Фарцовщик: деньги не пахнут. Том 1 (СИ)
— Это я, Орлов, — сказал я и рассказал, что узнал. — Как теперь быть?
Коренев некоторое время молчал. Потом ответил:
— Действуйте. Звоните ему. Назначайте встречу. Только постарайтесь оттянуть до утра. И где-нибудь в безлюдном месте.
Я кивнул невидимому собеседнику.
— Хорошо. Сообщу, что да как.
Положил трубку. Потом набрал номер на бумажке. Сначала тишина. Потом раздались долгие гудки. Когда я уже хотел бросить трубку, кто-то ответил:
— Але?
Голос мужской. Немолодой уже. Но и не пожилой. Чуть сонный. Глуховатый.
— Добрый вечер, — затараторил я. Надо играть роль активного продавца. — Извиняюсь, что так поздно. Но вы звонили. Насчет кое-каких покупок.
Мужчина сразу оживился.
— Ах да, точно. Это Витя? Мне ваш телефон возле «Березки» дали. Я хотел джинсовый костюм купить. Мне срочно нужен. Можно приехать, посмотреть?
Ага, как же. Врет и не краснеет. Мой телефон вряд ли можно взять на пятачке. Скорее всего, узнал через Вилли. Вернее, через того, кто там является шпионом.
— Можно было бы и подъехать, но вас сейчас вряд ли пустят, — я изобразил усталого торговца. — Да и сам я сейчас без товара. Он в другом месте. Давайте лучше завтра.
Такой расклад мужчину не устроил. Он хотел побыстрее. Ишь, какой нетерпеливый.
— Да не вопрос, честно говоря. Я от вас недалеко. За пять минут подскочу, — он все хотел закрыть сделку сегодня. Эх, чуть не повезло ему. Если бы я пришел в общагу пораньше, то наверняка продал бы ему. Вместе с запиской. — Куда скажете. Дело в том, что у меня времени мало. Завтра уезжаю уже из города. А джинсовый костюм так и не нашел. Приличный. Вот и тороплюсь. А вас рекомендовали. Как очень приличного и добросовестного товарища.
Молодец. Хороший напор. Если бы я не знал подноготную, наверняка клюнул бы.
— Нет, к сожалению, — ответил я. — Я же говорю, вещи в другом месте. А ключей у меня нет. Они у другого человека. У нас так устроено. Придется вам подождать. Ну, а если не купите, то ничего. Что же поделать? В другом городе найдете. Так уж получилось.
Но он уже крепко сидел на крючке. Вздохнул. Потом согласился.
— Ладно, чего уж там. Не могу я без джинсового костюма. А во сколько можно забрать завтра? Давайте в девять утра.
Я покачал головой. Рукой сжал рюкзак. С джинсовым костюмом.
— Только в районе обеда. Раньше никак. Мой приятель только тогда приедет. Давайте созвонимся утром. Я вам скажу, куда и во сколько приехать.
Он пытался протестовать. Но я уже повесил трубку. Типа все, устал от разговора. И мне без разницы, придет он или нет.
Баба Катя сочувственно кивнула.
— Вот ведь прилипчивый. Что хотел? Приехать? Прямо сейчас? Ночь на дворе ведь уже.
Я кивнул. Я и в самом деле устал. Желудок пустой. Голова сонная. Только двинулся к лестнице. И вспомнил кое-что еще.
Снова снял трубку. Набрал номер «Интуриста». После шестого гудка ответил мужской голос.
— Гостиница «Интурист».
Я подождал. Вспоминал. Как там надо. Ах да, точно.
— Это Одиссей. Мне нужен номер пятьсот семь. Соедините, пожалуйста.
Мужской голос замолчал. Там, в гостинице, должны были предупредить. Насчет моего звонка.
— Одну минутку.
Снова тишина. Как будто отрезало. И через пару секунд треск. На проводе.
— Слушаю, — томный женский голос.
Как у сонной кошечки. Все равно возбуждающий. С легким акцентом. Я сразу узнал.
— Это Витя, — ответил я. — Ну так как? Что насчет ужина? Когда идем?
Мишель сразу проснулась.
— Витя? А я ждала твоего звонка. Почему так поздно?
Ух ты. А что так сразу разволновалась? Тоже ждала известий? О том, что я отдал джинсовый костюм, кому надо.
— Дела, дела, — ответил я пренебрежительно. — Лучше поздно, чем никогда. Когда завтра освободишься?
Девушка на мгновение замолчала. Размышляла. Если согласится пораньше, это очень подозрительно. Красивые девушки не идут сразу на контакт. Они любят помучить кавалера.
— С утра у меня встреча, а потом я свободна, — ответила она. — Зачем ждать вечера? Можно и пообедать. Пораньше.
Ого. Это чертовски подозрительно.
— Отлично, — ответил я. — Тогда завтра в обед. Я подъеду за тобой.
Мишель тут же спросила:
— А как ты узнал, где я живу? Как дозвонился? Мне говорили, что это очень трудно. Почти невозможно.
Я усмехнулся. А как же. Для обычного студента нереально дозвониться в «Интурист». Что-то из области фантастики.
— Есть кое-какие возможности, — туманно ответил я. — Ну давай, до завтра, крошка.
И положил трубку. Баба Катя смотрела на меня осуждающе.
— А ты все такой же бабник. Как и Паша. Лучше бы с внучкой моей познакомился. Она уже сколько раз приходила. Тоже студентка.
Я устало улыбнулся.
— Никак нет, баба Катя. Это по работе. Никаких интрижек. И морального разложения. Только по делу.
Но сам, конечно, не уверен. Поэтому баба Катя недоверчиво хмыкнула. А я отправился к себе.
Над головой мерцал светильник. А коридор темный. Лампочка горела только в конце.
Я зашел на кухню. Порылся в холодильнике. Все припасы старательно подчищены. Устроили набег саранчи.
Я отыскал чудом уцелевшую колбасу. И кусочек сыра. В шкафу нашел хлеб. Сделал бутерброд. Заморил червячка.
Пока вскипел чайник, сидел и думал. Я ввязался в опасные игры. Получится ли уцелеть? Да еще и выйти с большим кушем?
Замахнулся, конечно, на крупный кусок. Гостиница «Интурист». Там крутятся сотни тысяч.
Если получится забрать себе, это будет бомба. А если не получится, то будет хотя бы ответка Колхозу. За то, что пытался меня подставить. Побольше головной боли. И чтобы в следующий раз не лез.
Чайник давно вскипел. Свистулек на носике, конечно, нет. Просто пар пошел вверх. Я запил бутер. И отправился спать.
В комнате никого нет. Пусто. И темно.
И Паша, и Коля отсутствовали. Вот уж где настоящие кобели. Я завалился спать. День получился слишком бурный. Уснул сразу, как только закрыл глаза.
Утром затрезвонил будильник. Я продрал глаза. Щелкнул кнопку. Будильник заткнулся.
Хотел поваляться. Но тут же вскочил. Подъем, подъем. Нет времени валяться.
Ни Паши, ни Кольки так и нет. Не появились. Я умылся, привел себя в порядок.
Снова позвонил по номеру, оставленному Толей. Сказал ему адрес. Недалеко от универа. Коренев уверял, что там есть заброшенная стройка. Можно делать, что угодно.
— Давайте в час дня, — предложил я. — Только в это время успею.
Толя снова протестовал. Безуспешно. Я сказал, что раньше не могу.
— Ладно. Только возьмите все джинсовые костюмы, — попросил Толя. — Что есть у вас. Я хочу выбрать.
Ага, чтобы определить именно свой костюм. Видимо, у него есть приметы. Я осмотрел куртку. Вроде, ничем особо не отличается.
Хотя, вот отличие. На вшитой этикетке, помимо надписей о температуре стирки и глажке, рядом с цифрами изготовления, черной ручкой дописана буква «R».
Я снова упаковал костюм. Отправился в универ. Надо появиться там. Хотя бы ненадолго. Чтобы слишком не наглеть.
На первую пару не успел. Заскочил на вторую. Прослушал лекцию. Поучаствовал на семинаре.
Хоть и не знал материала, но заранее взял конспект. У одногруппницы Оли. Определил ее, как самую лучшую заучку. В очках и с кипой книг и тетрадей. Подарил ей духи «Ландыш серебристый». Отечественного производства. Завалялись у меня в шкафу.
Оля обрадовалась, как ребенок. Я так смотрю, косметикой она особо не пользовалась. Синий чулок. Другие девушки с ней не особо водились.
Зато, благодаря конспекту я хорошо выступил на семинаре. Препод, пожилая тетка, даже удивилась.
— Что же ты не часто приходишь, Орлов? — спросила она, ставя мне пятерку. — Я думала, ты двоечник и прогульщик. А ты, оказывается, знаешь предмет.
Я прижал руку к сердцу. Искренне ответил:
— Эх, Мария Павловна. Работа. Я ведь еще в типографии подрабатываю. В две смены. Осваиваю процесс производства, так сказать. На практике. Только официально не оформляют. Потому что допусков нет.