Это были мы (СИ)

Какого черта…
Фенрис хотел сопротивляться, но мышцы размякли, а веки стали тяжелыми. Он снова погружался в зыбкий сон.
Он проснулся, когда стемнело. На капельнице висела бирка со знакомым названием сильного обезболивающего препарата. Кажется, вместе с ней был подключен физраствор.
Сколько он здесь провалялся? Откуда его привезли? Кто он?
Он жив, это точно. И едва не умер по какой-то причине.
Фенрис ждал, пока придет медсестра. На этот раз девушка его не испугалась: тепло улыбнувшись, она проверила оборудование и поправила ему подушки.
― Вы чудом выжили, мистер. Я молилась за вас.
Он не мог ответить, но уловил в её голосе нотки тревоги. С ним случилось что-то ужасное? Катастрофа? Авария?
― Скоро с вас снимут этот агрегат, и вы сможете дышать самостоятельно. А пока, отдыхайте и ни о чем не думайте! ― она собралась было уйти, а затем вдруг остановилась и обернулась в дверях. ― Вы молодец.
С этими словами она тихонько прикрыла за собой дверь.
Фенрис снова был один.
Странное дело, он не помнил, как сюда попал, но знал, что ненавидел одиночество. Кого-то важного не было рядом… вот только кого?
Сколько вопросов останется в неизвестности?
Фенрис провел ночь без сна и задремал лишь под утро. Как и обещала медсестра к нему пришли. Врачи снова долго спорили: половина из них утверждала, что он еще слишком слаб, другая половина восхищалась стойкостью организма к какому-то налкону.
Говорили о Данариусе, и Фенрис вдруг понял, что ненавидит этого человека.
Он не помнил, кто это, но ненавидел каждой клеточкой своего тела.
― Может, мы спросим у него? ― вдруг предложил один из врачей. Самый молодой на вид. Остальные неодобрительно на него покосились.
― Он может ответить! ― робко продолжил парень.
«Спросите меня, черт возьми!» ― согласился Фенрис.
― Ну хорошо, Джейсон. Как ты собираешься это осуществить? ― один из докторов упер руки в бока.
― Я попробую, с вашего позволения, ― парень встал рядом с койкой Фенриса и обратился к нему. ― Ты можешь моргнуть, если слышишь и понимаешь нас. Один раз – да, два раза – нет. Начнем. Ты слышишь нас?
Фенрис моргнул.
Врачи враз зашептались между собой, но парень не обратил на них никакого внимания.
― Ты понимаешь, о чем мы говорим?
Фенрис дал понять, что понимает.
― Если мы отключим аппарат, он может задохнуться. Налкон не выводится из крови, мы понятия не имеем, в каком симбиозе с ядом находятся кровяные тельца.
― Но его ткани в буквальном смысле регенерировали! ― парень не унимался. ― Если он смотрит на нас и понимает каждое слово, что я говорю, почему мы должны заставлять его быть растением?
― Прекратите подачу кислорода! ― велел кто-то.
Медсестра засуетилась, избавляя лицо от мешающей маски. Фенрис шумно втянул воздух в легкие.
― Дышит! ― радостно завопил молодой врач. ― Добро пожаловать в мир живых, чувак!
― Джейсон! Придерживайтесь субординации в общении с пациентом! ― один из старших по возрасту врачей сделал замечание.
― Мистер Пиклз, обратите внимание, что именно Джейсон настаивал на данном наборе лекарств. Его нужно благодарить за смелость и находчивость в отношении пациента.
― С-спасибо, ― вдруг прошептал Фенрис.
В кабинете повисла гробовая тишина.
 
Все остальные события сбились в кучу. Его возили на обследования, ставили уколы, проводили какие-то тесты. Фенрис был рад, что молодой врач повсюду сопровождал. Даже проникся к нему симпатией.
К обеду назначили отдых, он повез его обратно в палату.
― Джейсон…
― Старайтесь не говорить слишком много, ― парень остановился возле кабинета, медсестра открыла двери.
― Сколько я здесь? ― когда его вкатили внутрь, Фенрис наконец-то смог оглядеть нехитрую обстановку палаты.
― Три месяца, сэр.
― Как много… А казалось всего день, ― он видел тумбочку с тремя ящиками, этажерку с приборами, многочисленные кронштейны, капельницы. Никаких личных вещей.
― Вы не приходили в себя, и первые два дня мы никак не могли избавить вас от интоксикации. Врачи поверили в чудо, благодаря вашему случаю. ― Джейсон подкатил к кровати стул и уселся сверху.
― Что произошло? ― поинтересовался Фенрис.
― Три дня в коме, переливание крови. Из-за большой кровопотери и активного разрушения кровяных клеток вам пришлось перелить очень много крови. Но сейчас кризис миновал. Я нашел лекарство… ― он слегка смутился. ― Да что вам до этих врачебных терминов! Радуйтесь, что вы можете смотреть на мир! Некоторым, вот, не повезло…
― Джейсон… ― спросил Фенрис, после некоторой паузы.
― Да?
― Я ничего не помню…
Парень крутанулся на стуле и крепко задумался.
― Это странно… Мне кажется, я очень боялся забыть что-то важное. ― Фенрис посмотрел в окно. ― А выходит… забыл.
― Клетки могут восстановиться, ― робко заметил парень.
― Если поймут, что я забыл нечто важное?
― Если вы будете знать, что в вас верят. Если вы сами будете верить, ― тут же ответил Джейсон. ― Кстати! ― его лицо просияло. ― Ваши друзья приходили!
― Друзья? ― Фенрис удивленно вскинул брови. ― У меня есть друзья?
― Конечно! Смешной парень невысокого роста, он все пытался добиться визита в обход врачей, красивая смуглая девушка и какой-то священник…
― А еще… ― Фенрис задумался. ― Должен быть кто-то еще!
― Вот видите! Вы чувствуете, значит, можете вспомнить! Не раскисайте! Если все пойдет хорошо, к вам назначат визиты. Правда, поначалу это будет только полиция… А они те еще зануды, ― Джейсон хихикнул. ― Но я постараюсь, чтобы ваши друзья оказались здесь как можно скорее! ― парень подскочил со стула. ― Отдыхайте! Я скоро вернусь!
Фенрис отвернулся и уставился на окно.
Из-за туч пробивались лучи солнца, обещая хороший день, мимо с криком пролетела стая птиц, послышались голоса людей.
За окном была жизнь.
И у него теперь тоже была жизнь.
Но разве он хотел её?
Чтобы двигаться дальше, ему нужно вспомнить кого-то важного. Он хотел вспомнить и сказать ему что-то.
Фенрис решил, что будет жить ради этого.
Как говорил этот молодой парень? Ему нужно верить. Ради того, чтобы вспомнить, нужно верить.
Я обязательно вспомню…
========== Эпилог ==========
― Эй, Хоук! Сыграем в бейсбол?!
― Иди к черту, Варрик.
Мариан фыркнула, и друг радостно рассмеялся. Она была рада, наконец, оказаться дома. Изабелла убрала комнату в её отсутствие, даже постирала шторы, и они теперь пахли лавандой. Рабочий стол сверкал чистотой, Хоук было странно видеть его таким. Словно комнату только что купили, целиком, вместе с мебелью.
 
Кажется, подруга немного перестаралась.