"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Одевайся!
– Живо!
Оплеухи и тычки сыпались со всех сторон. Он торопливо, непослушными руками натянул штаны, сгрёб остальное и побежал под ударами к выходу. И когда сильным ударом его скинули с крыльца в холодную грязь, он понял причину переполоха. По двору, взбрыкивая и не мыча, а как-то рявкая, носился бык. Все рабы сидели на крыше рабского барака, надзиратели, выпихнув его, захлопнули дверь, а Грегори сидел на воротах.
  
– Угрюмый! – заорал Грегори. – Или ты его уберёшь, или я тебя в Овраг уберу, понял?!
Бык, привлечённый голосом, понёсся к воротам. Он ещё барахтался в грязи и, когда бык бежал мимо, попытался ухватиться за хвост. Ухватиться удалось, и он повис живой гирей. Бык закрутился на месте, пытаясь дотянуться до него. После пузырчатки руки плохо держали, и он почти сразу отлетел в сторону, но удачно. Рядом с одеждой. Схватил куртку и, когда бык ринулся на него, набросил её тому на голову. Бык затоптался на месте, и он под курткой смог нашарить и взяться за кольцо. Уже держа кольцо, он по-прежнему под курткой почесал быку лоб. Видимо, знакомый запах успокоил быка, и когда он сбросил куртку на землю, тот уже стоял спокойно, обнюхивая его живот и грудь. Он потянул за кольцо, похлопывая быка по шее. Тот вздохнул и не спеша пошёл за ним. Он завёл быка в стойло, осмотрел и закрепил цепь.
– Ну что там? – голос Грегори хлестнул его от дверей.
– Винт выпал, сэр.
– Ищи и если не найдёшь… – Грегори закончил невероятным ругательством…
…Андрей хохотал до слёз, до икоты. Смеялся и Эркин.
– Ну вот, больше меня днём не дёргали. И в пузырчатку если и клали, то на ночь, до утренней уборки.
– Здорово они перетрухали! – отсмеялся Андрей. – А потом что?
– А ничего, – пожал плечами Эркин. – Подобрал одежду, получил вечером по уху, что всё грязное. И всё.
– Винт-то нашёл?
– А он на месте был. Я просто ничего другого придумать не мог.
– Та-ак? – Андрей оторопело захлопал ресницами. – Чего ж бык сорвался?
– А он и не срывался. Его выпустили.
– Кто?
– Не знаю, – Эркин даже развёл руками. – И тогда понять не мог, и сейчас не могу. Он же никого к себе не подпускал, только меня. Я в пузырчатке был. А это зашли, аккуратно так отвинтили, вывели… Не могу придумать, кто бы справился.
– А чего он носился тогда?
– А этой скотине много не надо. Пнули удачно, он и рванул.
– Прикрыли, значит, тебя, – задумчиво покачал головой Андрей. – Этот, ты говорил, Зибо, не мог?
– Нет. Он не входил к быку.
– Да, а что это такое – пузырчатка? Ты уже не в первый раз поминаешь.
– А, так в имении наказывали.
Эркин в нескольких фразах объяснил устройство пузырчатки.
– Ни хрена себе! – потрясённо выдохнул Андрей. – Это ж… это ж пытка получается.
Эркин пожал плечами.
– Хозяевам выгодно. На порку время не тратится. Они своим заняты, а рабу и так больно. Если не на шипах, то и следов на коже почти нет. Ну, суставы потом долго болят. И чем больше дёргаешься, тем тебе же хуже. Сам себя мучаешь. А после порки если да на шипах, то совсем тяжело. Голым мясом лежишь. Но это редко когда сходится так. А что? – Эркин осторожно после секундной заминки спросил. – Там… такого не было?
– Да нет, – Андрей пожал плечами. – Нас по-простому. Где палкой, где плёткой, где ещё чем. А такое… Придумали же гады.
Эркин усмехнулся.
– Для продажи берегли. Ну, такого, сильно битого раба никто ж не купит.
– Эт-то да, продавать нас не продавали. Но надо ж додуматься до такого! Вы хоть посчитались с ними?
– Не успели, – вздохнул Эркин. – Пока нам свободу объявляли, они как дали дёру… Надзирателя одного поймали. То, что от него осталось, в миску не сложишь. Стукачей размазали, цепняков. Спальников хозяйских замордовали… Ну и поломали, побили всё. Как везде, словом.
– Хозяев, жаль, упустили, – посочувствовал Андрей.
– Жаль, конечно. Да первый запал прошёл, сами сделанного испугались и рванули кто куда. Ты ж помнишь, сколько нас по дорогам шаталось.
– Помню, – кивнул Андрей.
Эркин зевнул, потянулся.
– Мы лопать-то будем сегодня? Или пусть до утра преет?
– Ты ж сам такой огонь сделал.
Андрей заглянул в котелок.
– Вроде, готово, прокипело.
– Давай.
Ели, прислушиваясь: не затревожатся ли внизу бычки.
Эркин ещё раз выскреб миску и облизал ложку.
– Возьми ещё, – поднял голову Андрей.
– Пускай на утро.
– И то. Ты кофе тогда прямо в кружках завари.
– Ладно.
Не спеша выпили по кружке с лепёшками.
– И чего беляки по кофе так обмирают? – пожал плечами Андрей. – По мне чай лучше.
– По мне тоже, – кивнул Эркин. – Только у них кофе другой. А это для рабов, «рабское».
– А ты то пробовал?
– Где? – засмеялся Эркин. – В Паласе его не подавали, а больше мне отхлебнуть негде было. В учебке когда варить и накрывать учили, пить всё равно не разрешали, надзиратели пробовали, ну и… Хотя нет, один раз налили.
– Ну и как?
– Шибко голодный был, не разобрал. Запах знаю.
– Запах! – фыркнул Андрей. – По запаху я много чего знаю.
Эркин допил свою кружку.
– Чай лучше, конечно, но я и к такому привык.
– Привычка – великое дело, – согласился Андрей. – Мне тоже вот… после баланды первое время всё странно было.
– Как сказал? Bal…
– Баланда. Вода с чем-нибудь.
– А, – кивнул Эркин. – Знаю. В распределителях такая.
– Не, там ещё ничего, густая.
Эркин засмеялся.
– Рабская болтовня! Где как кормят!
– Ага, – засмеялся Андрей. – Сколько пожрёшь, столько и проживёшь. Мне-то ещё ничего пришлось. И прикрывали, и подкармливали.
– Чего так?
– Жалели, наверное, – пожал плечами Андрей. – Ты не думай чего, подличать я не стал бы.
– Знаю, – кивнул Эркин. – Да на подлости и не выживешь. От хозяина перепадёт, так свои придушат.
– Точно, – Андрей улыбнулся каким-то воспоминаниям.
Стало уже совсем темно. Эркин встал, потянулся, натянул на босу ногу сапоги.
– Спущусь, обойду их.
– Если что, свисти.
– А то!
Когда, обойдя котловину, Эркин вернулся к костру, Андрей уже спал, завернувшись с головой в одеяло. Эркин расстелил с другой стороны костра своё, лёг и накинул на себя свободный край. Не так уж холодно, чтобы кутаться. «Же-ня! – беззвучно позвал он. – Плохо мне без тебя. Андрей – друг, всё понимает, с ним легко, но тебя нет, и худо мне. Я вернусь, Женя, не думай ничего, вернусь. Не повезут – пешком пойду. Не жить мне без тебя». Он вздохнул, уплывая в тёплый чуткий сон.
Джонатан приехал на рассвете. Они только встали. Эркин закончил стирку и обмывался у ручья, когда сверху засвистел увидевший всадника Андрей. Эркин выругался и стал одеваться. Натянув трусы и джинсы, он сгрёб мокрые рубашки и портянки, набрал воды в котелок и полез наверх.
Джонатан уже спешился и о чём-то разговаривал с Андреем. С Эркином он поздоровался кивком, не прерывая разговора. «Раз так, то и я так», – усмехнулся Эркин. С ответным кивком он поставил котелок на решётку и развесил выстиранное. Не спеша обулся и только тогда подошёл к беседующим.
Джонатан оглядел его смеющимися глазами и… поздоровался.
– С добрым утром.
– И вас с добрым утром, сэр, – ответил Эркин.
– Стадо я уже посмотрел. В целом, неплохо, – и удивленно вскинул брови, увидев мгновенно нахмурившиеся лица. – В чём дело, парни?
– Нет, ничего, сэр, – Эркин быстро опустил глаза.
Надо же, выдал себя. Искоса посмотрел на Андрея. И Андрей отвёл глаза, смотрит куда-то вбок.
– Ну, – в голосе Джонатана прорвалось раздражение. – Хотите, чтоб хвалили вас…
– Нет, сэр, – перебил его Андрей. – Не в этом дело. Это так, пустое. Ну… – он замялся, подыскивая слова.
  
Эркин поднял глаза и в упор посмотрел на Джонатана.
– Пустое, сэр.
– Ладно, – решил не настаивать Джонатан. – Вы здесь ещё сколько?
Андрей вытащил мерную дощечку, быстро провёл пальцем по зарубкам.