Чужой сын

— Просто дети, Кэрри. Люди. Такие же, как ты и я, просто им меньше повезло в жизни. Это не их вина.
Слова Лиа задели Кэрри за живое. Впервые после смерти Макса она почувствовала что-то, кроме горя.
— При чем тут везение, Лиа?
Она много раз произносила эти самые слова на шоу. В последний раз они были обращены к несчастной женщине, которая жаловалась на то, как тяжело быть матерью пяти детей от пяти разных мужчин. Первого ребенка она родила в пятнадцать.
— При чем тут везение, когда речь идет просто о том, чтобы не спать с кем попало? — отрезала Кэрри, когда женщина принялась сетовать, что ей не везет в жизни. — При чем тут везение, если вы прогуливали школу, вместо того чтобы получать образование? При чем тут везение, если вы просто пренебрегаете собственными Детьми и даже не даете себе труда выйти из дому, чтобы поискать работу, любую работу? Но в чем мне действительно повезло, — Кэрри почти жалела, что произносит эти слова, — так это в том, что, выйдя из студии, я смогу забыть и о вас, и об этом наркодилере, с которым вы живете. А вы, дорогая моя, не сможете. До конца ваших дней.
Зрители в студии аплодировали и свистели, и, как это часто бывало, Кэрри не знала, кого они освистывают — ее за безжалостность или гостей. Но ее это не трогало. Реакция зрителей в студии означала, что шоу получит хорошие рейтинги, а только это и требовалось.
— Это где-то здесь. Видишь вон то дерево?
Лиа притормозила, но на улице никого не было, лишь какие-то ребятишки палками гоняли по земле шуршащий пакет.
— Спросим у детворы? — предложила Лиа. — Странно, что они гуляют одни. Совсем ведь мелюзга. Она опустила стекло. — Эй! Привет! Знаете, где живет девочка по имени Дэйна?
Четыре пары глаз уставились на нее. Три мальчика и девочка, все не старше шести лет. Девочка выставила палку. Лиа показалось, что она собирается атаковать «мерседес».
Кэрри перегнулась через Лиа:
— Слушайте, я дам вам пятьдесят фунтов, если вы покажете мне дом Дэйны.
Девочка выступила вперед.
— Я покажу.
— Забирайся в машину, — Кэрри открыла заднюю дверцу.
— Кэрри, так нельзя! — Лиа в ужасе наблюдала, как девочка проворно залезает в машину. Палку она взяла с собой.
— Куда? — спросила Кэрри, обернувшись.
Девочка ткнула пальцем и пискнула от восторга, увидев, что ее приятели гонятся за машиной на велосипедах.
— Это далеко? Ты знаешь номер дома?
— Здесь, — вдруг сказала девочка и, наклонившись вперед, просунула голову между передними сиденьями. От нее пахло чем-то до отвращения сладким.
Лиа припарковалась.
— Неужели ты туда зайдешь?
— Конечно.
Кэрри собралась поблагодарить девочку и дать ей деньги, но та уже вылезала из машины. Они проехали всего метров сто.
— Мне придется идти одной?
Лиа вздохнула:
— Нет, конечно, хотя я не понимаю, чего ты хочешь добиться.
Кэрри вылезла из машины. Девочка уже исчезла.
У стены дома лежало несколько букетов в оберточной бумаге. Кэрри с удивлением тронула один и вскрикнула.
— О боже… О боже, ты только посмотри.
Лиа заперла машину и подошла к Кэрри:
— В чем дело?
Все головки у цветов были срезаны. Букет был просто пучком стеблей. Лиа обняла Кэрри за талию.
— Макс тут ни при чем. Ты просто сейчас все воспринимаешь слишком близко к сердцу.
—  Ты следующая, — прочитала Кэрри записку, прикрепленную к бумаге. — Лиа, что это значит?
Лиа развернула второй букет. На землю посыпались листья крапивы, сорняки и еще какая-то дрянь. Все это было обернуто мокрой туалетной бумагой и воняло.
— Мило, — сказала Лиа, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно. — Чего только люди не бросают на улице. Вот идиоты. Должно быть, детки резвятся.
Кэрри закрыла глаза. Она уже собиралась порвать записку, но вдруг подумала, что нужно бы отдать ее Дэннису, и аккуратно положила в сумку.
— Кэрри, думаю, нам не стоит… — начала Лиа.
Но Кэрри уже стояла на крыльце.
— Да? — Дверь открыла женщина в джинсах и футболке. Лицо раздраженное. За ее ногами пряталась девочка. Та самая, что показала дорогу.
 
— Ой, это ты, — удивилась Лиа.
— Она опять напакостила? — Женщина положила руку девочке на голову и развернула ее в сторону от двери. — Что вы хотите?
— Там у стены лежит…
— Что там еще лежит? — Женщина выставила голову на улицу, стараясь разглядеть, о чем речь.
— Вы знаете, кто это оставил? — спросила Кэрри.
— Ясное дело, нет. Здесь всякое дерьмо бросают. — Она собиралась уже закрыть дверь.
— Подождите. Дэйна дома?
Женщина скривилась.
— Я так и поняла, что вы из полиции. Опять пришли про убийство спрашивать? Опоздали. Ее уже увезли. Давно уже. Этот, как его, Мастерс. Да пусть хоть насовсем ее оставит, мне-то что. Она все равно валяется целыми днями у себя в комнате, ни хрена от нее не добьешься.
Кэрри оглянулась на Лиа, та вздохнула. Они вернулись к машине. Злобный голос все еще звучал у них в ушах.
К радости Мастерса, Дэйна повторила свой рассказ. Здесь, в участке, девушка вдруг словно повзрослела. Судя по всему, она полностью осознала, насколько важны ее показания.
— Они все не отставали. Стало понятно, что сейчас что-то произойдет. А потом вдруг возник нож, словно из ниоткуда.
— Ты смогла бы опознать этот нож, если бы мы его нашли? — спросил Дэннис.
— Думаю, да. Такой, знаете, нож-бабочка.
— Значит, парень с ножом стал угрожать Максу?
Дэйна задумалась.
— Ну вроде бы. Они все угрожали, я же сказала. А потом все стало совсем ужасно.
— В каком смысле?
Дэннис наблюдал за лицом девушки. Ему не хотелось заставлять ее переживать все это снова, но иного пути не было.
— Ну, они стали толкать нас, потом бить. Убежать мы не могли. Что мы им сделали? Просто ели чипсы и… и болтали.
— Тот парень с ножом, он ударил им Макса?
Лицо Дэйны внезапно словно закрылось. Она молчала.
— Дэйна. Ты видела, Дэйна? Это был он?
Девушка в упор посмотрела на Мастерса.
— Да. — Ее глаза наполнились слезами. — Снова и снова, — прошептала она, вцепившись в край стола. — Нож вонзился в него, и все закричали, кроме Макса… Нож вошел очень быстро, а вышел медленно. А когда… когда он понял, что натворил, он вроде как должен был делать это опять и опять. Как будто у него не было выхода.
— А Макс?
Дэйна покачала головой.
— Он просто стоял. Его глаза стали какими-то другими, и он все смотрел на меня, как будто хотел что-то сказать. А кровь хлестала. — Дэйна уронила голову на руки. — Он упал на колени, а потом на землю.
— А когда убежали те парни?
Дэйна подняла голову.
— Он уже лежал на земле. Я закричала, и они тоже закричали. Потом они побежали, когда поняли, что случилось. Можно закурить? Мне нужна сигарета.
Джесс встала и принесла пепельницу. Про окно она даже не вспомнила.
— Значит, как только Макс упал, парни убежали.
Дэйна кивнула.
— Куда они побежали?
— Не знаю. К воротам, наверное. Я не смотрела. Я пыталась помочь Максу. Я ничего не могла сделать. Он умирал у меня на глазах. Я вызвала «скорую» и старалась вспомнить, как оказывать первую помощь.
— Ты все сделала правильно, дорогая, — сказала Джесс. — Мы опросили очень многих в школе. Никто не видел, как именно это случилось, но несколько человек видели, как убегали парни. А теперь подумай хорошенько и скажи вот что: возможно ли, что они покинули территорию школы каким-то другим путем?
Дэйна нахмурилась. Мастерс сердито взглянул на Джесс. Что она делает? Ведь она практически в открытую сообщила Дэйне, что ее показания расходятся с другими свидетельствами.
— Джесс хотела спросить: ты уверена, что они выбежали из главных ворот школы?
— Ну да.
— А тот парень, что ударил Макса ножом, он все еще держал его в руке, когда убегал?
— Наверное.
— Они что-то сказали напоследок?
Дэйна всхлипнула, закашлялась.