"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

  
Татьяна Зубачева
 
Аналогичный мир
 
Том первый
 
На руинах Империи
   
Вступление
 
Любой мир велик и безграничен для живущих в нём, конечно же, людей, называющих свою планету Землёй, а светило – Солнцем и убеждённых в своей значимости и неповторимости. Но все миры схожи и история разных человечеств схожа, потому что закономерности развития планет и обществ при всём разнообразии форм схожи и аналогичны, иногда до мелочей.
  
Немного истории и географии этого мира. Совсем немного. И как сказал великий Андерсен: «Ну, начнем. Дойдя до конца нашей истории, мы будем знать больше, чем теперь».
Шёл сто двадцать первый год новейшей эры. Ничего такого особого сто двадцать лет назад не произошло. Просто люди устали от сосуществовавших различных летоисчислений и необходимости каждый раз пересчитывать где какой год от какого события. И решили начать с нуля, а эру назвать новейшей.
С того нулевого года прошло много лет и совершилось множество событий. Важных и даже важнейших для участников и малозначащих и даже ничтожных для свидетелей. Одним из таких событий была эта война.
Европу так часто сотрясали войны, что их давно перестали воспринимать, как что-то необычное и страшное. Тем более, что мировых, то есть охватывающих большинство стран материка, было мало и случались они редко, а локальные… на две, максимум три страны… так почти каждый год кто-то с кем-то воевал. Для участников – война, для остальных – пограничный конфликт, вооружённое противостояние, даже «недоразумение». А уж что там происходит на Восточном и Южном материках – это вообще мало кого в Европе волновало. За исключением опять же непосредственных участников. А в общем внутриевропейские границы давно утрясены, связи экономические, политические и культурные давно отлажены, и воевать вроде не из-за чего. Конечно, время от времени распадались старые империи и создавались новые, бунтовали провинции и анклавы, «наглые сепаратисты» или «благородные борцы за независимость» – это смотря с чьей стороны – пробовали на крепость государственные армии, побеждали или терпели поражение, но всё это опять же… если не за окном твоего дома, то не так уж и важно. А уж когда метрополии делили территории своих колоний на Южном материке, или две крупнейшие старые империи Восточного материка – Индия и Китай – опять выясняли кому же принадлежит вон та плодородная долина и серебряные рудники, и кому – магарадже или богдыхану – должны платить налоги горные племена, ну, так опять же никого в Европе особо не волновало. Колониальные войны – всегда чужие.
Но война России с Америкой, не так давно – по общеевропейским историческим меркам – провозгласившей себя Империей, вызвала определённый интерес. По многим причинам. Ну, во-первых, это продолжение давнего конфликта России с Англией. Когда-то именно Россия поддержала бунт колонистов на дальнем юго-востоке Европы и даже признала самопровозглашённую Республику – ну, не монархию же, отделяться, так отделяться, пусть будет как угодно, но, чтобы не так, как в метрополии – полноправным государством. Англия сделала свои выводы, и уже в её колонии на Южном материке ехали чиновники, военные, торговцы, но только колонизаторы и ни в коем случае не колонисты. Ошибаться может каждый, но повторяет свои ошибки только дурак. А во-вторых, конфликт оказался не столько территориальным, хотя спорная область с откровенным названием – Пограничье и со смешанным населением, разумеется, была и фигурировала в официальных документах, а политическим и даже идейным: Империя за рабство, а Россия – против. И если территориальные споры возможно закончить каким-то компромиссом, поделив предмет спора на взаимоприемлемых и взаимовыгодных условиях, то идейные, как и религиозные, ведутся до полной победы или взаимного уничтожения.
Новое государство жило, хотя многие весьма опытные политики годами, десятилетиями, а потом и веками предрекали ему неминуемые развал, гибель и крах, и, кстати, были правы, потому что ничего вечного не существует, только вот в сроках постоянно ошибались. Назвав себя Америкой – по несколько искажённому имени одного из древних мореплавателей, прошедшего вдоль всей Европы с юга – Республика была, в общем и целом, не хуже и не лучше многих других, жила и развивалась, постепенно расширяясь до естественных – географических и политических – рубежей, заняв в конце концов весь полуостров от морского побережья на юге с несколькими сохранившимися анклавами колонистов других стран до границы на севере с Россией, столь же неспешно двигавшейся во встречном направлении. И развивалась Республика в общем-то тоже, как все, в общем европейском направлении, правда, с определёнными нюансами и зигзагами. Вот, например, рабство. В западной Европе оно практически закончилось в классической древности конфедерации Эллады и Римской Империи. Отдельные элементы ещё промелькивали кое-где, но уже существенного значения не имели. Крепостное право, даже весьма схожее в некоторых странах некоторыми своими особенностями с рабством, всё-таки им не было, аналогия – не тождество! В будущую Республику чернокожих рабов с Южного материка успели завезти ещё английские администраторы и наместники новых территорий. После провозглашения независимости рабство осталось, хотя подвоз прекратился вследствие наложенного обиженной метрополией экономического эмбарго.
Да и в общем в Европе тогда начали усиленно распространяться идеи равенства и братства, крепостное право всюду стремительно отменялось, сопровождаясь… ну, теми явлениями и эксцессами, которыми всегда сопровождаются радикальные изменения экономических и социальных отношений. Ну, и рабство пришлось отменять, принимать новые законы, ну, всё как у всех. Потом опять потрясения, смена режима, и уже не Республика, а Империя. Но тоже как положено, с императором, армией, стремлением к расширению. И новым введением рабства. Уже на новом, более высоком технологическом уровне с использованием новейших научных разработок и завидной – в некоторых смыслах – упорядоченностью и систематичностью.
Когда Республика провозгласили себя Империей, очень немногие, но наиболее предусмотрительные обратили на это внимание. Потому что имя обязывает. Империя должна воевать и завоевывать. Или погибать. Новая Империя рьяно восстановила рабство в невиданных до этого формах. Но опять же всё это было далеко. Да, интересно, да, кое в чём даже перспективно, но это оставалось сугубо внутренними делами. И опять же, самые проницательные просчитав грядущие последствия, сделали выводы о закономерности будущего краха строящейся системы. Но раз соперник – любое государство всегда соперник для других, ибо земля и прочие ресурсы ограничены, и чтобы у тебя стало больше, надо, чтобы у кого-то стало этого меньше – сам готовит себе будущие неприятности, то зачем ему мешать?
В России гремели свои революции, клокотали и бурлили гражданские войны, а ранее дворцовые перевороты и бунты, и в общем было не до южного соседа. Пограничье заселялось стихийно с обеих сторон, и там даже одно время поговаривали о собственной независимости, но разговоры быстро затихли, резко прекращённые соответствующими службами и органами опять же с обеих сторон, граница раздела встала достаточно прочно и никем долгое время не оспаривалась. Пока опять же не появилась Империя.
Да, вначале и Империя усиленно занималась внутренними чистками и обустройством, породив среди прочих последствий волну эмиграции, чем-то схожую с той, которая когда-то сформировала саму тогда ещё Республику из европейцев, бежавших от религиозных, политических и национальных преследований. Был такой период массовой миграции, что позволило историкам потом называть эти десятилетия «Переселением народов».
  
За новоявленной Империей наблюдали с интересом и некоторой настороженностью. Уж слишком… гм, интересными оказывались некоторые внутренние преобразования. Но дипломатические связи не прерывают из-за таких пустяков, а торговые несколько видоизменились, но также не затронули сути уже сложившейся системы.