"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– И непременно взорвётся раньше. Ты прав, Джонни. Но до декабря, я думаю, ничего не будет.
– Думаю, да, – Джонатан откинулся опять на спинку. – А как тебе русский шофёр?
– Толковый парень. Если б ещё язык знал…
– Как вы объяснились? Ты ж в русском…
– Хуже, чем он в английском, – ухмыльнулся Фредди. – Но мы поняли друг друга. Думаю, мы в Бифпите ещё встретимся.
– Завязываешь позиционные бои на русском фронте? Сначала девчонка из комендатуры, теперь шофёр…
  
– Пока готовлю позиции, Джонни. А бои… там посмотрим.
Джексонвилл
До обеда Эркин провозился в сарае. Женя успела израсходовать все заготовленные им тонкие поленья и лучинки. Значит, всё-таки он пробыл дольше, чем рассчитывал. Или она топила плиту чаще, или… а не всё ли равно? Сейчас-то… в момент наладит. Эркин заново наточил топор, перебрал инструменты и занялся дровами. Смотрят? Ну и пусть. Он снимает койку с работой. Всё путём. Везде так. В Бифпите, да и на перегоне он наслушался рассказов про то, как кто устроился с жильём. Койка с работой – неплохо, но бывает и получше. Вот так и вот так. Это сделано. Теперь… а смотри-ка, и солнце вроде вовсю, и топором машешь, а рубашку чего-то неохота снимать. Значит, и в самом деле осень началась.
Вышла во двор Алиса – Женя всё-таки оторвала её от баульчика и отправила гулять с наказом не подходить к Эркину, не разговаривать с ним и вообще помалкивать – покрутилась, краем глаза Эркин видел, что она вроде подошла к другим детям, но быстро ушла из круга, посидела на крыльце с куклой и убежала домой.
Он закончил работу, всё убрал, закрыл сарай и привычно, будто и не уезжал, глядя себе под ноги, пошёл к дому, поднялся по лестнице, открыл верхнюю дверь.
– Как раз вовремя, – Женя обернулась на стук двери. – Сейчас обедать будем.
Он хотел было сказать, что это ленч, но тут же вспомнил, что по-русски обедают днём. Он переобулся в кладовке, вымыл руки и прошёл в комнату.
Стол уже накрыт, Алиса сидит на месте и крутится, то и дело оглядываясь на свой баульчик, стоящий у табуретки с игрушками.
– Алиса, не вертись, – Женя разложила по тарелкам нарезанные кружочками и чуть присоленные огурцы. – И не руками. Вилка есть. Эркин, а кто вам готовил?
– Мы сами. На костре варили. Ну, а в Бифпите завтракали в гостинице, а остальное… где придётся. В номере запрещено готовить.
– Понятно. А что вы варили?
Он улыбнулся.
– Варево. Ну, вроде каши. Крупу зальём водой и на костре оставим. Потом мяса копчёного нарежем туда, ещё раз прогреем и всё. Лепёшки себе пекли. Кофе варили.
– Большое хозяйство, – засмеялась Женя. – Продукты вам как…?
– Продукты раз в неделю привозили. На перегоне Фредди покупал, кормовые деньги у старшего ковбоя. А котелки, кофейник, сковородку, решётку, ну, вообще всё… это нам выдали. Потом мы сдавали. У нас хорошо, ничего не пропало, не поломалось, вот и без вычетов обошлось.
– Ну, понятно. Алиса доедай. Сейчас я суп принесу.
Он дёрнулся помочь, но Женя быстро собрала тарелки, убежала с ними на кухню и вернулась с кастрюлей.
– Эркин, глубокие тарелки поставь. Алиса, осторожней. Суп овощной, – и рассмеялась, – но с мясом. Алиса не вылавливай, всё подряд ешь. Эркин, так вы три месяца одно это варево и ели? А овощи? Неужели и картошки не было?
– Нет, – он ел, чувствуя, как от горячего супа расходятся по телу тёплые волны. – Но мы… щавель собирали и варили. Ягоды…
– Ягоды варили? – изумилась Алиса.
– Заваривали. Заливали кипятком и пили, когда настоится. Малину, барбарис, – он невольно улыбнулся. – Потом вначале были такие маленькие ягоды. Красные. В траве на солнечном склоне. Листики маленькие с зазубринками, а цветы белые.
– Земляника, – догадалась Женя. – Ну, хорошо, а то летом и без зелени… Так и цингу заработать можно.
– Что? – не понял Эркин.
– Цинга. Болезнь такая. Зубы шатаются и выпадают. Это когда без солнца, без зелени…
Он невольно зябко передёрнул плечами, представив такое, но встретился глазами с Женей и улыбнулся.
– Тебе нравится? Вкусно?
– Да, Женя, очень. Никогда такого не ел.
– А в Бифпите? Вы там куда-то есть ходили?
– Да. Но там суп тоже… вроде варева. Вкусно, сытно. Но у тебя лучше.
– Спасибо, – рассмеялась Женя. – Я старалась. Алиса, сядь прямо.
– В Бифпите у нас два ужина было… нас угощали. Фредди ковбойским, а Джонатан королевским.
– Как интересно! Сейчас второе принесу. Эркин, ты тарелки захвати.
– Я лучше кастрюлю возьму, – встал он из-за стола.
– Не обожжёшься?
Это опасение так насмешило его, что он действительно чуть не обжёгся.
Овощное рагу оказалось просто смесью нарезанных и тушёных овощей. Похожее, только с сыром и ещё чем-то, было на «королевском» ужине.
– Тебе нравится? Положить ещё?
– Да, очень. Спасибо, Женя.
– Ну, так что это были за ужины?
– Ковбойский – это когда мы в Бифпит пришли. Пригнали стадо и поехали в гостиницу. «Белый лев» называется. Ну, вот вечером в номере и ужинали. Яичница, – Эркин показал, – вот, с мою ладонь толщиной.
– А такая бывает? – удивилась Алиса.
– Значит, бывает, – улыбнулась Женя. – Это ж сколько яиц ушло?
– Потом нам сказали, что сорок.
– Сорок яиц?! А вас сколько?
– Четверо.
– По десять яиц на человека?! С ума сойти! А сковорода же какая?
– Нормальная, – пожал он плечами. – Вот такая. И не просто яичница, а с беконом.
– Ага, знаю, – кивнула Женя. – А к яичнице что?
– Хлеб с маслом, – Эркин улыбался воспоминаниям. – Масло не мазали, а ста… срезали и клали на хлеб. Ещё кофе и яблочный пирог. Тоже вот по такому куску. И ещё коньяк был.
– Ого! Даже коньяк, – засмеялась Женя. – Обойдёшься компотом?
– Конечно, обойдусь, – подхватил он шутку.
Компот был ещё тёплым, сразу кислым и сладким. Он с наслаждением выпил и, поймав краем глаза строгое выражение лица Жени, взял ложечку и выбрал сладкую мякоть.
– Это яблоки. Я купила вчера.
– Очень вкусно. Знаешь, мы там один раз груш нарвали, дичка, – она с улыбкой понимающе кивнула, – и стали компот варить. Весь сахар извели, а он кислый-кислый. Еле выпили. Не выливать же, раз столько сахара ушло.
Женя рассмеялась и встала.
– Алиса, умойся и спать.
– Ага, – переполненная впечатлениями, переживаниями и обедом, Алиса, сонно моргая, слезла со стула и пошла в уборную.
Эркин с улыбкой снизу вверх смотрел на Женю.
– Так вкусно всё. Никогда такого не ел. Спасибо большое.
– На здоровье. Ты…
– Я в город сейчас. Схожу к Андрею. Ну, и на завтра договориться надо.
– Хорошо, – Женя поставила обратно на стол тарелки и подошла к комоду, порылась в вазочке, где хранила мелочь, и повернулась к нему. – Вот, возьми.
Эркин встал и подошёл к ней.
– Что это, Женя?
– Ключи. Я в Гатрингс ездила, заказала там. Это от калитки, это от нижней двери, а этот, жёлтый от верхней. Чтобы тебе не стучать и не ждать меня… Вот, держи.
Он нерешительно взял проволочное кольцо с тремя ключами, смутно ощущая, что это имеет второй, скрытый пока от него смысл.
Женя улыбнулась, сама сжала его ладонь с ключами в кулак и нарочито строго сказала:
– Смотри, не потеряй.
Он улыбнулся, показывая, что понял шутку.
– Я пойду, да?
– Иди, конечно.
Вернулась Алиса. Она явно спала на ходу, но, столкнувшись с Эркином, ухватилась за него.
– Не уходи. Мама, не пускай его.
– Я вернусь.
– Он вернётся, – Женя оторвала Алису от Эркина. – Ложись спать.
– Да-а, – Алиса открыла глаза и шмыгнула носом. – В тот раз он тоже обещал…
– Так он и вернулся, – Женя обняла её и стала раздевать. – Слишком много всего, устала, моя звёздочка. Иди, Эркин, я уложу её.
  
Он кивнул и вышел. Взял в кладовке джинсовую куртку, обулся. Пожалуй, все деньги брать с собой не стоит. Он достал бумажник. Справки… пусть лежат. А деньги… Две десятки и семь мелочью, а остальное… Он вынул их из бумажника, огляделся… Взял шейный платок, завернул в него деньги и подсунул под стопку рубашек. Всё равно здесь никто по-ковбойски не ходит. Ключи в другой внутренний карман и застегнуть. Ну, всё.