Искалеченная судьба (ЛП)

Я замечаю, как Константин меняется, как только его ноги касаются земли. Клянусь, я вижу, как его плечи слегка опускаются, словно на них снова ложится тяжесть, как только мы выходим из самолёта.
Я предполагала, что курорт был не самым приятным местом для него, сначала местом, где он не хотел бывать, а затем местом, где готовилось несколько покушений. Но это без учёта всех часов, которые мы провели в объятиях друг друга и в постели, когда он, наконец, поддался тому, чего мы оба так хотели.
  
Я понимаю, что те часы были настоящим блаженством, когда Константин наконец-то позволил себе расслабиться, наконец-то позволил себе просто быть. Он достиг того, чего желал, и наслаждался чувством удовлетворения. И теперь, когда мы идём к ожидающему нас таун-кару, я вижу, как он вспоминает о своих обязанностях. О том, кем он был, когда не был моим мужем.
Когда я вижу, как напрягаются и опускаются его плечи, а выражение лица становится жёстким, а улыбка исчезает, сменяясь суровой маской наследника Братвы, у меня что-то сжимается в груди. Для меня это привычное изменение, я сама так поступаю, когда вживаюсь в роль убийцы или той, кого мне нужно изобразить на задании. Я никогда не бываю просто Валентиной Кейн на задании, и мне редко удаётся быть ею в обычной жизни.
Я никогда не задумывалась о том, что, должно быть, чувствует Константин. Как редко ему удаётся быть самим собой. Когда я впервые встретила Константина, мне было не так уж интересно узнать его. Но за те часы, что я провела с ним наедине на курорте, когда его стены рухнули и мы оказались в уединении, мне понравился мужчина, которого я увидела. Мне бы хотелось узнать его поближе, но в то же время я знаю, что для нас обоих будет лучше, если я этого не сделаю.
В конце концов, это только усложнит ситуацию.
Мы молча едем в его пентхаус. Константин погружен в просмотр сообщений на своём телефоне, а я прячу свой в сумочке. Сейчас не время отвечать на звонки Кейна или объяснять Константину, кто мне звонит. Последнее, что мне нужно, это чтобы он увидел экран, если позвонит Кейн. Я смотрю на проплывающий мимо знакомый городской пейзаж и не могу не думать о том, как странно не возвращаться в особняк Кейна.
Я никогда не возвращалась домой с задания, чтобы не направиться сразу туда. Но, конечно, эта миссия ещё не закончена. Впервые работа привела меня обратно домой.
Я никогда прежде не убивала в этом городе. Мне сложно понять свои чувства от того, что я начинаю этот путь, оставляю за собой кровавый след, который, вероятно, никогда не смогу забыть, в месте, которое должно было стать моим убежищем. Но, конечно, у меня нет выбора. И вполне возможно, что моя конечная цель, - убийца моей семьи, находится где-то здесь, в Майами. В конце концов, я всё равно должна убить кого-то в этом городе, несмотря ни на что.
Пентхаус Константина расположен в сверкающем небоскрёбе с видом на залив Бискейн. В вестибюле здания, мраморные полы, и для доступа к лифту требуется карточка-ключ для проезда на верхние этажи и специальная карточка для доступа на уровень пентхауса. Мои каблуки стучат по мраморному полу, когда я следую за ним к позолоченному лифту. Константин нажимает кнопку, пропускает меня вперёд и опускает изящную серебряную карточку в соответствующий паз.
Как только мы вошли в здание, я заметила, что напряжение немного отпустило его. Похоже, он чувствовал себя здесь как дома. Я ощутила укол вины, потому что, скорее всего, именно здесь я в конечном итоге его убью. Но, возможно, это именно то место, куда он хотел бы попасть.
В лифте витал аромат лимонов и цветов, напоминающий мне прихожую особняка Кейна. Я почувствовала боль в груди, тоску по дому, которую не ожидала ощутить. Мне захотелось вернуться к привычной рутине, которая сопровождала меня, когда я приходила домой: зайти в особняк, где провела большую часть своей жизни, вдохнуть знакомый аромат, поговорить с Розой, а затем подняться наверх и принять душ в своей комнате.
Раздался сигнал вызова лифта, и Константин вывел меня в коридор с деревянным полом и единственной дверью. Он поднёс карточку-ключ к замку, и замок с щелчком открылся.
— Добро пожаловать домой, — сказал он с улыбкой, открывая дверь, чтобы я могла войти первой.
Я не новичок в красивых домах, но его пентхаус действительно впечатляет. Первый этаж представляет собой открытую планировку с захватывающими видами на горизонт, а его расположение настолько близко к воде, что с трёх сторон я могу видеть только океан через огромные стеклянные окна от пола до потолка.
Здесь всё сделано из стекла и стали, а мебель выполнена в белых и серых тонах с едва заметными голубыми вкраплениями. Я медленно подхожу к одному из окон, глядя на океан с лёгким чувством благоговения. В своей жизни я видела много мест, которые вызывали у меня подобные чувства. Но сейчас я чувствую себя иначе. У меня сжимается грудь, и я слышу, как Константин подходит ко мне сзади.
Дом. Это не мой дом и никогда им не будет. Но ради Константина и ради нашей миссии я должна притворяться, что мне здесь хорошо. Как будто я в восторге от того, что нахожусь здесь, вместо того чтобы чувствовать лёгкую тошноту от предательства, которое, кажется, становится всё сильнее с каждым днём.
— Здесь чудесно, — шепчу я, и это действительно так. Это великолепное место. На мой взгляд, интерьер немного напоминает номер в элитном отеле, с его минималистичным стилем. Но в целом здесь всё очень красиво, а вид из окна просто потрясающий.
— Твоя красота озаряет это место, — шепчет Константин, нежно касаясь моего затылка и убирая волосы в сторону. Я вздрагиваю от его прикосновения, чувствуя, как моё тело мгновенно реагирует на его близость.
Его губы находят то место, где только что были его пальцы, и я на мгновение представляю, как он прижимает меня к стеклянному окну, срывает с меня одежду и овладевает мной, наслаждаясь видом океана, открывающимся перед нами. Однако у Константина другие планы.
— Я могу показать тебе второй этаж, — шепчет он, нежно касаясь губами изгиба моего плеча. — Например, спальню. Или я могу отвести тебя на крышу. Там есть бассейн, который полностью наш. Частный доступ только для пентхауса.
Мысль о том, что мы могли бы сделать на крыше, под открытым ночным небом, когда вокруг нас простирается океан, заставляет моё сердце биться быстрее.
— Мне нравится второй вариант, — шепчу я, запрокидывая голову и поворачиваясь, чтобы прикоснуться губами к его губам. Его губы изгибаются в улыбке, и он берёт меня за руку, ведя к двум дверям, которые ведут на балкон первого этажа.
С балкона поднимается лестница, ведущая на крышу. Он пропускает меня вперёд и следует за мной до самого верха. Как только я оказываюсь там, у меня перехватывает дыхание от открывшегося вида.
Вид отсюда открывается потрясающий. Бассейн занимает треть крыши, простираясь до самого её края, словно бесконечный водный мир. Тёплый ночной бриз Майами, обдувая тёмные круги воды у края крыши, заставляет меня с трудом сглотнуть, поворачиваясь по кругу и наслаждаясь этим зрелищем. Вдоль бассейна расположены шезлонги, гидромассажная ванна, бар, камин в одном конце и стулья вокруг него, но, честно говоря, всё, на что я действительно могу смотреть, это бассейн.
— Думаю, мой купальник всё ещё упакован, — тихо говорю я, и Константин, усмехаясь, подходит ко мне сзади. Его пальцы скользят по моим плечам, спуская бретельки моей майки.
— Здесь, наверху, — бормочет он, — тебе вообще не нужно ни в чём плавать.
Константин наклоняется и стягивает с меня майку, оставляя обнажённой до пояса. Мои соски мгновенно напрягаются, несмотря на тепло ночи, и я чувствую, как его ладони скользят по моим грудям, обхватывая их, его большие пальцы поглаживают тугие вершинки, когда моя голова откидывается ему на плечо.
  
— Вот и всё, волчица, — шепчет он мне на ухо грубым голосом. — Это приятно, не так ли? Скажи мне, насколько это приятно.
— Это приятно... — У меня перехватывает дыхание, когда он сжимает мои соски большим и указательным пальцами с каждой стороны, слегка перекатывая их, пока я не начинаю сомневаться, смогу ли закончить предложение. — Это так приятно. О боже... — Я делаю глубокий вдох, выгибаясь к нему спиной, и чувствую, как его твёрдый, толстый член прижимается к моей заднице.