Не время для героев. Том 4 (СИ)
Колдовство мягко обволакивает контур льва прямо в полёте, впиваясь в его защиту — и резким импульсом возвращается ко мне.
Три удара сердца.
Ага, огонь... Можно было предположить и самому...
Два удара сердца.
Вскинув руку, чтобы удобнее было целиться, я провожу через тело два коротких заклинания. Одна за другой, сверхплотные и сверхгорячие, залитые энергией Источника под завязку огненные иглы вырываются из указательного пальца и с невероятной скоростью летят навстречу чудовищу!
Один удар сердца.
Я отпрыгиваю в сторону как раз в тот момент, когда первая игла с треском врезается в щит льва прямо напротив глаза. Она застревает в нём — и её тут же догоняет вторая, которая заколачивает первое заклинание, проталкивает его внутрь...
Бах!
Яркая вспышка! Щит твари разлетается ворохом льда, падающего с неба, череп льва лопается с гулким звуком, из тела чудовища хлещет кровь, а сам Риордан камнем падает в сугроб, взметнув вокруг себя снежную пелену!
Готов!
— Делов-то! Похоже, что трофей мой! — довольно улыбаюсь я. Стирая с лица кровь твари, попавшую на меня, поворачиваюсь к Торсу — и замираю...
Предводитель охотников стоит на коленях в снегу и... Проклятье, он ли это?! И без того здоровенный северянин стремительно увеличивается в размерах. Одежда трескается и рвётся, руки бугрятся быстро нарастающими мышцами, на них появляются здоровенные когти, ноги выворачиваются суставами назад. Голова вытягивается, как и челюсть, которая теперь напоминает волчью, всё тело с огромной скоростью обрастает густой чёрной шерстью...
Крик, с которым трансформируется Торс, превращается в рык — и через мгновение в нескольких шагах от меня на ноги поднимается свирепый зверь...
— Оборотень! — только и могу выдохнуть я.
Оставшиеся пять охотников, что-то бормоча, стремительно отходят к лесу...
— Что ты наделал, парень!? — в ужасе вопит один из них. — Он был завязан на Риордана! А теперь... Да помогут тебе духи...
Мгновение оборотень, скаля клыки, с которых капает слюна, и выдыхая горячий пар, смотрит на меня — а затем бросается в атаку...
Глава 5 — Надежды и проблемы
Давно я не встречал того, кто двигался бы так быстро — даже моё восприятие не успевает за Торсом, обратившемся в монстра!
Его люди, поняв, что их предводитель сосредоточился на мне, без зазрения совести рванули в сторону леса, надеясь скрыться от безумия своего предводителя. А вот мне теперь придётся успокоить этого долбанутого северянина!
Я призываю воздушный поток — но он развеивается, как только касается оборотня! Едва успеваю отскочить, чуть не угодив под мощный удар мускулистой лапы.
Что за?..
Быстрый взгляд «внутренним» зрением показывает, что энергоструктура Торса усилилась, и теперь мои заклинания для неё — всё равно что комариный укус для медведя! Небывалое дело для аниманта — обычно после трансформации аура такого колдуна менялась и ослабевала. Магия «засыпала», уступая место силе, обострённым рефлексам и прочим преимуществам звериной формы, но сейчас... Сейчас всё было по-другому!
Вообще, я до сих пор не встречал тех, кто может полностью перевоплощаться в другое создание — максимум, контактировать с животными, «вселяясь» в них на расстоянии. Но знания об анимантах Беренгар в меня запихнул, мотивируя это тем, что всё бывает в первый раз — и рано или поздно я могу встретиться с таким противником.
Как в воду глядел, старый козёл... Только вот не предупредил, что бывают аниманты, способные сохранять мощный магический каркас! Хорошо хоть Торс в такой форме атакующими заклинаниями не бросается...
Мои размышления прерывает новая атака оборотня.
Дурацкие снегоступы и сугробы лишают возможности двигаться быстро, а скорость перевоплощённого северянина настолько велика, что я просто не успеваю работать с восприятием... Развернувшись после броска, он вновь кидается на меня, и в этот раз увернуться уже не получается.
Единственное, что я успеваю сделать — возвести перед собой щит, закрывающий от физического воздействия.
КРРРАНК!
Мохнатая туша врезается в защиту, сбивает меня и прямо в полёте наносит по щиту три стремительных удара тяжеленными лапами! Кинжалообразные когти впиваются в прозрачную, чуть мерцающую преграду — и четвёртым ударом, когда мы оказываемся в сугробе, проламывают её!
Ялайская гниль!
В нос бьёт смрад дыхания оборотня, его морда с оскаленной пастью стремительно приближается к моему лицу...
Действуя рефлекторно, я выставляю перед собой единственное, что может меня хоть как-то защитить — руку с перчаткой Ирандера.
КЛАЦ!
Челюсть оборотня смыкается на частице Арканума, спрятанной под меховой варежкой. Я чувствую давление, с которым анимант сжимает зубы — но кристаллический артефакт выдерживает!
Готов поклясться — в момент, когда у Торса не получается откусить мне предплечье, в его волчьих глазах мелькает проблеск удивления... Впрочем — удивляется он недолго, и тут же пытается ударить меня левой лапой в незащищённую голову.
У меня есть мгновение, не более.
Бить магией бесполезно, а потому я делаю единственное, что могу, чтобы защититься — обратным хватом выдёргиваю свободной рукой из ножен короткий меч. Слитное движение встречает лапу оборотня и — о чудо! — лезвие попадает прямо по его пальцам.
От дикого рёва закладывает уши, но у меня появляется ещё немного времени, и я выплёскиваю из себя короткий импульс молний. Совсем крошечный — но большой мне и не нужен. Главное другое — кровь, льющаяся из отрубленных обрубков оборотня, становится отличным проводником заклинания.
Моя магия скачет по кровавым струйкам, впитывается в них, забирается под щит Торса...
И тут я бью молниями уже не сдерживаясь!
БАХ!
Разметая снег, нас с оборотнем швыряет в разные стороны! Я пролетаю вперёд спиной шагов десять, и больно прикладываюсь к какому-то бревну — но меч из руки не выпускаю.
— Проклятье!
Пошатываясь, встаю, готовый отразить новую атаку... Но вместо этого вижу, как Торс стоит на четвереньках посреди стремительно тающего сугроба. Глядя на меня своими жёлтыми глазищами, оборотень тяжело дышит, от его шкуры валит пар, а в воздухе между нами висит отчётливый запах гари.
Я отмечаю подпалины на шерсти аниманта, запечёную лапу без двух пальцев, и готовлюсь нанести новый удар...
Но этого не требуется. Выгнувшись дугой, оборотень пронзительно воет, поднимается на задние лапы — и с размаху бьётся головой об землю!
А затем начинает стремительно уменьшаться в размерах, принимая облик человека. Кости северянина снова трещат, шерсть втягивается в кожу — и вот через несколько мгновений в растопленном снегу лежит совершенно голый человек!
Ялайский пепел!
— Ха-ха-ха!
Вот уж чего я точно не ожидаю — так это услышать смех...
Торс встаёт на колени, и я вижу, что на его левой руке не хватает мизинца и безымянного пальца... Рана обожжена, словно северянин хорошенько прижёг её, да и вообще — на всём мускулистом теле есть жуткого вида подпалины.
— Не одолжишь свой плащ, парень? Пока мои люди не вернутся, а то холодновато...
Я подхожу к нему, снимая подбитую мехом накидку.
— Резво они от тебя дунули, — замечаю, набрасывая одёжку на плечи здоровяка.
— Не суди их строго. Обычный человек ничего не смог бы мне противопоставить, — крякнув и вцепившись в моё плечо своими стальными пальцами уцелевшей руки, Торс поднимается на ноги. — Они не такие, как ты.
— Ага. И как ты, — отвечаю я. — Мог бы и предупредить, что умеешь перекидываться.
— Да знаешь, — скалится скад, — хотелось удивить тебя, наглого выскочку. Но я тебя недооценил... Не думал, что ты одним ударом завалишь Риордана. Я «привязывался» на него последние сутки, а когда ты его прикончил — «привязка» с кровью твари сама перескочила на тебя, пока молнии меня не перетряхнули хорошенько. Надеюсь, ты не в обиде, парень? Я не собирался тебя жрать.