Эльфийский король (СИ)

Но сейчас за его спиной была реликвия Н’аэлора, меч великой Элантриэль, так что если был малейший шанс провалиться или другая неопределенность — боя стоит избежать. Нужно придерживаться первоначального плана и двигаться в сторону Шивалора, чтобы выполнить наказ учителя и встретиться с Владыкой Демонов у бывшего эльфийского форпоста. С этими мыслями Эрегор вскочил в седло и направил скакуна в противоположную от неизвестного отряда сторону.
    
Глава 18
 
Тотем
 
Армелю становилось все хуже. Пользуясь опытом степняков, эльфы довольно быстро соорудили некое подобие саней, на которые погрузили бредящего шпиона, после чего мы уже с намного меньшей скоростью продолжили свой путь.
Ни о каком кавалерийском темпе более речи не шло, так что и полный отдых давать лошадям смысла не имело. Кони шли обычным шагом, едва ли не замерзая на ходу, мы же двигались тем же черепашьим темпом.
Мой приказ был однозначен: мы должны довезти Триерса до Шивалора, потому что именно с фигурой соглядатая Святого Престола были связаны многие мои планы.
После того, как битва за Каламет завершится моей победой, он должен отправиться в земли Трех Орденов с непрозрачным посланием: «живите так, будто уже мертвы, и я забуду о вашем существовании».
Именно Триерс был залогом того, что по всему континенту не полыхнет война, ведь амбиции Трех Орденов были показаны весьма однозначно: святоши наплевали на дипломатические статусы и старые договоренности ради решения собственных проблем. А то, что в Трех Орденах шла ожесточенная политическая борьба мне даже не надо было задумываться: подтверждение этому факту сейчас лежало на самодельных санях и бредило от сжигающего изнутри жара.
— Почему ты так возишься с этим лжецом? — спросила мерно шагающая рядом Лиан.
Девушка во время марша старалась не докучать Ирнару, тонко чувствуя напряжение, витавшее вокруг лейтенанта. Все же, он был непосредственным командиром нашего отряда, и все текущие вопросы лежали именно на его плечах.
Ирнар, как и любой ученик Эрегора, являлся прекрасно обученным воином с большим опытом пограничной службы, но подобные марши были для эльфа в новинку. Так что моя подопечная, вместо того чтобы напрягать своим присутствием Ирнара, сейчас держалась строго рядом со мной.
— Потому что он нам нужен, — ответил я эльфийке.
Но девушка даже не среагировала, а продолжала смотреть куда-то вдаль.
— Лиан? — переспросил я, чуть свешиваясь с седла и хлопая свою подопечную по колену. — Ты что-то увидела?
— А?.. — эльфийка удивленно захлопала глазами, после чего ее взгляд, до этого какой-то замутненный, наконец-то сфокусировался на мне. — Нет, просто показалось…
— Что показалось?
— Не важно. Просто задумалась, — отмахнулась от меня девушка, после чего чуть пришпорила своего коня и вырвалась на два корпуса вперед, поближе к голове отряда.
Я же внимательно посмотрел в спину девчонки, пытаясь понять, что это сейчас такое произошло. Лиан никогда не могла похвастаться внимательностью или усидчивостью, но чтобы выпасть из разговора, который она сама же и начала? Она так любила попусту трепать языком, что могла говорить со мной даже во время изнурительных спаррингов, едва дыша, почти выплевывая на песок тренировочного круга собственные легкие.
Так что же произошло сейчас?
Я внимательно посмотрел в сторону, куда до этого был направлен взгляд эльфийки, пытаясь разглядеть в далеких холмах то, что привлекло внимание девушки.
Мой внутренний голос твердил, что это важно, и хотя обычно я опирался исключительно на разумные выводы, сейчас я не стал отмахиваться от этого тревожного ощущения. Временами человеческое сознание распознает опасность или какие-то критические детали задолго до того, как приходит полноценное понимание ситуации. Кто-то называет это инстинктом, кто-то предчувствием, но я предпочитал думать, что все дело в многозадачности человеческого разума. И если этот самый разум достаточно тренирован, то он будет подмечать малейшие детали и складывать их в стройную картину еще до того, как ты сможешь осознать полную картину произошедшего.
Наплевав на маскировку, я сомкнул ладони и вызвал нескольких демонов. Это были не низшие дымные твари — их росчерки были бы слишком заметны на фоне чистого весеннего неба. На мой зов, потянувшись за силой моей крови, отозвались полноценные тени, идеальные разведчики, способные скрываться под камнями и передвигаться в тени сухостоя, скрываясь от солнечного света даже подобным ярким утром.
Полдюжины, достаточное число для широкой разведки. Я толкнул пальцем гарду меча, чуть обнажая клинок из ножен, и прислонив тыльной стороной ладонь, оставил на руке тонкий порез. На сухую траву полетели несколько капель моей крови, которые тут же были подхвачены и сожраны незримыми тварями. После, накормленные демоны, были согласны выполнить любой приказ, а моя кровь дала им достаточно сил, чтобы передвигаться со скоростью ветра, не слишком заботясь об укрытиях. Все что им было необходимо — хотя бы малейшая тень, в которой они смогут на мгновение остановиться перед очередным рывком.
Высокий сухостой перед нашей колонной пришел в движение, будто бы откуда-то налетел порыв ветра. Несколько лошадей тревожно всхрапнули и задергали ушами, эльфы же — напряженно замерли, наблюдая за аномалией. Только Ирнар, который почувствовал движение магических сил, сразу же обернулся, ища мой взгляд.
Я едва кивнул эльфу, показывая, что все в порядке и нам нужно продолжать двигаться по намеченному маршруту.
Лиан же, которая шла сейчас в голове колонны, казалось, вовсе не заметила происходящего, что только усилило мою веру в то, что я все сделал правильно.
Впереди что-то происходит, и мне нужно выяснить, что именно.
После полудня мы сделали небольшой привал, на котором я осмотрел Армеля. Шпион был в горячечном бреду, вяло метался в моменты, когда вообще мог двигаться, но большую часть времени просто лежал пластом и тяжело дышал.
— Никогда такого не видела… — с любопытством протянула Лиан, наклоняясь над мужчиной.
— Ты вообще больных не особо наблюдала, — осадил я эльфийку.
— С чего ты взял?
— Ну, я же не болею, — ответил я.
— Я видела больных в Мибензите! — надулась моя подопечная.
— Да-да… Видела…
— Так что с ним? — вклинился в нашу перепалку Ирнар.
Я осторожно склонился над мужчиной и положил ладонь на грудь шпиона. Целительство никогда не было моей сильной стороной, но с Армелем все было еще сложнее.
Еще утром я попытался стабилизировать его состояние с помощью простенького заклинания, но вся моя сила прошла сквозь тело шпиона, словно вода через решето. Ни одна крупица силы, дарованной мне Нильф, не могла задержаться в теле соглядатая Святого Престола, и сейчас я начал понимать причины этой удивительной «нейтральности», которую демонстрировал господин Триерс.
Могло ли случиться так, что этот стареющий мужчина по какой-то причине совершенно не восприимчив к силе, дарованной Темной Тройкой? На своем жизненном пути, во время войны Элантриэль, я встречал подобных противников. Высшие Паладины, буквально боевые наместники бога Света, эти воины источали Свет и Пламя, и единственный способ убить этих чудовищ — покромсать честной сталью на части. Их не брало никакое заклинание, они были практически неуязвимы даже для самых сильных демонов, которых мог призвать темный маг. Да что там говорить, одно их присутствие на поле боя заставляло большинство тварей корчиться в муках и бежать без оглядки, пусть это и сулило им смерть от рук собственного хозяина-призывателя.
  
Но Армель не был Высшим Паладином, он вообще не был адептом церкви Трезубца. В его теле в равной степени не наблюдалось как света, так и тьмы, и я всегда считал, что дело именно в удивительном для этого человека нейтралитете и его принципиальной любви к деньгам. Да, если бы существовал в этом мире Бог, поклонение которому велось бы через звонкую монету, Армель Триерс был бы минимум его архиепископом, а то и пророком.