Судьба

Он сказал так, на всякий случай. Марк редко шутил на эту тему.
– Что собираешься делать дальше? В каком отеле вы остановились?
– Мы приехали сюда сразу из космопорта. И уже назначили встречу с Фувой.
– Разве они здесь работают в такой час?
Марк пожал плечами:
– У меня свой график.
– Можно поприсутствовать?
– Поприсутствовать – да, повстревать – нет.
– Гм… – начал было Майлз. Тут вернулись Джин, Роик и Карин, и ему не удалось выпросить для себя исключительных условий. Джин бежал вприпрыжку от радости, однако приостановился и привычно-изумленно уставился на стоящих нос к носу Майлза и его брата-клона. Майлз в очередной раз погоревал о том, что Марк додумался стать не похожим на брата именно таким способом – набрав вес. Однако недовольство брата-прародителя оказалось лишь к вящей радости Марка. Непростой он человек, Марк…
  
– Хочу показать моего сфинкса маме и Мине! – радовался Джин.
– Смотри, не вздумай втащить это существо в ее палату! – встревожился Ворон.
– Да знаю я! – ответил Джин. – Я ведь могу показать ее через стекло. А можно Роик-сан принесет мои вещи?
Роик заглянул в пустую каморку, едва уловимо и выразительно покачал головой – все-таки телохранитель на службе! Форлинкин уловил этот взгляд и добродушно предложил:
– Я помогу тебе, Джин.
Ворон счел благоразумным пока исчезнуть с глаз Майлза.
– Я тогда тоже пойду.
– Вообще-то, я тоже с вами. Надо поговорить с Либером.
Тут вернулся Тенбери, чтобы продолжить прерванный осмотр. Марк едва заметно шевельнул бровью, Карин улыбнулась на прощание, и все трое отправились к выходу. Майлз шел за Форлинкином, тот – следом за Джином нес клетку сфинкса. Затхлые тени подземной парковки оглашались воплями: «Во-о-он! До-о-ом!»
Правильно. Вон отсюда. Домой. Ты да я, сфинкс, мы оба.
* * *
Мама отреагировала на сфинкса к Джиновой досаде, но не к удивлению. Отношение было знакомым, а потому успокаивало.
– Джин, только не это! – Она прикрыла рот ладонью. – Где ты будешь его держать?
Нефертити принялась сердито вертеться, зажатая под локтем Джина, когда он попытался взгромоздить ее себе на бедро, чтобы мама могла разглядеть. Бедняга даже крыльями захлопала, однако Джина, тренированного общением с куда более резвым Вихрем, это ничуть не смутило.
– Я с ней прекрасно справлюсь! Разве с остальными я не справляюсь? А с ней – целая книжка с инструкцией, так что ничего такого и случиться не может.
Мама, сидя на койке за стеклом, потерла лоб ладонью.
– Сейчас дело совсем не в этом, милый мой Джин.
Мина, которая провела весь день, зарывшись в изножье кровати, привстала, с интересом разглядывая сфинкса.
– Какая же она огромадная! Больше, чем Лаки и Вихрь вместе. И даже вроде выглядит, как Лаки и Вихрь вместе. Мамочка, мамочка, ну пусть она будет наша!
Девочка змейкой скользнула с кровати и вылетела из палаты, подгоняемая дуновением давления из входного клапана.
– Это Тенбери настроил интерком? – Джин только теперь понял, что в комнате что-то изменилось. – Когда он заходил?
– Нет, это консул Форлинкин, – ответила Мина, наклоняясь к самому лицу сфинкса и заглядывая в немигающие глаза. – Забавная мордочка…
– Да? А как?
– Нашел выключатель, – ответил Форлинкин, прислонившись плечом к стеклянной стене и зачарованно наблюдая за всем происходящим.
Ворон-сенсей наклонился, стянул с Мины маску и сунул ее в стерилизатор – чтобы можно было использовать опять.
Нефертити растопырила лапы и заурчала. Джин поставил ее на пол, и сфинкс захлопал крыльями, словно какой-нибудь цыпленок.
– А она летает? – спросила Мина, протягивая руку, чтоб сфинкс ее обнюхал.
– Вряд ли, – ответил Джин, – крылья у нее как у Вихря, но она гораздо тяжелее.
– Как правило, заказные генетические конструкты – это нефункциональные украшения, – пояснил Ворон-сенсей, – хотя все, конечно же, зависит от заказчика.
Мина нахмурилась:
– По-моему, это гадко – дать ей крылья, на которых она не сможет летать.
Джин сел на корточки и почесал животное за лопатками, между крыльев. Те послушно сложились, открывая спину для ласки. Ни вылизывать себя, как кошка, ни чистить клювом перья она, конечно, не могла. Поэтому у Джина появилась масса интересных занятий – судя по книжке с инструкциями.
– Интересно, у них детки рождаются живьем или вылупляются из яиц? По одному или целым выводком? Интересно, не осталось ли у них там еще и самца? Эх, вот бы найти ей мальчика!..
– Скорее всего, самцов не сделали, – Ворон-сенсей размышлял вслух. – Полагаю, все сфинксы традиционно – самки. К тому же в патентованные конструкты, как правило, не закладывают способность к размножению. Скорее придется ее клонировать и выращивать деток вручную.
У Джина тут же разыгралось воображение. Домашнее клонирование небольших животных – не такое уж и сложное занятие. Нужно только соответствующее оборудование, из зоомагазина или подержанное, от любителя, который купил новое или завязал с таким увлечением. В уличном рейде на помойке такое вряд ли найдешь, но должно же где-то быть подержанное и недорого.
– До-о-ом! – жалобно сообщил сфинкс.
– Она разговаривает, – взвизгнула Мина, и ее личико засияло в восхищенной улыбке.
– Если верить инструкции, в них закладывают около двух десятков слов, – сказал Джин. – Не знаю, можно ли обучить ее другим словам, как попугая.
– Можно попробовать…
Мама что-то говорила из-за стеклянной перегородки, наверное, как и положено маме, была против животного. Но Джин вовсе не отчаялся – не впервой, он через это уже проходил! Правда, на этот раз мама сказала:
– Джин, нам ведь и взять ее сейчас некуда, у нас и дома нет. О боже! До меня только что дошло! Что случилось с нашей квартирой, с моими вещами? Ведь там полтора года никто не жил, а значит, и за квартиру не платил. А мой банковский счет? Куда делись деньги, когда меня заморозили? Теперь у меня ни работы, ни денег, ни жилья…
– Кое-какие твои вещи тетушка Лорна хранит в коробках на чердаке, я сама видела, – встряла Мина. – И мои с Джином вещи она туда положила. А вот большую кровать она продала, и кухонный стол тоже, и еще кое-что, в основном большое. Она сказала, нам все это ставить некуда.
Когда консул Форлинкин заговорил, обращаясь к ней через стеклянную перегородку палаты, все поняли, что он серьезен:
– Все это – трудности, которые мы решим, госпожа Сато. Ни одна из них не требует немедленного внимания, все вполне можно преодолевать постепенно. Вы – свидетель по делу, которое расследует Лорд-Аудитор, свидетель под защитой, – более или менее под защитой, – поэтому консульство оплатит все ваши непосредственные расходы.
– А наш комитет? Мои друзья? Что случилось со всеми? Ну, кроме тех, кого уничтожил или заточил «Новый Египет»? А вдруг они…
Она осеклась.
– Для вас главная задача сейчас – собственное здоровье. – Ворон-сенсей прервал их разговор, обеспокоившись тем, что пациент так разнервничался. – Через две-четыре недели восстановится психическая сопротивляемость. Только недели, а не два-четыре дня! Для этого нужно время.
– Времени мне всегда не хватало, – она прижала ладони к вискам, – а тут еще это жуткое создание!..
Форлинкин откашлялся:
– Боюсь, Лорд-Аудитор не отдавал себе отчета в том, что делает, когда принял такой подарок. Тем не менее пока ее вполне можно держать на заднем дворике консульства, вместе с другим зверьем Джина. Вреда от них никакого. Да и пейзаж оживляют. Места у нас много, а никак не используется.
Она вздохнула, сложила руки на груди и усмехнулась, успокоив заволновавшегося было Джина:
  
– Наверное, она просто кажется такой громадной, потому что так близко…
Однако мать искала глазами глаза детей, а не сфинкса.
Поскольку возвращаться сегодня в консульство никто не собирался, Форлинкин дал Джину поговорить по наручному комму с Йоханнесом. Мальчик объяснил лейтенанту в деталях, что делать со зверинцем до завтрашнего возвращения Джина. Йоханнес не рискнул отнестись несерьезно к внезапно навалившимся на него дополнительным обязанностям. Так что пока все шло хорошо.