Не время для героев. Том 4 (СИ)
— Понимаю, — похолодев, киваю я. — Но нет!
— В таком случае придётся сильно постараться, — пожимает плечами Беренгар. — И это займёт куда больше времени.
— Ничего. Тело уже растёт. В каком оно состоянии?
То, что создание оболочки для Айрилен идёт полным ходом, я знал. На это уходило столько размолотого в пыль Этерниума, питающего раствор, в котором росло тело, сколько за месяц потребляли кристаллы связи и маяки перемещений во всём моём королевстве. И в первое время я спускался в подземные лаборатории едва ли не ежедневно, чтобы наблюдать за этим невероятным процессом.
Однако через пару-тройку декад перестал это делать — откровенно говоря, мне было слегка не по себе наблюдать за постоянно меняющимся женским телом, безвольно плавающим в огромной колбе со странной и мутной жидкостью...
Да и одержимость вопросом “возвращения Айрилен” казалась мне не совсем нормальной, так что теперь время от времени я просто спрашивал Беренгара о том, как идёт процесс.
— Ещё около трёх декад, думаю, и будет готово. Запасов Этерниума тоже хватит, формулы ритуала я изучил и уверен, что всё пройдёт в порядке. Там нет ничего такого, с чем мы с тобой не справимся. Конечно, нужно будет добыть массу редких реагентов, но это не главное...
— А что главное?
— Главное — то, что поможет душе прижиться в новом теле. У Ирандера была перчатка, которая исполнила бы эту задачу, а вот у твоей колдуньи ничего подобного нет...
— И какие варианты? — зная, что учитель может тянуть с ответом бесконечно долго, я уже наловчился направлять его в нужном направлении.
— Использовать сущность мощного магического создания, заключённую в его сердце.
— А конкретнее?
— В записях Ирандера указано только одно, которое он использовал для первой пары Творений. Марийский горный лев.
— Отлично! Мы знаем, что нам нужно! И где нам искать этого... Льва?
— В том-то и дело, — задумчиво теребит иллюзорную бороду Сейнорай. — Что в Ялайском королевстве или Империи такого не найдёшь. И уж тем более — в Халифате или у твоих друзей-наездников.
— Беренгар! — рявкаю я, теряя терпение. — Не томи! Где водятся эти твари?!
— Тварь, — поправляет меня собеседник. — Судя по всему, такой лев остался один. Они живут сотни лет, и Ирандер, кажется, в своё время убил самку. Так что в мире остался лишь её муженёк, самец.
— Где. Он. Обитает?!
— Мог сообразить и из названия, — небрежно махнув рукой, фыркает учитель. — В Марнийских горах, в землях северян!
Глава 3 — Север
(Первый летний месяц 1078 года от Раскола)
Горящие в костре ветки трещат так, что мне кажется, будто этот звук разносится по всему окружающему лесу. Да и... Плевать! Холод такой, что схватка с кем бы то ни было лишь позволит согреться.
Да и кого можно встретить в такой глуши, если задуматься?
Марнийские горы — огромный массив скал, хребтов, вершин и долин между ними, поросших густыми лесами. Большая часть этих земель труднодоступна и, насколько я знаю, тут живут лишь дикие горцы, да и те селятся поближе к южным и западным отрогам, торгуя с племенами северян добытыми в горах шкурами и редкими растениями.
Сами же северяне, которые называют себя «скады», облюбовали небольшую равнину как раз между заливом Дракона и Марнийскими горами. А дальше начинается ледяная пустыня — царство вечной зимы, где нет никакой жизни...
На землях скадов лето куда короче того, к которому привыкли прочие жители континента — всего пара месяцев. Осень и весна занимают столько же времени, а вот зима длится почти полгода — и даже сейчас, несмотря на то, что идёт уже первый летний месяц, здесь холодно.
Настолько, что приходится не только кутаться в тяжёлый меховой плащ, но и слегка поднимать температуру собственной крови. Это довольно опасное занятие, но я уже неплохо освоил такие хитрости, так что не переживаю, что могу вскипятить внутренние органы.
Ялайский пепел, и как тут люди без магии выживают?!
Вздохнув, я кидаю в костёр ещё веток, и оглядываюсь. Огромные сугробы, вековые ели, припорошённые снегом, серое небо, промозглый ветер... Вспомнив, как летел сюда вдоль побережья, ёжусь.
Даже двужильный кейлас, который стал моим постоянным питомцем для быстрого перемещения, замёрз. Оказавшись в нужной долине, я отправил его спать до того момента, пока не вызову обратно — незачем летуну расходовать силы впустую, а выслеживать марнийского льва с воздуха не представляется возможным.
Из-за дикого холода приходится концентрироваться на том, как бы не замёрзнуть при полёте, и совершенно не получается искать животное, чей энергослепок Беренгар раскопал в мастерских Ирандера.
Спустившись на землю я понимаю, что мне мешает не только отсутствие концентрации, но и странная, ломаная энергоструктура здешних мест. Она настолько изуродована, что я повсюду чувствую проявления дикой магии. Энергетическая основа мира здесь словно бы «вспучена», и отыскать след твари можно лишь оказавшись на земле.
Протянув руки к огню, я задумываюсь.
Не было ли глупым решением отправиться сюда одному? Этот вопрос за последнюю пару дней я задаю себе уже не раз, но снова и внова пытаюсь убедить себя, что поступил правильно. Отряд магов вряд ли бы сильно помог — а ведь прокормить десять-двадцать человек в здешних условиях куда сложнее, чем одного. Пришлось бы брать еду с собой, вьючить дополнительных кейласов, либо тратить время на охоту...
Скорость — вот, что меня волнует сейчас. А схватка со львом и возможная опасность, исходящая от горцев... Что ж, с этим проблем не возникнет. Мало-мальски освоившись с перчаткой и начав изучать новый слой собственной магии, я чувствую себя куда увереннее, чем во время восстания. Так что не боюсь возможных осложнений — я к ним готов.
Ну а отправлять сюда людей без собственного присутствия и вовсе было бы бессмысленно — без частицы Арканума и возможности контактировать с записанной в кристаллы Этерниума информацией выследить марнийского льва у моих людей вряд ли бы получилось. Не имея опыта специфической охоты, не зная местности...
Нет, определённо, свита мне здесь ни к чему...
К тому же, имелся ещё один повод прибыть сюда без сопровождения и скрытно — северяне, как предупредил меня Беренгар, не слишком жаловали ялайцев. Они вообще никого не любили, если быть более точным, и нарушителей своих границ либо убивали, либо выдворяли обратно. А Марнийские горы они считали своей дальней вотчиной.
Именно поэтому я летел не напрямую, а вдоль побережья, над морем, огибая известные поселения скадов. Одного летуна заметить сложнее, чем целый отряд, а направлять к конунгу северян послов, просить право прохода через его земли, объяснять, зачем это нужно...
Страшно представить, сколько времени понадобилось бы на такую бюрократию.
А я не собираюсь ждать. Мне хочется как можно скорее вытащить душу Айрилен из перчатки и вернуть ей тело! Эта мысль жжёт меня ежедневно, и чем быстрее растёт новое тело магессы, тем сильнее я концентрируюсь на задаче по её возвращению...
Беренгар предупредил, что марнийские львы устраивают логова в пещерах. Так что, прилетев в долину, где почувствовал отзвук энергетики этого животного, я уже второй день выслеживаю тварь. И судя по настроенному в перчатке «маяку», который пульсирует всё сильнее — приближаюсь к охотничьим угодьям льва, или его логову...
Хрусть!
Звук сломанной ветки разносится в ледяной тишине словно грохот.
Я мгновенно вскакиваю на ноги, вызываю щит, защищающий от физического воздействия, и смещаюсь к здоровенной ели, под которой установлена моя палатка.
Люди! Горцы?
За деревьями мелькают тёмные фигуры, и я замираю, не зная, как реагировать. Нападать сразу не стоит — незачем проявлять агрессию. Но если они атакуют первыми...
Оглядываюсь, надеясь, что северяне не окружили меня и не задумали подстрелить в спину...
— Кто там, Ша-го? — за деревьями слышится раскатистый бас. — Горцы?