Репетиция свадьбы

Управляющий вначале запротестовал, но, увидев озабоченные лица всех троих, пожал плечами и вышел из кабинета. Дверь он, однако, оставил полуоткрытой. С едва заметной улыбкой Кейн плотно закрыл ее.
— Что все это значит? — гневно спросил Жан-Луи. — Чего вы добиваетесь?
Англичанин выпрямился.
— Я хочу, чтобы Патриция признала факт нашей помолвки. — Он сунул руки в карманы и хмуро взглянул на Анжелику. — И я добиваюсь внятного объяснения, — продолжал он отрывисто и угрожающе, — почему она исчезла. Как ей могло прийти в голову бросить всех — семью, друзей — и своего жениха впридачу?!
За все время инцидента он впервые выказал признаки волнения, хотя голоса по-прежнему не повышал. Впрочем, Анжелика не сомневалась, что за этой холодной невозмутимостью скрывается неукротимая ярость.
— Вы ошибаетесь, — как можно убедительней произнесла она. — Я вас не знаю. Вы принимаете меня за какую-то другую девушку.
— Всякий, кто видел эти фотографии, — шагнув к ней, резко сказал Кейн, — подтвердит, не колеблясь, что на них изображена ты.
— Ничего подобного! Эта девушка выглядит намного моложе.
— Они сделаны до твоего бегства. Но почему, почему ты поступила так?
Он подошел еще ближе, свирепо выкатив глаза и угрожающе выпятив подбородок. Было видно, что руки, которые он продолжал держать в карманах, сжаты в кулаки.
— Говорю вам, вы перепутали. — Она в испуге отступила на шаг. — Меня зовут Анжелика Касте, я француженка. Спросите Жана-Луи, если не верите.
Но Кейн не обращал на ее жениха ни малейшего внимания. Он бесцеремонно схватил девушку за локоть.
— Ну, за доказательствами дело не станет!
— Что вы хотите сказать? — вмешался художник.
— У Патриции Шандо есть особая примета — след от падения с велосипеда в детстве. Это шрам в форме серпа на левом плече — вот такой… — С этими словами он резким движением подтащил Анжелику к себе и потянул свободной рукой за рукав ее открытого платья.
Она вскрикнула от испуга и возмущения, и Жан-Луи инстинктивно вцепился в Кейна, чтобы оттащить его прочь, но, увидев обнаженное плечо девушки, застыл на месте.
Первым обрел дар речи англичанин.
— Так, так, до чего же хитро придумано, — хрипло рассмеялся он. Взгляд его серых глаз был более чем красноречив. — Такая миленькая кругленькая божья коровка — и дело в шляпе. И когда же, позволь поинтересоваться, у тебя появилась эта татуировка?
— Она была всегда, — вмешался Жан-Луи. — По крайней мере, с тех пор, как мы знакомы.
— И как же давно случилось это знаменательное событие?
— Несколько месяцев назад.
— Патриция Шандо исчезла уже больше года назад.
Высвободив руку, Анжелика привела платье в порядок и, вся красная от гнева, повернулась к Кейну.
— Я не та женщина, которую знати вы. Вы просто сумасшедший. Я уже битый час твержу, что никогда не видела вас раньше! — Она нетерпеливо повернулась, собираясь уйти. — Почему вы не оставите нас в покое?
— Так ты отрицаешь, что ты Патриция Шандо?
— Мне что, повторить еще раз? — Анжелика в бешенстве затрясла кулачками перед его лицом. — Вы отлично расслышали, как меня зовут!
— В таком случае, надеюсь, ты не будешь возражать против проверки отпечатков пальцев? — вкрадчиво предложил Кейн.
— Моих отпечатков пальцев? — опешила Анжелика.
— Конечно. Уж их-то не закамуфлируешь.
Прежде чем она успела ответить, в дверь постучали и вошел владелец художественной галереи.
— Жан-Луи, — сказал он с нотками нетерпения в голосе, — вас ищет американская миллионерша. Она хочет заказать вам портрет, но только при условии, что вы приступите к работе немедленно и закончите до ее возвращения в Штаты.
— Боже мой! — с досадой хлопнул себя по лбу художник. — Принесло же вас на нашу голову именно сегодня! — Он повернулся к невесте. — Придумай что-нибудь. Мне нет дела до того, знала ты его раньше или нет. Но нужно это уладить.
Он шагнул к двери, но Анжелика вцепилась ему в локоть.
— Постой! Как ты можешь оставлять меня наедине с этим…
— Там, за дверью, больше двухсот человек. — Жан-Луи стряхнул ее руку, начиная терять терпение. — Ну, закричишь в случае чего.
 
— Нет, я иду с тобой.
Девушка направилась к выходу, но Кейн удержал ее за руку.
— Тебе нужно еще слишком многое мне объяснить. — Он захлопнул дверь и прислонился к ней, отрезая путь к бегству. Анжелика потерла сдавленную кисть, глядя на него как на опасного маньяка.
— Что за игру вы затеяли? — с вызовом спросила она.
— Именно этот вопрос я как раз хотел задать тебе, Пат.
— Не называйте меня так! Это не мое имя.
— Хватит! — В порыве гнева он шагнул к ней. — Ты прекрасно знаешь, как тебя зовут. Так же как и то, что обещала выйти за меня замуж, — проговорил он с металлическими нотками в голосе. — Какого черта было бросаться такими словами? Отвечай! — Анжелика подняла руки, чтобы заткнуть уши, но ее попытка была решительно пресечена. — Неужели ты не понимаешь, каково было мне? Ты исчезла, не сказав никому ни слова, — и всего за неделю до свадьбы! Тебя искали по всей стране, но нашли только твою машину. Я думал, что с тобой…
— Да перестаньте же! — воскликнула Анжелика. — Прекратите на меня орать.
Он отпустил ее, и девушка схватилась за голову, надавив пальцами на виски. После паузы Кейн заговорил уже спокойнее:
— С тобой все в порядке? Может, принести воды?
— Нет, спасибо. Если я успокоюсь, это пройдет.
Англичанин нахмурился, внимательно изучая ее побледневшее лицо.
— И часто у тебя бывают головные боли?
— Теперь уже нет. По крайней мере, днем. Но по ночам порой… — Она запнулась, почувствовав, что взяла слишком доверительный тон в разговоре с незнакомым мужчиной.
— И что же по ночам? — настаивал он.
— Да ничего особенного, — сухо сказала девушка. — Так, скверные сны.
— Что тебе снится? — подался вперед он.
— С какой стати я должна рассказывать вам о своих снах? — презрительно хмыкнула Анжелика.
— Ладно. — Он вдруг перешел на английский. — У меня тут, кстати, твой паспорт, не хочешь посмотреть?
Их взгляды на мгновение встретились, и девушка отвела глаза.
— Я не понимаю.
— А мне так не кажется. — Достав из кармана паспорт в красной обложке, Кейн раскрыл его и продемонстрировал ей фотографию. — Она была сделана всего за несколько недель до твоего бегства. Мы собирались провести медовый месяц в Америке.
Медленно взяв документ, она принялась рассматривать фото. Изображенная на нем юная леди смотрела в объектив без всякого энтузиазма.
— Обрати внимание, что описание соответствует тебе до мельчайших подробностей, даже пресловутый шрам упомянут.
— Я не умею читать по-английски.
— Какой вздор! Бога ради, Патриция, прекрати, наконец, этот идиотский спектакль. — Он решительно шагнул к ней, но Анжелика отпрянула.
— Нет! Пожалуйста! Я не знаю вас. Мне очень жаль, но это так. — Она выставила вперед руки, защищаясь. — Пожалуйста, я вас умоляю, оставьте меня в покое.
Кейн остановился и, уловив в ее словах неподдельное страдание, взял себя в руки. Переходя вновь на французский, он процедил сквозь зубы:
— Извини. Я не хотел напугать тебя. Но почему ты не хочешь признаться, Пат?
— Я говорю чистую правду.
Его серые глаза вновь полыхнули гневом, но он сдержался.
— Хорошо. Допустим. Тогда кто же ты на самом деле?
— Я уже все объяснила. К чему повторяться?
— Ну, имя я слышал. Но мне нужно знать о тебе все. Где ты родилась, сколько тебе лет, кто твои родители, где ты училась, — словом, все о твоей жизни.
— Но зачем? — нахмурилась Анжелика.
— Чтобы убедиться раз и навсегда в своей ошибке.
— Нет уж, поищите себе помощников в другом месте, — зло отчеканила она.
— Послушай, в случае твоего отказа я буду неотступно следовать за тобой по пятам, стану твоей тенью и не оставлю в покое до тех пор, пока не добьюсь признания в том, что ты — действительно Патриция Шандо. — Кейн говорил спокойно, но с явной угрозой в голосе. Смерив его изучающим взглядом, Анжелика пожала плечами.