на руках. Это можно воспринимать отстранено, ну снится и снится. И даже когда за окном неожиданно загрохочет фейерверк, скатываться с кровати и в потемках, спросонья, искать цевье несуществующего автомата… терпимо. Привычно. Все что угодно, но не это.
Капсула привычно принимает меня в свое высокотехнологичное нутро, разминая массажными роликами, пока в желудке уляжется завтрак, а устройство отсканирует организм. Хотя что там сканировать. Со вчерашнего дня ничего не изменилось: ног я по прежнему не чувствую, как и не контролирую ничего ниже пояса. Перелом позвоночника со смещением, нервный столб спинного мозга разорван, перемолотая осколками костей часть удалена, шансы на восстановление нулевые. Хорошо хоть медицинская страховка оплачена самая лучшая и бывшей жене и ребенку я оставил все: квартиру, кое какие акции и активы в банке, заработанные реками крови и пота, вполне хватит чтобы можно было жить не работая, пусть скромно, но все таки. Байк жалко, надежный был товарищ.
Загрузка.
Пламенеющая надпись готическим шрифтом «Добро пожаловать в Темные века».
Модель моего персонажа мускулистая, с серьезным лицом, темными волосами с проседью, щегольской бородкой – испаньолкой в простой одежде, демонстрирует как мой персонаж будет выглядеть по достижении двадцати условных лет. Рядом вращается модель мелкого светловолосого пацана – то, как я выгляжу сейчас.
Так, что там Мико про глаза говорила, светятся зеленым? Окно внутриигрового магазина, украшенное по типу «дорого-богато» с вензелями, золотыми фениксами и изумрудными драконами. Вбиваю в строку поиска «Глаза»
Разные формы зрачков, цвета радужки, искорки. Сколько сколько они стоят? А Мико богатая девочка. Ресницы, тени, стрелочки… Нет, свечений никаких нет, может у нее сбой виртуала какой произошел?
Ладно, пора заходить в игру.
Шкура волка, служащая мне одеялом, отлетает в сторону. Молодое, не изувеченное тело пружинисто вскакивает с лавки, несколько наклонов, приседаний. Как же хорошо чувствовать ноги, пусть ощущения и не слишком реалистичные, просто ходить… На что врач рассчитывает, отправляя меня сюда? Контраст между тем, какой я здесь и беспомощным калекой, что даже в туалет нормально сходить не может, и если бы не система удаления отходов, встроенная в мою капсулу – плавал бы я в собственном дерьме.
Местное время – шесть утра, пора выдвигаться за рудой. Что там у Мико?
Хм, ожидаемо: серый ник персонажа во френд листе – игрок оффлайн. Быстро отбиваю сообщение: «Встречу – косы выдерну! Как только подключишься – сразу напиши»!
Можно позавтракать и немного нагрузить тело – совет Харона действует, а значит максимум активности. Пробежка вокруг вершины холма, приютившего на пологих склонах нашу деревню, и колка дров (ежедневный квест «Помощь родителям»), сложенных за домом, думаю будет в самый раз.
Стол у нас хоть и не такой роскошный как у родителей несносной девчонки, но тоже не поражает скромностью: томленая каша на молоке, вареные яйца, пироги с дичью, охотник мой отец или так, погулять вышел, блестящие соленые грибочки, ягодный морс с медом и квас. Все в меня, конечно, не влезет, но я буду к этому стремиться. Скатерти не хватает, ну да и черт с ней, это во мне человек двадцать первого века и десять лет брака говорят, а здесь у нас темные века – глухое средневековье и лютая феодальная раздробленность, так что будем соответствовать.
Пробежка по просыпающимся улицам мимо стада скотины, что пастухи гонят на луга, и спешащих в поля тружеников серпа и орала, навстречу поднимающемуся солнцу, вызолотившему крытые гонтой крыши, убрала дебафф «Переедание» и подняла настроение. Время почти семь утра, Мико неактивна. Настроение снова опустилось до нормального уровня. Если эта стрекоза не появится до восьми – отправлюсь сам. Все равно как, но я доставлю кузнецу его два пака медной руды, а с Мико пусть сам потом разбирается. Колка дров позволила разгрузить мозг и сконцентрироваться на том, как дотащить неподъемный для меня вес на такое серьезное расстояние, а взгляд постоянно соскальзывал в сторону реки. А почему бы и нет. Достаточно большой топляк я найду, эти последствия прошедщих ураганов (горы с их ледяным дыханием все-таки недалеко) всегда по берегам присутствует, корзины… корзины купить можно, только денег нет, или стащить у кого-нибудь.