Искалеченная судьба (ЛП)

— Прямо здесь, — подтверждаю я и, скомкав её трусики в руке, засовываю их в карман. Я уверен, что позже они мне пригодятся, хотя прямо сейчас мысль о том, чтобы трахнуть себя рукой, когда передо мной тёплая, влажная, идеальная киска, кажется невозможной. — Я хочу попробовать тебя на вкус.
София стонет, запрокидывая голову, когда я провожу губами по её уже влажным складочкам.
  
— Ты уже влажная для меня, волчица, — рычу я, и она тихо смеётся в ответ.
— Я стала влажной, как только ты поцеловал меня, — признаётся она, задыхаясь.
— Хорошо, — говорю я, проводя языком между её складочками, раздвигая их большими пальцами, пока не добираюсь до центра. Там я начинаю кружить языком вокруг её клитора. Она издаёт беспомощный стон, откидываясь назад, её руки сжимают край стола, а ноги обхватывают мои плечи. Я зарываюсь в неё лицом, поглощая её, как самый сладкий десерт. На вкус она как мёд на моём языке, её возбуждение скользкое и текучее, когда я втягиваю её клитор в свои губы, посасывая и проводя по нему кончиком языка, пока у неё не перехватывает дыхание.
Она вскрикивает, когда я приближаю её к краю, её спина выгибается, бёдра прижимаются к моему рту, и она теряет контроль. Мой член становится твёрдым, как железо, и упирается в ширинку, пульсируя от желания оказаться внутри неё, но я полностью сосредоточен на её удовольствии и оргазме.
— Константин! — Выкрикивает она, выгибая спину, и я чувствую, как её тело сокращается, ощущаю её оргазм, когда она издаёт прерывистый стон, а бёдра дёргаются в конвульсиях. Я посасываю её клитор, растягивая удовольствие так долго, как только могу, задыхаясь от собственного возбуждения, когда она жёстко кончает на мой язык.
Когда я чувствую, что она начинает расслабляться, я встаю и тянусь за салфеткой, чтобы вытереть свои мокрые губы и подбородок. София начинает тянуться ко мне, её взгляд прикован к толстой, твёрдой выпуклости на моих брюках, но я качаю головой, отталкивая её.
Почему-то мне хочется продлить этот момент. Насладиться ощущением возбуждения, жаждой близости с ней. Отчасти это связано с тем, что я пытаюсь вернуть контроль над своими желаниями, но в основном потому, что я просто не хочу, чтобы это заканчивалось. В данный момент я жажду возбуждения больше, чем оргазма. Мне нужно то наслаждение, которое дарит мне София, то страстное желание, что охватывает меня.
— Мы идём гулять, — решительно говорю я ей, беря за руку и помогая встать со стола. София моргает, глядя на меня, и тянется, чтобы поправить юбку и стянуть её с бёдер.
— Куда? И... — она бросает взгляд на мои брюки, в карман которых я положил её трусики. — Мне нужно чистое нижнее бельё.
— В один из моих ночных клубов. Я хочу показать тебе один из бизнесов Абрамова. И нет, ты этого не сделаешь, — решительно говорю я ей, привлекая к себе. Она тихо вздыхает, когда её тело касается моего, и она ощущает, как я твердею. — Ты выйдешь на улицу прямо так, без трусиков. Я хочу, чтобы твоя киска была влажной всю ночь и была доступна для меня, когда я пожелаю. И… пока нет. — На мгновение я подставляю себя под её прикосновение, наслаждаясь сладкой пыткой ощущать, как её ладонь прижимается ко мне сквозь слои одежды, прежде чем оттолкнуть её руку. — Впереди ещё много ночи. Я буду внутри тебя до конца, София. Но сейчас я хочу насладиться тем, как сильно ты меня возбуждаешь.
Она издаёт ещё один тихий прерывистый стон, и когда она наклоняется, чтобы поцеловать меня, мой член пульсирует от осознания того, что она может ощутить свой вкус на моих губах.
— Пойдём. — Я прерываю поцелуй и веду её к двери.
Ночь в Майами – это настоящий праздник, наполненный теплом и солёным бризом с океана. Пока мы с Софией едем в центр города к одному из моих клубов, «Фламинго», воздух вокруг нас становится густым и сладким, словно сироп.
В пятницу вечером город полон жизни: яркие огни и толпы людей заполоняют тротуары, рестораны и клубы. Когда мы подъезжаем к «Фламинго», я передаю ключи парковщику и обхожу машину, чтобы помочь Софии выйти. Она выходит, поправляя волосы, и я снова ощущаю прилив желания, когда беру её за руку и веду мимо вышибал внутрь клуба.
Я слышу шёпот людей, которые уже выстроились в очередь, чтобы попасть внутрь: «это владелец? Кто эта женщина? Разве он не великолепен? Разве она не прекрасна?».
Но я знаю, что она принадлежит только мне. Она моя жена, моя София.
Ночной клуб – это место, полное энергии, настоящий живой организм в самом сердце Майами. Его элегантное промышленное пространство преображается благодаря тщательно продуманному освещению: темно-синие и пурпурные тона заливают толпу, а вспышки яркого белого подчёркивают темноту. Басы настолько мощные, что я чувствую их в своей груди, и каждый второй удар сердца отдаётся в моих рёбрах.
Я веду Софию через переполненный зал, моя рука лежит на её пояснице, пальцы касаются кожаного пояса её юбки. Когда мы проходим мимо, головы поворачиваются, и мужчины и женщины тянутся к ней, как мотыльки к пламени. И я снова чувствую прилив гордости и собственничества, зная, что она принадлежит мне.
Менеджер клуба, увидев нас, сразу же подбежал с выражением нервозного почтения на лице. Я понимаю, почему он так отреагировал: обычно я не прихожу без приглашения, хотя иногда заглядываю сюда в качестве сюрприза, чтобы убедиться, что всё идёт как надо. Но сегодня не один из таких вечеров: я здесь не для того, чтобы осматривать это место, а только чтобы показать его Софии.
— Мистер Абрамов, — произносит он, наклоняясь, чтобы быть услышанным сквозь музыку. — Мы не ожидали вас сегодня вечером. Пока мы разговариваем, ваша личная секция готовится.
Я киваю, довольный тем, как быстро он отреагировал на моё появление.
— Проследи, чтобы нас никто не беспокоил.
— Конечно, сэр, — отвечает он, указывая на лестницу, ведущую в мою личную VIP-зону, огороженную верёвками и с видом на танцпол, которая отделена от других VIP-зон для гостей. — Сюда.
Я смотрю на Софию, ожидая, что она последует за мной, но она удивляет меня, наклоняясь к моему уху. Её тёплое дыхание касается моей кожи, когда она говорит:
— Можем ли мы сначала потанцевать? — Спрашивает она, и её глаза блестят от возбуждения. Она оглядывается по сторонам, и я чувствую, как от её кожи исходит возбуждение. Это заразительно и пробуждает во мне желание. — Я хочу почувствовать музыку.
Я в сомнениях. В VIP-зоне безопаснее, там всё под контролем. На танцполе мы были бы на виду у всех, окружённые незнакомцами. Но её взгляд… этот чистый, искренний порыв к удовольствиям, невозможно игнорировать.
Перед ней трудно устоять. Хорошо это или плохо, но я понимаю, что эта женщина меня приручила. И что самое удивительное, я не расстраиваюсь из-за этого. Да, мне неловко. Я не знаю, как справиться с теми чувствами, которые она во мне вызывает. Но злиться?
Ни в коем случае.
— Хорошо, — соглашаюсь я, кивком отпуская менеджера. — Но держись поближе ко мне.
Её улыбка сияет, когда она берёт меня за руку и ведёт к центру танцпола. Толпа расступается перед нами, узнают ли они меня или просто чувствуют, что я представляю опасность, я не знаю, и это не имеет значения. Мы находим свободное место в центре извивающейся массы тел, и София поворачивается ко мне лицом.
Она начинает двигаться в такт музыке, и её тело словно наполняется идеальным ритмом. Её руки плавно скользят по бокам, на мгновение приподнимая волосы с шеи, прежде чем они вновь упадут на плечи тёмным каскадом. Её вид - раскованный, чувственный, полностью поглощённый моментом, вызывает у меня жар, разливающийся по венам.
  
Я придвигаюсь ближе, позволяя ей ощутить мою близость. Я прижимаюсь к ней, кладу руки на её бёдра и чувствую, как они двигаются под моими ладонями. Она улыбается мне, и порочный изгиб её губ говорит о том, что она точно знает, как влияет на меня. Она поворачивается, прижимаясь спиной к моей груди, и её попка нежно трётся о мою в такт музыке.
Моя рука нежно скользит с её бедра на живот, мягко двигая её тело и прижимая её к себе, пока мы танцуем. Тесное скопление людей вокруг создаёт ощущение уединённости, все слишком увлечены своим собственным миром, чтобы заметить нас. Я чувствую, как мой член наливается от близости к ней, как её полная, округлая попка трётся об меня, а покачивание её тела быстро возвращает меня к полной эрекции, такой же твёрдой, как и раньше, когда я ощущал её вкус на своём языке. Мой член болит, но это блаженная пытка, от которой я пока не готов отказаться.