Предназначение. Книга 1. Часть 4

– Госпожа магесса, – отец, наконец, перестал смотреть на своего друга и обратил внимание на нас, но его голос был настолько хриплым, что я вообще его еле-еле понял, – я тоже останусь!
Это, судя по тону, была совсем не просьба, однако, госпожа Дина задумалась на несколько мгновений, а потом согласно тряхнула головой.
– Хорошо! – и вдруг, озорно стрельнув глазами и улыбнувшись, закончила:
– Только никакой выпивки!
Отец, выпучив от удивления глаза, машинально кивнул.
– Да! – как будто только что вспомнила, продолжила госпожа Дина. – И баб чтобы тоже не было! Ему еще рано так напрягаться – и выпивка, и бабы – это будет перебор! Все ясно?!
Отец понял, что госпожа магесса шутит и его отпустило то напряжение, в котором он пребывал с тех пор, как мы въехали в стойбище и увидели встречающих нас орков. Лицо его разгладилось и как-то помягчело, он глубоко вздохнул и вдруг склонил голову.
– Спасибо вам!
– Спасибо скажешь на следующее утро после вашей совместной пьянки, когда я, так уж и быть, снабжу тебя эликсиром от похмелья! – госпожа Дина лихо подмигнула ему и вышла из шатра.
– Зерт, проводи магессу, а то она даже не знает, где мы устроились, а мне нужно переговорить с отцом! – тихим голосом распорядился я, и орк, не став возражать, исчез из шатра.
– Пап, – не стал я тянуть время, потому как мне в голову пришло несколько интересных мыслей. Отец поднял голову. – Пап, наши все устроились, я проконтролировал. Тебе что-нибудь нужно?
Отец секунду подумал, а потом просто покачал головой.
– Ну, может, поесть, а то чего, уже вечер, а нормально мы ели утром? – настаивал я.
– Да, я думаю, что меня здесь покормят, – он повернулся к стоящим и что-то негромко обсуждающим между собой оркам. – Что, Красный Лист, покормите меня?
Из толпы орков выступил, ну очень старый орк, во всяком случае, если судить, по оставшимся немногочисленным седым волосам, заплетенным в тонкую косичку, спускающуюся почти до пола и лицу, даже не покрытому, а изборожденному морщинами, настолько их было много и так глубоки они были. Но, при этом, спина его была прямой, осанка, воистину, величественной, а речь нетороплива и тверда.
М-да, наличие настолько длинных волос у орка я увидел впервые, поэтому был сильно удивлен! Настолько сильно, что мой рот приоткрылся. Да, чего уж там – рот у меня открылся широко!
Но старик сделал несколько шагов, аккуратно, своим морщинистым пальцем, поднял мою нижнюю челюсть так, что мои зубы даже не клацнули, и только потом повернулся к отцу.
– Я понимаю, что тебя прозвали Шутником, но это очень плохая шутка была! – речь орка была полна достоинства и сдерживаемой обиды. – Конечно, мы тебя накормим! Побратиму Гиба Весельчака отказа в нашем стойбище не будет ни в чем!
– Прости, Красный Лист, я не хотел тебя обидеть, – покаянным тоном повинился батя, – я просто хотел показать моему младшему сыну, что ему волноваться за меня не нужно!
Во время этой короткой речи орки, все, как один, повернули головы в мою сторону и начали с непонятным мне интересом, не стесняясь, разглядывать меня. Не то, чтобы это как-то напрягало, но вот смущало меня изрядно. Я им что, картина какая-то, что ли?
– Так значит, ты младший сын Шутника? – так же степенно и неторопливо обратился ко мне старый орк.
– Ну, да, – растерянно произнес я.
«Интересно, чего они от меня хотят? Ну, посмотрели, и хватит, чего еще разговоры разговаривать? Если им от нас что-то нужно, вполне могут договориться с отцом, я-то им зачем?» – промелькнула в голове заполошенная мысль.
– А скажи мне, младший Здор…
«О, как! – отметил я. – Они и фамилию нашу знают!»
– … сколько тебе сейчас полных лет? – неторопливо продолжил задавать вопросы старик.
– Десять! – ответил я и вопросительно посмотрел на отца. – Но уже скоро одиннадцать!
– Раст, Красный Лист – Старший шаман этого стойбища и Главный…
Старый орк, повернувшись к отцу, резко взмахнул рукой.
– Довольно! – резко оборвал он отца и тот послушно умолк. – Лишние знания вызывают печаль и головную боль!
 
Старший шаман вновь повернулся ко мне.
– А скажи мне, сын Шутника, ты уже проходил проверку на обладание магическим даром, которое у вас, людей, проходят, как раз, если мне не изменяет память и ничего не изменилось, как раз в десять лет?
– Ну, проходил, – осторожно, голосом, полным подозрений, ответил я.
Сейчас я вступал на очень узкую тропку и нужно быть предельно осторожным.
– И что показала проверка? – каким-то ехидным тоном осведомился Старший шаман.
– Да, ничего! Нет у меня дара! – я постарался придать голосу больше уверенности, хотя, с другой стороны, я же не врал! По результатам проверки дара у меня не обнаружено, причем, совсем-совсем! Проверяющие на меня смотрели с такой жалостью, как будто смертный приговор мне оглашали!
Я тогда еще разозлился на них и именно тогда я и решил, что стану маршалом и утру нос этим заносчивым магам-хренагам! Я правда до сих пор не знаю, что это за слово – «хренагам», но оно хорошо подошло в рифму!
И вот теперь, старый шаман, изучающее смотрит на меня, и чем дольше он смотрит, тем шире расползаются в усмешке его губы.
«Вот, не понял, а что такого веселого он на мне увидел?»
На всякий случай, я быстро осмотрел себя, а то, кто его знает, может у меня что-нибудь непристойное вывалилось наружу, а я и не заметил? Да нет, вроде, все нормально! А чего он тогда?
Старик явно заметил мои душевные метания, но просвещать меня не спешил. Вместо этого, он вытащил из толпы еще какого-то старого орка и что-то пошептал ему на ухо. Тот тоже уставился на меня. Это уже начинало нервировать, поэтому я посмотрел на отца, ожидая от него хоть каких-нибудь знаков. Но отец просто с интересом переводил свой взгляд с орков на меня и обратно.
Нет, ну а мне-то что делать?! Я же должен как-то на все эти смотрины реагировать?!
Наконец, второй старик, видимо насмотревшись на меня, отвел свой взгляд и, повернувшись к своему Старшему, энергично кивнул головой. Старший выпятил нижнюю губу и в задумчивости схватился за нее пальцами.
Я, нарушая установившуюся в шатре тишину, заржал!
Нет, не подумайте чего плохого, но эта задумчивая поза была настолько уморительна, что я не выдержал! А еще, при этом, моя буйная фантазия дорисовала вторую руку орка, уютно расположившую указательный палец в носу, и я просто не сдержался!
Орки с удивлением смотрели, как я ржал, покачиваясь при каждом новом приступе смеха. Наконец, минуты через две такого безудержного смеха, я начал успокаиваться и, через некоторое время, уже смог, попытавшись вложить в свой голос нотки раскаяния, более-менее разборчиво прохрипеть:
– Простите, смешинка в рот попала!
Старший шаман ничего не сказал, только выразительно приподнял левую бровь и укоризненно покачал головой, а потом и вовсе повернулся к отцу.
– Шутник! – вот же человек! Точнее, орк! Над ним сейчас несколько минут ржал какой-то сопливый мальчуган, а он все так же невозмутим и его речь спокойна. – Я хочу, чтобы завтра, до той пьянки, которую вы с Весельчаком называете пиром, ты и твой сын навестили меня. У меня есть к вам разговор.
И он требовательно посмотрел на отца. Тот согласно склонил голову.
– Как скажешь, Красный лист! – подтвердил он.
Старик, не знаю, может, от радости, хлопнул в ладоши, потом повернулся ко мне.
– Ну, что ж, Раст, – он, усмехаясь, смотрел на меня, – приятно было познакомиться! Должен сказать, что твое появление сегодня было очень своевременным, – он сделал паузу, я склонил голову, признавая, что похвалу я принимаю, – ну, а теперь, до завтра!
 
Дурак бы догадался, что меня просто выставляют из шатра, но… с другой стороны, делать мне здесь больше нечего, а чем интересным можно заняться, пока еще не стемнело, я уже придумал!
И нет, это была вовсе не верховая езда! Вспомнив об обещании Зерта, я содрогнулся, но потом подумал, что орк, наверняка, закрутится в заботах и просто забудет об этом.