Герцог в моей постели
Ледяной ужас сковал Брэя.
– Господи, Натан, что случилось?! – прошептал он.
– Сам не знаю, – прохрипел тот. – Должно быть, что-то попало под колесо…
– Ладно, – проворчал Брэй, пытаясь взять себя в руки, – сейчас не время выяснять, что произошло. Позже разберемся… Эй, кто-нибудь, подгоните сюда мою двуколку!
– Сестры… – чуть слышно произнес Натан и, не закончив фразу, закашлялся.
– Что? – переспросил Брэй, не будучи уверенным, что верно его расслышал.
– Мне нужно вернуться в имение… Я обещал своим сестрам, что буду в конце недели…
– Ты еще успеешь увидеть их. Если к концу недели не поправишься, мы отвезем тебя туда, – пообещал Брэй.
В глубине души он, однако, не был уверен, что после такой травмы виконт проживет хотя бы час.
– Я должен повидать их! Они зависят от меня… – Натан попытался было приподнять голову, но тут же уронил. – О господи, какая боль! Что хотя бы со мной такое, Брэй?
– Не шевелись! – предупредил тот.
Но Натан снова попытался приподнять голову, и на этот раз ему это удалось настолько, чтобы разглядеть рану и торчащую из нее палку. Виконт попробовал усмехнуться, но вместо смеха с его губ сорвался сдавленный крик.
– Успокойся, Натан! – Брэй дотронулся до плеча раненого приятеля. – Сейчас подгонят мою двуколку… Все будет хорошо!
Прим с трудом поднял дрожащую руку и дотронулся до торчащей из живота палки.
– Не надо, Брэй, – сквозь зубы простонал он. – Я не идиот и все отлично понимаю… Ты ничем не сможешь мне помочь. После таких ран не выживают!
Брэй и сам отлично осознавал, что виконт, увы, прав, и хотел облегчить его последние минуты хотя бы дружеским словом, но не знал, что сказать.
– Лежи тихо, не двигайся, – снова повторил Брэй. – Даже не пытайся разговаривать.
– Можно подумать, – горько усмехнулся Натан, – это что-то… изменит! Двигайся не двигайся, разговаривай не разговаривай – конец все равно один… Можно подумать, я сам не вижу и не чувствую, что эта чертова палка прошила меня насквозь!
– Пока ты жив, есть надежда, Натан.
– Умоляю тебя, Брэй, не надо рассказывать сказки!
– Ты непременно выкарабкаешься!
– Брэй, сейчас не время для этих глупостей. Лучше… дай мне сказать то, что я должен, а то отойду в мир иной и не успею… Короче, если я сейчас умру, титул унаследует мой дядя и ответственность за благосостояние моих сестер ляжет на него. А я не могу этого позволить. Он не сумеет позаботиться о них как должно!
– Да с чего ты взял, что умрешь?
– Снова ты за свое! Я хочу попросить тебя кое о чем…
Прервавшись на полуслове, виконт вдруг закрыл глаза. Ненадолго воцарилась тишина: были слышны лишь хрипы раненого, громкое стрекотание кузнечиков да чириканье какой-то ночной птахи…
Наконец Уэйбери снова открыл глаза.
– Я хочу… попросить тебя кое о чем, Дрейкстоун, – повторил он. – Обещай исполнить мое последнее желание!
– Какое? – спросил Брэй, тревожно вглядываясь в лицо Натана. Обычно румяное, сейчас оно было белым словно полотно.
– Обещай, что ты женишься на моей сестре Луизе.
«Вот тебе раз!» – чуть было не воскликнул Брэй. Он-то был уверен, что виконт попросит всего лишь бокал бренди, чтобы хоть как-то скрасить свои последние минуты.
Жениться? Брэй, которому буквально на днях исполнилось двадцать семь, до сих пор еще ни разу не задумывался о женитьбе. Добровольно сунуть шею в ярмо? Спасибо, увольте – Брэй все-таки не идиот.
– Я не буду тебе это обещать, Натан, – произнес он твердо, – хотя бы потому, что ты не умрешь. С чего ты взял…
Внезапно резко приподнявшись – и откуда только взялись силы? – виконт вдруг схватил Брэя за жабо окровавленными пальцами и притянул к себе.
– Женись на Луизе, Брэй! – прохрипел он.
– Иди к черту! – Руки Брэя сжались в кулаки. – И думать не хочу о такой ерунде! Ты бы еще попросил меня взять на себя содержание твоей любовницы или выплатить все твои карточные долги!
– Брэй, я прошу не за любовницу, а за сестру. Точнее, за всех своих сестер…
– Побереги силы, Натан. Тебе сейчас вредно волноваться!
– Обещай, что выполнишь мою просьбу, Брэй! Обещай! – Голос виконта уже срывался в крик.
– Да пообещайте ему, Дрейкстоун! – произнес кто-то из наблюдавших за рвущей душу сценой джентльменов. – Что вам стоит скрасить последние минуты умирающего?
Брэй обернулся. На него смотрели около дюжины лиц, и на каждом из них читалась просьба уважить последнюю волю виконта. Но Брэй отнюдь не собирался повиноваться, будь их хоть сотня.
– Ну, где же моя двуколка? – нетерпеливо произнес он. – Неужели так сложно…
– Сейчас, сейчас! – раздался в ответ чей-то голос.
Виконт закашлялся, и в углу его рта выступила кровавая пена. Собака не отходила от него ни на шаг.
– Исполни мою просьбу, Локингтон! – снова прохрипел Натан.
– С какой стати? – огрызнулся тот.
Вцепившись в жабо Брэя еще сильнее, виконт снова притянул его к себе.
– Я прошу тебя, Брэй! Не за себя прошу – за сестер. Поклянись, что женишься на Луизе, и я отойду в мир иной со спокойной душой…
Желание виконта позаботиться о сестрах Брэй находил вполне понятным и даже похвальным, но просьба жениться на его сестре была полным безумием. Да, они с Натаном приятели. Пожалуй, даже могли стать друзьями. Но с какой стати Прим вдруг решил, что Брэй ему чем-то обязан только потому, что виконт имел несчастье получить смертельную травму, в которой, если разобраться, сам же в какой-то степени и виноват?
– Я умираю, Брэй, – снова прохрипел Натан. – Обещай, что женишься на Луизе!
– Да что вам, в конце концов, стоит пообещать ему это, Дрейкстоун? – воскликнул кто-то из толпы. – Проявите милосердие!
– Хорошо, Натан, хорошо! – произнес Брэй, несмотря на то, что внутри у него все кипело от раздражения. – Если ты, не дай бог, умрешь – чему я, честно говоря, не вижу причины, – я женюсь на твоей сестре.
Толпа, еще за мгновение до этого гудевшая, как улей, замолчала. Рука Натана наконец отпустила жабо Брэя. Глаза виконта закрылись.
– Да, и собаку, Брэй… – чуть слышно прохрипел умирающий.
– Что? – не понял тот.
– Позаботься о моей собаке, Брэй. Ты же не оставишь Сайнта?
Глава 2
Тебе, невзгода, я раскрыл объятья.
По мненью мудрецов, то путь мудрейший.
Глядя в пространство, Брэй неподвижно стоял у окна. С момента несчастья, случившегося с виконтом, прошло всего-то около двух часов, а ночной туман успел исчезнуть без следа, словно его и не бывало. Несмотря на ранний час, все вокруг было залито ярким солнечным светом, на небе ни облачка.
Брэй уже успел сменить запачканные кровью рубашку, жилет и жабо и снова, выглядел безупречно, но на душе у него было тревожно.
Брэю до сих пор не верилось в смерть Натана, хоть он и видел все собственными глазами. Раньше Брэю никогда не доводилось присутствовать при столь печальных событиях, и он надеялся, что сегодняшний случай будет первым и последним.
Пока Брэй переодевался, Ситон, которого он всегда считал верным, преданным другом, отправился в «Клуб наследников», чтобы попытаться найти там кого-нибудь, кто мог бы знать, где же все-таки можно разыскать дядю виконта Уэйбери.
– Не хотите ли, сэр, – спросил Ситон у Брэя по возвращении, – чтобы я нанес визит новоиспеченному виконту и сообщил о смерти лорда Уэйбери?
– Благодарю вас, Ситон, но, полагаю, это все-таки моя обязанность.
В глубине души Брэй предпочел бы, чтобы Ситон или кто-нибудь другой взял эту обязанность на себя, но принять от Ситона столь любезную услугу он все равно считал себя не вправе.
С Джоном Олдриджем Ситоном Брэй дружил с момента вступления в «Клуб наследников». Шестидесятилетний, с уже начавшей редеть седой шевелюрой и морщинистой кожей, Ситон был самым пожилым членом клуба. Отец Джона уже достиг восьмидесятисемилетнего возраста, но по-прежнему оставался таким бодрым, что, казалось, готов был дать фору любому молодому, хотя клуб уже не посещал. Когда Джон бывал пьян – что, впрочем, случалось редко, – то шутил, что отец еще переживет не только его, но и своих многочисленных внуков и правнуков.