"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Эркин проснулся перед рассветом. Андрей спал, уткнувшись ему в грудь лбом. Эркин осторожно убрал свою руку, обхватывавшую спину Андрея, и мягко снял его руку со своего плеча. Андрей вздохнул, не открывая глаз. Эркин вылез из-под одеял и уже спокойно укутал Андрея. Бесшумно двигаясь, обулся и захлопотал. Развёл посильнее огонь, расставил котелки и кофейник, чтоб побыстрее вскипело, ничем не звякнув, ничего не задев. Когда закипела вода, заварил чаю. Фредди лучше бы кофе, но чайник один, не в котелке же заваривать… А! Ему же прямо в кружке можно. Он быстро вымыл горячей водой миски, расставил их сохнуть. Надо бы теперь воды принести, но как Андрея оставить… Фредди, что ли, разбудить? Так тоже умотался он за вчера.
  
– Эркин, – тихо окликнули его.
Андрей? Эркин одним броском оказался у лежанки, присел на корточки, чтобы их лица были на одном уровне. Даже в рассветном сумраке видно, как бледен Андрей и какие тёмные круги под глазами, и исхудал он… все кости на лице торчат.
– Что? Ну как ты?
– Ничего, – Андрей попробовал улыбнуться. – Встать вот не могу. Как не моё всё.
– Давай. Держись за меня.
Он помог Андрею обуться, поставил на ноги и повёл, обхватив за спину и закинув его руку себе на плечи. Когда они повернули за угол навеса, Андрей попробовал высвободиться, но Эркин не пустил его, повторив всплывшие вдруг в памяти русские слова и внезапно поняв их смысл:
– Худо станет, не до срама будет, – и держал Андрея, не давая осесть на землю.
Андрей вздохнул, как всхлипнул, но удержался, не заплакал.
Так же осторожно Эркин отвёл его обратно, помог лечь, разул и снова закутал в одеяла.
– Сейчас чаю попьёшь, горячего.
Обернулся к костру и вздрогнул. Фредди сидел у костра, сосредоточенно разбирая записи в своём блокноте. И только когда Эркин стал наливать чай, не отрываясь от блокнота, бросил:
– Пополам с коньяком сделай.
Его тон исключал всякие пререкания, и Эркин, беззвучно ругая себя за послушание, полез в продуктовый вьюк за бутылкой.
Андрей попытался приподняться на локте и взять кружку, и Эркин только чуть поддерживал, чтобы он не уронил кружку и не обжегся. Андрей пил, останавливаясь после каждого глотка, чтобы перевести дыхание. Когда он допил, Эркин достал шоколад, аккуратно развернул и положил ему под руку.
– Он наломан уже. Пососи пока.
Андрей кивнул. Его лицо блестело от пота и оставалось бледным, только чуть заметно порозовели губы.
Эркин отошёл к костру, положил себе и Фредди варева, налил себе чаю.
– Фредди, тебе кофе тоже пополам?
Фредди закрыл и спрятал блокнот.
– Чаю. Неполную налей, я сам добавлю.
Встретился взглядом с Андреем, следившим за ними с лежанки, и улыбнулся. Андрей молча раздвинул губы в улыбке.
Стало уже совсем светло, и Фредди заторопился было за Огоньком, но Эркин остановил его.
– Сейчас вместе пойдём.
Подошёл к Андрею и уже по-английски спросил:
– Один останешься? Нам к стаду.
– С шоколадом вдвоём? Останусь, – попытался пошутить Андрей.
И Эркин охотно засмеялся в ответ.
– Давай я прикрою тебя, чтоб не лезли.
– Ага.
Эркин подвинул его к стене и повернул на бок мешок.
– Ну вот, не видно и не слышно. Хорош?
– Хорош. Идите, – донеслось из-за мешка.
Эркин отошёл к уже располовиненному Фредди мешку и легко взвалил себе на спину. Фредди взял вторую часть мешка, и они пошли к загонам.
Работали молча, обмениваясь самыми необходимыми словами, но без надрыва и спешки. Проходивший мимо Роб остановился, поглядел на них, явно удержался от приготовленной шутки и ушёл.
Накормив и напоив бычков, хоть как-то очистив загон, они пошли в посёлок. После вчерашнего многие казались осунувшимися, большинство прикрывало не прошедший страх хмурыми улыбками. Эркин держался чуть сзади Фредди, перемигиваясь со встречными цветными.
У их навеса Эркин обогнал Фредди и вдруг остановился. Так резко, что Фредди налетел на него.
– Ты что?!
Эркин, упираясь плечом, не пускал его вперёд, а когда их глаза встретились, взглядом указал ему вниз. Там, на влажной земле совсем свежий след сапога. Кто-то вошёл под навес.
– Армейский, – спокойно сказал Фредди, отодвигая Эркина и проходя вперёд.
Под навесом никого. Эркин сразу метнулся к их лежанке, заглянул за мешок.
– Ну, как ты? – и отвалил мешок.
Андрей, по-прежнему бледный, улыбался перепачканными шоколадом губами.
Подошёл Фредди.
– Кто-нибудь заходил?
– Ага, – выдохнул Андрей. – Топтался тут. Но ко мне не заглянул.
– Не знаешь его?
Андрей молча помотал головой и сел.
– Полежал бы, – сказал Фредди, отходя к костру.
– Не-а, не шевелится только мёртвый.
Эркин кивнул. Не дотрагиваясь до Андрея, он смотрел, как тот осторожно встаёт и делает эти три самых нелёгких шага. От лежанки до костра. На последнем шаге Андрея шатнуло, но он устоял и смог сесть, а не упасть. Перевёл дыхание и победно улыбнулся. Эркин ответно улыбнулся и сел рядом.
– С возвращением, – усмехнулся Фредди.
– Ага. Спасибо. Ну, как вы тут без меня? Какие новости?
Фредди расхохотался.
– Ну, силён парень! Сдохнуть, но с улыбкой!
– Иначе не стóит, – серьёзно ответил Андрей.
– Новиков, завтракать будешь? Я принесла.
– Откуда такая забота, Шурочка?
– Чего не сделаешь за информацию. Ты ведь к Трейси ходил?
Новиков кивнул и отодвинул бумаги. Шурочка поставила перед ним поднос и села на соседний стул, расправив на коленях форменную юбку.
– Ешь и рассказывай.
– Что?
– Не дразни, Новиков. Нашёл Мальца?
– Нет, его нет в посёлке.
– Может, в другом номере?
– Ты его часто без Индейца видела?
Шурочка задумалась, сведя аккуратно выщипанные и подведённые брови.
– Верно! Они всегда вместе.
– То-то. Не дальше десяти метров. А Индеец вчера весь день сидел в номере, даже к стаду не ходил. Трейси один работал.
– Домашний арест? – засмеялась Шурочка. – Зачем?
– Вопрос не ко мне. Спроси у Трейси. Но кто, кроме Трейси, мог запретить Индейцу выходить?
– Действительно. А сегодня?
– Сегодня Индейца выпустили и разрешили работать.
– Разрешили?!
– Уж очень он довольный был, когда к загонам шёл. Но Мальца нет. Я к ним в номер зашёл, когда они оба у стада были. Ну, и слегка по периметру…
– Рискуешь, Новиков. Без санкции опасно.
– Только взглядом, Шурочка, я ж не вчера родился.
– Ну? Мальца нет, ты сказал, а что есть?
– Ещё кое-чего нет. Было две лежанки, ну, ты знаешь, как они мешки укладывают. Так вот, осталась одна, Трейси. Лежанка пастухов ликвидирована, даже одеяла куда-то убраны. И мисок сохло две. Но кружек три. И запах коньяка в воздухе.
Новиков сыто откинулся на спинку стула и закурил.
– Что же получается, Новиков?
– Получается, что Трейси куда-то отправил Мальца. Может, с поручением, а может, и на тот свет. Индеец следующий. Раз ликвидирована лежанка, значит, возвращение пастухов не планируется. И кого-то поили коньяком. Парням коньяка даже в честь убийства Ротбуса не дали. А тогда весь посёлок гулял. Роулинг всем первую бутылку давал бесплатно.
– Да, я помню, – засмеялась Шурочка. – Я заглянула, так мне бутылочку ликёра всучили.
– Ну, а ты?
– Купила галеты и мармелад. Нельзя же обижать такого торговца. Ну ладно, Ротбус – уже прошлое. А сейчас? Будешь брать Трейси?
– Не на чём, Шурочка, – вздохнул Новиков. – Ты же знаешь. Нет трупа, нет убийцы. Даже не пойманного.
– Но, – Шурочка стала собирать посуду, – но, может, всё-таки Малец жив.
– Будем надеяться, жалко парней. И Мальца, и Индейца.
– Да, но надо же что-то делать. Мы не можем просто так смотреть.
  
– Пока к Трейси не придерёшься. Но там Бешеный копает, и я так понял, что Спиноза тоже заинтересовался этой парой.
– Бредли и Трейси?