Укротитель ёкаев. Том 2 (СИ)

Следующим атаковал Мехито. Как и в случае с Гарсетом, клоун не управился с градом ускоренных атак и многие пропустил, но они снова не смогли нанести серьёзных ранений. Затем враг замахнулся для ответного удара, вынудив хищника отступить. Отскочив назад, тот вдруг растянулся на земле.
— Хоспадеее! — воскликнул шут, всплеснув руками. — Как же было предсказуемо, что после моего замаха ты отпрыгнешь влево, вправо или назад. Ровно три варианта! Всего-то нужно было построить три бордюрчика. А теперь...
Уже зная, что за этим последует, Нехаггер снова активировал электрическую руну. Но она не сработала, и выросший из-под земли каменный шип пронзил Мехито.
— Эй, старикашка, — повернулся к нему клоун. — При твоём-то сыплющемся песке ты ведь уже должен знать такие простые истины, что один трюк не срабатывает дважды. Делов-то: заранее проделать трещинку в камне под ногами, и всё, тю-тю твоя руна!
«Энсана, нужно больше мощности!» — послышался в гарнитуре голос Гистера, негромко обращавшегося к оружейному духу.
— Бирна, может, уже пальнёшь в него особым снарядом? — произнёс я. — Залатаем твою бесценную руку, хоть бы за мой счёт.
— Вот ведь привязались... — проворчала ганмастер, но наконец сдалась: — Ладно, хрен с вами.
И вскинула дигл. Вот не пойму, чего она при современной медицине так старательно избегает переломов от усиленных выстрелов. Неужто настолько боится боли?
— Тааак, у ваших ренжей на лбу написано, что они что-то задумали! — констатировал клоун. — Хотите пострелять из мощных пушек? Да на здоровье! Но тогда ведь и мне можно, правда?
Произнеся эти слова, он сотворил из кусков брусчатки две громадных пушки с широченными дулами. Я видел такие, изучая историю порохового оружия Обинарии. Насколько помню, они долго заряжаются, а значит, у нас есть вре... Нет, они же каменные! Их действие вообще не завязано на порохе!
БАБАХ!!!
Два каменных ядра выстрелили в ганмастера и единого с оружием, поразив их в торс. С громким «кха!» оба отлетели к зрительским рядам и врезались в щиты полицейских.
— А теперь моя очередь!
С этим выкриком на клоуна бросился наш артефактор.
— Харесет, подожди! — крикнул я, но тот лишь отмахнулся:
— Не затмевай мой звёздный час! Просто смотрите, как это делается!
— Да не в этом дело... — сокрушённо произнёс я, провожая его взглядом.
После заявления Гарсета о защитном покрове я сразу активировал режим сквозного зрения и подтвердил свои догадки: шут покрыл своё тело слоем каменной брони, скрыв это под объёмной шутовской одеждой. Следом за этим я переключился на поиск уязвимостей и принялся высматривать слабые места в его защите.
В отличие от рассекателя, чья непробиваемость объяснялась банальным превосходством в силе, этот парень всё-таки имел участки, попадание в которые должно было сильно его ранить, если не убить. Глаза, зазоры в броне. И ещё одна область, но в неё так просто не ударишь. Главная проблема заключалась в том, что, пока я его рассматривал, союзные милишники рвались в бой и один за другим выбывали из строя.
Но Харесет в знании слабых точек не нуждался. Даже без артефакторного зрения можно было догадаться, что этот светящийся полупрозрачный меч в его руке заточен под магические повреждения и вполне способен обойти физическую броню, прямо как призрачная стрела Фехтера.
— Воу-воу, а эта штука ведь опасная, да? — проговорил клоун, извиваясь и стараясь не попадать под атаки артефактора. — Вот только...
Вертикальный удар кулаком поверг Харесета на колени, а каменный меч пронзил ему грудь.
— Ты ж днище.
«Гилен, долго ещё будешь стоять и смотреть?» — раздался в голове осуждающий голос Басса.
«Ты прав, пора бы и нам вмешаться. Только вот не хотелось бы нападать на такого монстра в одиночку. Иммикер, общее зрение уже готово?»
«Агась».
Я осмотрелся, прикидывая, кто из оставшихся союзников послужит наибольшим подспорьем.
— Датт, ты ведь тоже устал стоять в стороне? — обратился я к видящему. — У меня есть план, как достать этого шута.
— И какой же? — отозвался тот.
 
— Я поделюсь с тобой своим зрением и дам увидеть его уязвимые места. Остаётся лишь ударить в них, а с твоей способностью видеть наперёд все его движения это не должно составить проблем.
— Окей, погнали.
Соображалка у Датта работала, и мне не пришлось объяснять столь очевидные вещи, что для режима общего зрения он должен довериться мне и позволить вторгнуться в уголок своего разума, отвечающий за визуальное восприятие мира.
— Вперёд!
И два новых действующих лица устремились к шуту, за весь бой не получившему ещё ни одного ранения. Я с одной стороны, Датт с другой. Клинки замелькали в воздухе, стремясь достать врага и отражая выпады каменного меча. Металл с глухим стуком сталкивался с камнем.
Круговое зрение: шевеление покрытия под ногами! Отскакиваю в сторону, и воздух пронзает выросший из-под земли каменный шип. Похоже, лучше не задерживаться подолгу на одном месте.
Под ногами Датта вырастает бордюр, но он ловко перескакивает через преграду и не теряет концентрации.
Больше никаких шуток. Клоуну приходится извиваться змеёй и атаковать нас полным арсеналом своих способностей: выращивать шипы, выбивать землю из-под ног, осыпать градом каменных снарядов. Несмотря на эксцентричный образ, этот парень совсем не дурак. Он не преисполнен веры в непробиваемость своей брони, как один герой в коричневом, и не принимает атаки в лоб без крайней необходимости.
Солидный кусок брусчатки уходит из-под ног видящего, но видящий уже в воздухе. А клоун как раз повёрнут ко мне лицом. Сейчас, Датт!
Смертоносный выпад — и клинок вонзается в зазор брони.
— Аргх!
Тут же фонтан каменных обломков заставляет меня отскочить назад. Вот ведь, не растерялся, гад. А я уж понадеялся, что добавлю удар и от себя — вон в ту щелку.
Отогнав и второго врага, клоун сменил позицию, чтобы мы оба оказались перед глазами.
— Вот блин, не получилось глубоко вогнать, — посетовал видящий.
— А вы двое, я погляжу, не так просты, — процедил шут, не скрывая боли.
— Продолжаем, — сказал я и, не дожидаясь ответа, пошёл в атаку. Рядом застучали шаги Датта.
— Ой-ой, плохо дело, — произнёс клоун, глядя на двух надвигавшихся врагов.
Твоя правда, плохо. Мне хорошо известно, как раны и боль стесняют движения. Теперь уже не поизвиваешься, как раньше. Я занёс меч для выпада.
И отбил удар справа. Отскочил в сторону, ошарашенно уставился на союзника.
— Вот блин, никогда не теряешь бдительности, — сказал Датт с усмешкой.
— Это как понимать? — требовательно произнёс я.
Но видящий резко потерял ко мне интерес и обратился к третьему участнику схватки:
— Эй, клоун, как там тебя. Как тебе идея объединить усилия?
— Хааа? Объединить? — Кажется, шут удивился не меньше моего, на время позабыв даже о ране.
— Мне до этих добрячков дела нет, нам вообще с самого начала было не по пути. Я по глупости примкнул к ним, рассчитывая на вольготную жизнь, но теперь вижу, что спокойным денькам приходит конец. Все уже поняли, что вы с рассекателем — крутые ребята, совсем на другом уровне, нежели мы. И я совсем не прочь стать таким же. Поделишься со мной секретами силы, а? А я взамен помогу вам расправиться с местными геройчиками и захватить власть над всем миром, или что вы там задумали.
— Во даёт... — подивился клоун. — А я-то голову ломал, чего ты в тот раз не ткнул меня в полную силу? Ладно, для начала подсоби мне с этим глазастым, а там посмотрим.
— Да не вопрос! Этот говнюк — номер один в списке будущих покойников!
После этих слов Датт атаковал меня. Иммикер сам отозвал общее зрение, не дожидаясь команды. Стальные клинки несколько раз столкнулись друг с другом, высекая искры. Который это уже раз? Третий? Теперь мне известна слабость видящего. Но и ему известно, что мне известно — классическая патовая ситуация. А ещё на его стороне чёртов клоун, и это куда критичнее!