Жажда опасности (ЛП)

Гнев начинает бурлить в моей груди, но я сохраняю почтительное выражение лица: — Я не против поработать допоздна, но была бы очень признательна, если вы будете предупреждать меня утром, чтобы я могла заранее отменить планы на вечер.
Планы? Ха. Я живу как чертов отшельник. 
Тем не менее, это не то, что ему нужно знать. Я просто хочу, чтобы он проявил уважение и предупреждал меня заранее, чтобы я не надеялась, что смогу уйти из офиса в пять.
Черты лица мистера Витале напрягаются, и кажется, что он вот-вот выйдет из себя, но затем он отрывисто кивает мне. — В непредсказуемом будущем я жду вас в офисе с семи утра до семи вечера.
Двенадцать часов? Да он с ума сошел!
Переключив внимание на стопки папок и бумаг на своем столе, он бормочет: — Не волнуйтесь. Вы получите компенсацию за дополнительное время.
Услышав, что мне заплатят за сверхурочную работу, я уже не так сильно злюсь. Мне бы не помешали дополнительные средства, чтобы расплатиться по кредитной карте. Подержанный холодильник, который я купила, когда переехала в Нью-Йорк, сдался в прошлые выходные, и мне пришлось влезть в долги, чтобы купить новый.
— Мне сегодня тоже нужно задержаться? — спрашиваю я.
Выпустив нетерпеливый вздох, мистер Витале переводит взгляд на меня. — Да. Возвращайтесь к работе.
Выходя из его кабинета, я захлопываю за собой дверь. В животе урчит, напоминая, что я сегодня ничего не ела.
Тебе платят сверхурочные. 
Я сажусь за свой стол и включаю компьютер. Открыв папку с электронной почтой, я вижу, что мистер Витале уже отправил восемь писем, и возвращаюсь к работе, полная решимости показать ему, что я чертовски хорошая личная помощница.
 https://t.me/bookswithlovefromgg
 
Глава 2
Франко
Закончив разговор с Сальвадором Кастро, моим связным по вопросам поставок медикаментов, я встаю из-за стола. Хватаю пиджак и, пожимая плечами, направляюсь к двери.
Когда я выхожу из кабинета, то слышу урчание в животе моей помощницы.
— Можете идти домой, — бормочу я и, не говоря больше ни слова, направляюсь к лифту.
Я слышу, как она что-то бормочет себе под нос, и это заставляет меня остановиться на месте. Бросив взгляд на женщину, которая испытывала мое терпение последние две недели, я поднимаю бровь.
— Вы хотите что-то сказать, мисс Блейкли?
Она берет свою сумку и идет ко мне с недовольным выражением лица. — В следующий раз, когда вы ожидаете, что я буду работать до девяти вечера, вы могли бы хотя бы обеспечить меня ужином.
Мой взгляд устремляется на нее, а тон становится мрачным: — Я не знал, что вы не умеете заказывать еду.
Ее брови сходятся вместе. — Конечно, я знаю, как заказывать еду.
— Тогда никто, кроме вас, не виноват в том, что вы сегодня не поели.
Господи, я собираюсь уволить ее. Почему, черт возьми, так трудно найти компетентную помощницу?
Она проходит мимо меня и говорит: — Я не знала, что мне разрешено есть за рабочим столом. Это значительно облегчит работу. Спокойной ночи, мистер Витале.
Сжав челюсти, я следую за ней к лифтам.
Клянусь, эта женщина - просто красивая головка без мозгов. Когда я впервые увидел ее, у меня перехватило дыхание от ее поразительной красоты. Ее светлые волосы всегда уложены в мягкие локоны, а зеленые глаза кажутся темными на фоне бледной кожи. Веснушки, рассыпанные по носу, дополняют ее черты.
Не говоря уже о том, что у этой женщины есть изгибы во всех нужных местах и задница, которая заставляет мою ладонь чесаться. Особенно когда она что-то делает не так или грубит мне.
Но за последние две недели это влечение исчезло, потому что она не делала ничего, кроме как доводила меня до белого каления.
Мы заходим в лифт, и я улавливаю мягкий ванильный аромат ее духов, когда она встает рядом со мной. Ее макушка достигает моего подбородка, и я думаю, что без высоких каблуков, которые она носит, она могла бы достать лишь до моего плеча.
 
Она постоянно переступает с одной ноги на другую, и мне кажется, что туфли причиняют ей боль.
Пока мы спускаемся на первый этаж, тишина становится весьма ощутимой и наполненной напряжением.
Когда двери открываются, и она поспешно выходит из лифта, я говорю: — Возьмите с собой завтра удобную обувь, чтобы носить ее на рабочем месте. Может, тогда вы будете менее угрюмой.
Звук стука каблуков по плитке прекращается, и она поворачивается ко мне лицом, бросая на меня взгляд с едва сдерживаемым гневом. — Я не проявляла ничего, кроме уважения, мистер Витале. Может, вам стоит последовать своему предложению и надеть более удобную обувь, раз уж вы такой угрюмый?
Она разворачивается, ее волосы разлетаются по плечам, и спешит к выходу с напряженным позвоночником и высоко поднятой головой.
Я смотрю на эту женщину, у которой больше смелости, чем мозгов, раз она так разговаривает со мной, потому что я ее работодатель.
Но если бы она знала, кто я на самом деле - один из глав Коза Ностры, то поняла бы, насколько смело или глупо она поступает.
Мои сотрудники живут в другом мире, где ближе всего они знакомятся с мафией, только когда смотрят Крестного отца.
Покачав головой, я иду к выходу, где меня ждут Лоренцо и Майло. Они мои охранники и всегда, когда я нахожусь в Vitale Health, моей компании по поставке медикаментов, работают в комнате безопасности.
Эти двое работают со мной с восемнадцати лет и стали мне как родные.
— Ты не можешь ее уволить, — напоминает мне Майло. — В этом году ты уже уволил четыре помощника, и уход пятой плохо отражаться на тебе.
Покачав головой, я бормочу: — Если она не разберется со своим дерьмом в ближайшие две недели, я уволю ее, и ты сможешь занять место моего помощника.
— Блять, нет, — усмехается Майло. — Я скорее получу пулю, чем подвергну себя такой пытке.
Я хмурю лоб. — Ты хочешь сказать, что я кошмарный работодатель?
Мы выходим из кондиционированного здания в жаркий вечерний воздух.
Господи, не могу дождаться зимы.
Майло открывает заднюю дверь G-Wagon и ухмыляется мне. — Только когда ты в офисе.
Я бросаю взгляд на притихшего Лоренцо. — Ты согласен с Майло?
Он поднимает руки в универсальном знаке «Я не хочу участвовать в этом». — Я - Швейцария.
Забираясь на заднее сиденье бронированного G-Wagon, я выдыхаю.
Я знаю, что со мной нелегко работать, и, хотя я пытался наладить отношения с персоналом, у меня это не получалось. Всякий раз, когда я пытался быть более мягким, они расслаблялись, и я выходил из себя. Это раздражающий цикл.
Сев за руль, Лоренцо спрашивает: — Куда?
— В Paradiso.
Там, где у других капо обычные стриптиз-бары, ночные клубы и казино, у меня Paradiso1 клуб для взрослых, где можно все, если участники подпишут соглашение.
Клуб предоставляет членам приватные комнаты и все игрушки для взрослых за непомерную плату.
Несмотря на то что я владею табуированным клубом, я никогда не принимаю в нем участия. Я видел, как люди вытворяют друг с другом всякие странные штуки на камерах наблюдения, которые стоят для того, чтобы никто не умер на территории клуба.
Майло заезжает на охраняемую стоянку для сотрудников за клубом, и я, выбравшись из G-Wagon, вхожу в здание через черный вход, который охраняют двое моих людей.
Я не шучу, когда речь идет о безопасности, и трачу целое состояние на то, чтобы все мои предприятия были хорошо защищены.
Я сразу же направляюсь в свой офис, чтобы переодеться в костюм. Все сотрудники носят черную униформу, состоящую из брюк карго и рубашки с длинным рукавом. Они также носят балаклавы с черепами, чтобы защитить свои личности.
Если на рубашках сотрудников слово Paradiso напечатано серебряным шрифтом, то на моей - золотым. Это единственное, что отличает меня от них.