"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Ты, говорят, нанял двоих на рынке?
– Да, а что?
– В резервации не осталось индейцев?
– Я не хочу слушать их россказни о волках.
– Обошлось бы дешевле.
– Дороже, Бобби. Этим я положил хорошую плату и не собираюсь, как другие, экономить на продуктах, чтобы терять на их воровстве. Краснокожие меняли бычков на еду. И сами ели.
– Раньше ты об этом не думал.
– Раньше бычки были не мои, Бобби. Рабы воровали и всегда будут воровать.
  
– А от белых ты отказался.
– Они тоже воруют.
– Спорим, будут воровать и эти, – низенький румяный Питер добродушно улыбался. – Сколько ты им отвалил, Джонни?
– Пятьсот на двоих.
Бобби присвистнул, а Питер рассмеялся.
– Я думаю, неделю они будут пить без просыпу.
– Сейчас увидим, – Джонатан спокойно надел шляпу. – В пять они будут ждать меня у рабского торга.
– Десять к одному, что они не придут вообще, и пять к одному, что если придут, то будут пьяны в стельку, – быстро сказал Питер.
Джонатан встретился глазами с Фредди, и тот еле заметно кивнул.
– Идёт, Пит. Ставлю сотню. Десять и пять на твоих условиях. У тебя есть деньги, Пит?
– Главное, что они есть у тебя, Джонни, – улыбнулся Бобби. – Я не прощаюсь.
– Как всегда, Бобби.
Фредди молча повернулся и вышел. За ним Джонатан. Питер попрощался величественным жестом и поспешил следом.
Бобби бросил на стол колоду и откинулся на спинку кресла. Значит, Джонни всерьёз решил поиграть в лендлорда. Что ж, учитывая грядущее и предстоящее… Хозяин имения. Пусть играет. Счастливчик Джонни, Игрок, удачлив в любой игре. Питеру не стоило затевать такое пари. Ну, это проблема Питера, а не его. Он сам всегда был честен с Джонни, как и тот с ним.
Джонатан сам сел за руль грузовика, Питер устроился рядом. Хватило бы места и третьему, но Фредди уже перемахнул через борт и устраивался в кузове.
– Слушай, – Питер не мог долго молчать и молчать вообще. – Как ты ладишь с Фредди? Я, конечно, его уважаю, но… как собеседника его с успехом заменит любой столб.
– Он мало говорит и много делает, – улыбнулся Джонатан. – Меня это устраивает больше, чем наоборот.
Питер возмущённо заёрзал, но продолжить тему не рискнул. К тому же они уже въезжали на рынок.
– Вот и рабский торг, – спокойно сказал Джонатан.
– Смотри, так и не отстроили.
– А зачем? А! Вот и они. У тебя есть тысяча, Пит?
Двое парней, дремавших, сидя у стены, проснулись и встали. Джонатан вышел к ним, а Питер через лобовое стекло, вытянув шею, жадно следил за тем, как Джонатан разговаривает с белым и индейцем. Оба в рабских сапогах, с вещевыми мешками за спиной, к мешкам привязаны рабские куртки. Белый раб?! Такого не бывает, у угнанных куртки похожие, но синие, значит, потерял расу по приговору, а по возрасту… За что малолетке могли расу снять? Совсем интересно. И похоже… да, Джонатан выиграл. И к тому же дважды. Ну, надо же как везёт. За что ни возьмётся, во всём ему удача. Недаром – Счастливчик. И Питер сокрушённо вздохнул, готовясь расстаться с деньгами.
Разговор был коротким.
– Готовы?
– Да, сэр.
Джонатан скользнул взглядом по сапогам Эркина, по их мешкам.
– Вижу. Лезьте в кузов. К вечеру будем на месте.
– Да, сэр.
Прищурившись, Джонатан следил, как белый ловко перелез через борт и принял оба мешка, и невольно восхищённо присвистнул, когда индеец одним плавным движением взлетел вверх, казалось, даже не коснувшись борта, без усилий. Но и заметил, как вздулись и опали мышцы на плечах индейца, туго натянув на мгновение ткань рубашки.
Джонатан сел в кабину и, выруливая на улицу, улыбаясь, спросил:
– Так где мои деньги, Пит?
– Держи, – Питер вытащил пачку сотенных кредиток, отсчитал полтора десятка, свернул и засунул их в нагрудный карман куртки Джонатана. – Но я бы не доверял им, Джонни.
– А с чего ты решил, что я им доверяю, Пит? Я их нанял пасти бычков. И думаю, на этот раз мои потери будут невелики.
– Ты удачлив в игре, Джонни, но…
– Играть надо только наверняка, Пит. А проигрыш или выигрыш… это уже неважно. Главное, чтобы наверняка.
Присутствие в кузове белого в первый момент обескуражило их. К тому же белый сидел у кабины, и им пришлось устраиваться у заднего борта, на ветру. Но это и к лучшему: будет не так жарко. Белый молча наблюдал за ними, и они тоже молча уложили свои мешки, переглянулись, и Эркин лёг головой на мешок, благо груза мало, только несколько мешков у кабины, на них как раз сидит белый, и сразу заснул. Андрей остался сидеть, прислонившись к борту и глядя не на белого, а на дорогу. Иногда их глаза всё-таки встречались, но лицо белого оставалось неподвижным, и Андрей никаких попыток завязать разговор не предпринимал.
Фредди спокойно следил за ними. Рабские сапоги крепкие, не сношенные. У индейца целые, ни разу не чиненые джинсы, чистая свежевыстиранная рубашка. И лёг он аккуратно, посмотрел, куда ложится. У белого штаны, похоже, перекрашенные армейские. Умело сделано, кант аккуратно срезан, нужно приглядываться, чтобы заметить. Но для дезертира парень молод, такие сбегать не успевают, сразу на тот свет, а если повезёт, то в плен залетают. Рубашка тоже чистая, малоношеная. Следят за собой оба. И не слишком бедствуют. У белого тяжёлые костистые кисти рук расплющены работой, под рубашкой угадываются угловатые костлявые плечи. Светлые золотистые в утреннем свете волосы топорщатся ёжиком. Ну, в армии как в тюрьме стригут, это не примета. Светло-серые как лезвие ножа спокойные глаза в твёрдом прицельном прищуре век. Малолетка, похоже, но битый. Рубашка аккуратно застёгнута до горла, как под галстук, и так же застёгнуты манжеты. Будто парню не в грузовике трястись, а в офисе сидеть.
Андрей чувствовал этот неотрывный спокойно изучающий взгляд. Обижаться и качать права не стоит: у мужика кобура не бутафорская. Но нанимал не он, а тот, что в кабине. Этот, судя по рукам, тоже пашет. Но если их под его начало поставят, будет хреново. Они-то рассчитывали, что будут только вдвоём. Но… уже нанялись. Теперь как тот беляк в кабине решит. А этот вроде… нормальный. Волчара, похоже, но с таким если не нарываться, то поладить можно.
Долго молчать не в характере Пита, и разговор, как всегда, он начал первым.
– И всё-таки, почему ты их нанял, Джонни?
– Индеец хорошо держится в седле. И раньше был скотником.
– Ты его знаешь?
– Впервые увидел. Он сам сказал.
– И ты поверил краснорожему?!
– Он не соврал.
– А, ну да, – Пит явно кого-то передразнивал. – Индейцы врать не умеют. Допустим. Но я думаю, Джонни, у них есть что-то за спиной. Им надо было просто удрать из города.
– Это их проблема, Пит.
– А если они потащат на хвосте?..
– Кого? Комендатуру? Они нанялись, в плате я их не обижу. Комендатура встревать не будет.
– Кстати, ты не боишься, что русские поймают тебя с пушкой? И Фредди?
Джонатан усмехнулся.
– Там, где это может произойти, мы без оружия.
– Вы?!
– Ну, там мы не держим его на виду.
– Это больше на тебя похоже. А им? Ты им дашь оружие?
– Посмотрим. У обоих ножи. – Джонатан, посмеиваясь, гнал грузовик по шоссе.
– Они показались мне безоружными. Ты уверен? Видел?
– У таких обязательно есть оружие, Пит. Ты плохо разбираешься в людях, и это когда-нибудь тебя погубит.
– Когда-нибудь, Джонни. Но ты считаешь их людьми?
– Я всегда их считал людьми, Пит. И в заваруху они не заметили меня. Помнишь заваруху?
– Ещё бы, – Питер невольно поёжился. – Русские подложили нам хорошую мину. Объявили рабам свободу, а нам охраны не дали.
– Мину сделали мы сами. Русские только не помешали ей взорваться. Красиво было сделано, Пит.
  
– Как вспомню, как они… как мы прятались…
– Спрятался тот, кому они это позволили. И удрал только тот, кого они не догоняли.
– По-всякому, Джонни.
– Ты прав, бывало по-всякому.
– Интересно, скольких догнали эти двое?