Странница (СИ)

По комнате я летала с ураганной скоростью, благо, вещи практически не разбирала, ожидая, что побег — вполне вероятное развитие событий. Поэтому собралась я за несколько минут. За это время успела мелькнуть мысль, а не те ли это волиты, которых я слышала на постоялом дворе «Медвежье ухо»? Если так, то эти ребята окажутся очень целеустремлёнными. На мой вкус, даже излишне.
Внизу у лестницы меня встретила Мариша с завязанным кульком. Поскольку он согревал мои ладони мягким теплом, я предположила, что там была еда. Но Мариша, и слова не сказав, ушла. Я не стала ничего говорить вслед. Ей больше радости принесёт мой отъезд, чем благодарность за предоставленный кров.
Колон провёл меня к сараю и помог запрячь верного скакуна. Конь радостно тыкался носом.
— Подожди, хороший, сейчас нет времени на нежности, нам снова надо бежать, — промурлыкала я.
Пока застёгивала ремни с левого бока, прикидывала, куда ехать дальше.
— Колон, а где находятся другие деревни, в которых есть такие поражённые участки?
Он внимательно посмотрел на меня поверх седла. Раздумывал Колон не долго и в итоге рассказал, как до них добраться.
Лишь только последний ремень был застёгнут, а сумки прилажены, я вывела коня из сарая. Забравшись в седло, я посмотрела на Колона.
— Спасибо вам за всё и надеюсь, беда обойдёт вас стороной, — искренне сказала я и надавила на бока коня.
— Тебе тоже, — донеслось вслед.
Вроде меня их отношение не должно было трогать, но на душе от его слов стало намного теплее, и лёгкая улыбка на секунду скользнула по губам. Но затем я вспомнила, что вскоре сюда явятся церковники и ускорила коня до галопа.
Выехав на основную дорогу, я оглянулась в сторону, где дальше на севере находился Кефл. Внутри что-то начало щемить. Я снова отдалялась от него, значит, ещё дальше уезжала от возможности вернуться домой. Волиты ведь ехали как раз оттуда, а рисковать встретиться с ними я вовсе не хотела.
Но и путешествовать по дороге я снова не собиралась. Лара оказалась права. В Карсе куда безопаснее передвигаться по лесу. К тому же я всё ещё нуждалась в отдыхе. Кроны деревьев могли дать лучшее пристанище, чем обочина дороги.
По лесу я снова продвигалась медленно, зато появилось время обдумать дальнейшие действия. Раз уж обстоятельства толкали меня прочь от Кефла и дома, то почему бы не наведаться в другие места, где были разрывы? Мне очень хотелось разобраться в причинах, из-за которых подобное явление возникло. А без изучения других мест этого не получится сделать. Кроме того во мне появилось странное чувство, похожее на ненавязчивый зуд в ладонях. Я очень сильно желала залатать разрывы, заполнить черноту хотя бы небольшим количеством энергии. Полностью убрать разрыв не в моих силах. Их просто не хватало для такой серьёзной и масштабной работы, да и во времени я всегда была ограничена. Разочарованный вздох получился сильный, даже конь повёл ушами.
Воспоминания напомнили об ощущениях, которые я испытывала во время работы на поле. Чувство, что в процессе преобразования чего-то не хватало. Оно было явным, но чего именно не доставало, я так и не смогла понять. Перед мысленным взором промелькнула картина того, каким я оставила разрыв. Его соединяли энергетические нити, но они находились на большом расстоянии друг от друга, и их было слишком мало, чтобы «излечить» это место полностью. Я надеялась лишь на то, что на какое-то время проделанной мной работы хватит, но не была уверена, что это окончательное решение проблемы.
С подобными мыслями, крутящимися в голове, я проехала полдня, останавливаясь только на короткие привалы. Не хотелось близко от церковников рисковать, поэтому я старалась увеличить расстояние между нами, пока были силы.
Во второй половине дня, когда небо ещё освещало только-только начавшее клониться к горизонту солнце, я в один миг оказалась в другом лесу. Вот я еду при свете дня, а в следующий момент очутилась в непроглядной тёмной чаще. Лишь изредка попадались просочившиеся между плотными елями лужицы света. Здесь двигаться пришлось ещё медленнее. Вскоре я измаялась и устроилась на небольшой прогалине на ночлег.
 
Проснувшись до обеда, я перекусила кусочком хлеба и сыра, попила из фляги и отправилась дальше. Мрачный лес не позволял расслабиться. В нём было жутко. Темнота не давала хорошо разглядеть окружение дальше нескольких метров. Солнце, которое точно встало, как будто светило где-то в другом месте. Изредка пели птицы, да трещали ветки. От чьих лап или ног я даже знать не хотела. Никогда не встречала подобных мест.
Чтобы окончательно не сойти с ума, я подумала о другом. А если бы у меня была возможность вернуться домой? Что бы я выбрала? Само возникновение вопроса говорило, что ответ не столь однозначен. Меня влекло вперёд, туда, где находились другие разрывы. Я не могла отказаться от работы с энергией, которая хоть и продолжала сопротивляться, но приносила ощущение удовлетворения, наполненности и обновлённости. Не зря же элланам необходимо всегда контактировать с энергией, преобразовывать её. Обмен важен для нас точно также, как полив для цветов. А я словно всё время была чахлым цветочком, который наконец немного стали поливать. Какое растение добровольно откажется от глотка живительной влаги? Всё вышеперечисленное явно превышало страх остаться в Карсе и желание оказаться в безопасной Лонии. Правда, я поймала себя на том, что хотела поделиться открытиями и успехами с Ленаром. Мысль о нём принесла уже привычную грусть. Но пока встречи с ним не суждено было случиться.
Я снова быстро вымоталась и вскоре решила сделать привал у найденного ручейка. Журчание воды хоть отчасти разгоняло стоявшую вокруг тишину, и это немного успокоило.
Об опасности меня предупредил конь, мирно щипавший траву, а в следующий момент резко вскинувший голову. Он смотрел мне за спину. Я тут же обернулась, вскочив с бревна, на котором сидела.
— Ну что ты, голубушка, так пугаешься, — ехидно улыбаясь, сказал подкравшийся ко мне мужик.
То ли я настолько устала, то ли ручей заглушил его шаги, но я ни звука не слышала, а он уже находился в паре метров от меня!
Мужик нервно потрепал грязную рубаху, наполовину выпущенную из запятнанных штанов. Его лицо заросло неровной щетиной, волосы тоже висели сальными прядями. Он явно давно не был среди людей. Больше всего к нему подходило слово «одичавший».
Вот тебе и безопасный лесок, Дани!
Он сделал шаг, и я тут же отступила назад. Его глаза блестели каким-то лихорадочным блеском. Ситуация получилась паршивая. Но я решила раньше времени не падать духом, а себе на пользу использовать то, чего здесь боялись больше всего.
— Что тебе надо, мужик? — дерзко спросила я, подбоченившись одной рукой и изменив взгляд с испуганного на снисходительный.
По крайней мере, я надеялась, что со стороны это было именно так.
В глазах незнакомца появилась растерянность. Он явно ожидал другой реакции. Ну да, ну да. Готовился к пуганой девице, а получил...
— Да вот, проходил мимо, гляжу, одинокая девушка сидит, — не оставлял он попыток запугать меня.
— И тебя это не насторожило? — ухмыляясь, спросила я.
Моё поведение выбивало его из колеи всё больше. Улыбка у «случайного прохожего» померкла.
— Да я как-то не успел подумать, — стушевался он, облизнув губы.
— А стоило. Какая нормальная женщина будет ходить в одиночку по лесу?
Мужик нахмурился, туго соображая. Я закатила глаза.
— Благочестивым дамам незачем прятаться в лесу. А я не из таких, — к концу я решила добавить нотку угрозы.
Затем вскинула голову, подняла руки, растопырив пальцы, и начала нести нараспев какую-то белиберду. И это подействовало. Краем глаза я следила за тем, как мужик сделал шаг назад.
— Ты из этих, — выдохнул он, побелев лицом.
Ждать завершения моего представления он не стал. Развернулся и начал продираться через кусты. До меня долетело:
— Чёртова ведьма.
Я с откровенной улыбкой от абсурдности ситуации и облегчения смотрела туда, где недавно стоял мужик, который явно не желал мне ничего хорошего. Надо же как предрассудки жителей Карсы могли пригодиться. А я-то думала, от них одни беды будут.