Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд!

Я дитя прогресса. Мне до сих пор странно видеть кареты, запряженные лошадьми. Или эти смешные машины с огромными колесами: Ло-Риэ разивается, но не весь! И Озерный Край – это страшнейшая глушь, отрицающая любой прогресс. Жизнь там – испытание даже для мужчины, но для женщины… О-о-о, для женщины это смертный приговор.
Полдня я пролежала в постели. Утонув в жалости к себе, я упоенно шмыгала носом и желала семейству ло-Арндейл всяческих благ. Фантик все это время был рядом. Он не спорил, не подсказывал и не искал хорошее в сложившейся ситуации. Мой хиэ просто был рядом, и это успокаивало.
  
– Ладно, – я села на постели, – у меня уже голова болит от страданий. Кто хоть мне достался-то?
– Ритуал проводили для первого принца, – хмыкнул Фантик, – но магии глубоко наплевать на то, что решением короля первый стал третьим, третий вторым, а второй – первым.
– Чего? – запуталась я.
– Эгерт ло-Арндейл был наследником, – принялся объяснять Фантик. – Но затем что-то произошло, и юноша поседел за одну ночь. Причем это не обычная седина, которую с легкостью уберет любой маг-целитель. Это больше похоже на последствие магического истощения.
– Но разве он не должен был потерять силу? – нахмурилась я. – Не то чтобы мои познания в теории магии были как-то особенно глубоки, но к экзамену я все же готовлюсь.
– Должен был, – согласился хиэ. – Но не потерял. Зато перестал быть наследником, а значит, он точно нездоров. Но! Но магия связала тебя с ним.
– Увечному принцу досталась проблемная попаданка. – Я поежилась. – И когда мы должны во всем сознаться?
– Никогда, – клыкасто улыбнулся Фантик. – Видишь ли, закон обязывает мужчину принять свою истинную половинку. Женщины же пока ничем никому не обязаны. Но стоит заранее придумать уважительную причину, по которой ты скрывалась.
– На тот случай, если он все-таки поймет? – нахмурилась я.
– Не «если», – покачал головой хиэ, – такие вещи долго скрывать не получится. Но! Но, возможно, мы сможем что-нибудь о нем вынюхать. Какой-нибудь грязный секрет.
–Добрым словом и шантажом можно добиться куда большего, чем просто добрым словом, – согласилась я.
Жизнь в очередной раз круто изменила свое направление, но… Но с этим можно было работать.
«Я не одна, – покосившись на Фантика, подумала я. – А значит, все образуется».
Колупнув ногтем раздражающую закорюку, я с сожалением подумала, что, возможно, нам стоило выбрать другой день для воззвания к Ло-Риэ. Тогда парой Эгерту была бы какая-нибудь другая несчаст… Счастливая дурочка.
А хотя стоп.
– Почему ты решил, что это знак Эгерта? – нахмурилась я, поворачивая руку к хиэ.
Печально вздохнув, Фантик очень укоризненно на меня посмотрел:
– Ты же утверждала, что владеешь тремя языками родного мира.
– Это вот вообще не английский, – возмутилась я. – И не французский!
– Да, – согласился хиэ. – Но разве богиня не одарила тебя дополнительными языками? Эти цифры тебе ни о чем не говорят?
– Так цифры-то у нас одинаковые на всех языках, – возмутилась я. – Ну нет, не совсем, есть нюансы, но все же…
– Присмотрись, – посоветовал хиэ.
Я честно попыталась. Но закорюка оставалась абсолютно нечитаемой. Нет, то, что метка принадлежит ло-Арндейлу, было ясно как белый свет – чисто по времени проявления.
– Это – единица, поверх которой нарисовали тройку, – сдался хиэ. – А кто еще в семье ло-Арндейл может подойти под такое описание?
– Хм-м, – я посмотрела на хиэ, – но если я его пара, то почему метка не проявилась сразу?
– Потому что ты не была родной этому миру, – пожал плечами кот. – Боги ревностно следят за своей паствой. Еще не хватало, чтобы истинные начали друг за другом из мира в мир шататься. Тем более что это лишь шанс. Вот именно сейчас вы идеально друг другу подходите. Но кто знает, может, ты обрушишь его башню из кофейных чашек – и все, наваждение рассеется.
– Кста-ати, – загорелась я, – можно же пойти путем вредительства!
– Ты хочешь навредить третьему принцу Ло-Риэ, главе Департамента Дознавателей? – с интересом уточнил мой хиэ. – На данный момент он входит в десятку сильнейших боевых магов.
– А купол отвлечения внимания не заметил, – буркнула я.
– Или не стал вмешиваться, – вздохнул Фантик. – Магистр Демьяни пользуется абсолютным доверием Его Величества Редгарда Седьмого. Остальным приходится соответствовать.
Посмотрев на часы, я решительно поднялась на ноги. День еще не был полностью потерян, а значит, предстояло пойти и насладиться свободой! И заглянуть в лавку «Мисс Ксантирас и пуговички»: я решила сплести себе что-то вроде браслета.
Учитывая, что метка ограничилась легким покалыванием, я могу честно соврать, что просто ничего не заметила, а любимый браслет не снимаю даже в душе.
На самом деле нам с Фантиком все равно придется рассказать о проведенном ритуале. По-хорошему, мы должны были делать это в храме, в присутствии целителей. Но тогда всем были бы видны алые всполохи моей ауры. А я, как уже говорила, совершенно не хочу украсить собой чью-то сокровищницу!
Лавочница обрадовалась нам с хиэ как родным: в тот день в ее лавке было не протолкнуться от клиентов!
– Нет-нет, мешок не понадобится, – я помахала рукой, – мне нужно несколько десятков лент в синей и бежевой гамме. Хочу сделать себе браслет-амулет с напоминалкой.
–Ага, – покивала мисс Ксантирас, – значит, понадобятся и прозрачные бусины, верно?
– Абсолютно, – кивнула я. – А ты не хочешь обзавестись украшением?
Хиэ одарил меня выразительно уничижительным взглядом:
– На какое конкретно место?
– На переднюю лапу, – уверенно ответила я, зная, что Фантик и думать не хочет об ошейнике. – Были бы у нас парные браслеты.
Мой друг на мгновение растерялся, а потом осторожно кивнул:
– Да, наверное, стоит попробовать. Моя магия удержит браслет на лапе. Наверное. Не знаю.
Он так растерялся, что спрыгнул с моих рук и отошел в сторону. Сел как статуэтка и даже хвост забыл спрятать!
– А что у ва…
– Что у меня с платежеспособностью? – тут же перебила я ее. – Все отлично, использую только наличные монеты.
При этом сделала ей «страшные» глаза, и она тут же понятливо прикрыла рот ладонью. Расплатившись, мы с Фантиком вышли на улицу, и тут…
– Это же фотограф, – ахнула я, увидев мужчину с огромным агрегатом на штативе. – Хочу нашу карточку на рабочий стол.
Как ни странно, протестовать Фантик не стал. Через несколько минут я стала владелицей милой фотокарточки в наколдованной рамке. Там мы с хиэ сидели под развесистым цветущим кустом. Я – на стуле, он у меня на коленях.
– А теперь за сладостями, – скомандовала я.
– Ты собираешься потратить все свои сбережения?
– Наши сбережения, – поправила его я, – мы вместе работаем и вместе тратим. Как насчет артефактных отработок? Испорченные заготовки, из которых можно вытянуть остаточную магию…
– М-м-м, – мечтательно муркнул мой хиэ, а потом укоризненно добавил: – Это дорого.
– Мы с тобой, возможно, скоро потеряем любую возможность радоваться жизни, – напомнила я. – И тогда будет мучительно жаль бездарно сбереженных монет.
– А ты умеешь убеждать, эхи, – хмыкнул Фантик.
– Тому и радуюсь, мой хиэ, – отозвалась я.
Все сбережения мы не потратили, но зато чудесно провели остаток дня. Купили несколько кульков с артефактными отработками, орехи в меду и огромную упаковку сайбрианского чая. Он мне не очень нравился, но следовало хоть как-то показывать людям, что я скучаю по родине. Поэтому каждый понедельник я заваривала розовый чай и угощала им всех, кто не успевал отказаться!
Вечер я провела на полу в гостиной. Фантик настроил местное радио и, привалившись к моему боку, подсказывал, как правильно зачаровать браслет. Увы, у меня не было возможности полноценно научиться использовать свои способности, а потому я просто следовала за более опытным другом.
  
– М-м-м, угу, – подбадривал меня хиэ, – вызови вторую искру силы и проведи ею сквозь все бусины. А потом вложи эту силу в ленту. Угу, вот так.