Туманная техномагия (СИ)

Ну и наконец, как вариант, обратиться за помощью к кому-то из преподавателей Хогвартса — а тут уже всплывал фактор личных отношений и успехов в учёбе, чем многие желающие похвастаться отнюдь не могли.
Был ещё один неявный вариант — обратиться с просьбой напрямую к самой Астории. Она могла переподключить домовика от Хогвартса к магу напрямую, без всяких там ритуалов и множества дополнительных условий. Но ей это зачем надо? В таком случае, ей же просто не дадут прохода все жаждущие халявы ученики Хогвартса. Выставлять каждому свой персональный счёт? Деньги её не интересовали, а информация? Ожидать от обычных маглорождённых какой-либо ценной информации, вот прям сейчас, было наивно, а тратить личное время и ресурсы в расчёте на возможный результат когда-то потом… Тогда или домовик ей всё доложит при необходимости, либо это вообще не будет её волновать. Так что — нет, кто сумеет сам решить все возникающие проблемы на пути своего желания — тот молодец. А если нет… Значит, такой маг и ей малоинтересен.
Поэтому она молчала в тряпочку, просто с любопытством наблюдая за всеми этими суетливыми телодвижениями учеников и разыгрывающимися сценками, когда «неудачники» осаждали «счастливчиков» с просьбами раскрыть секреты.
Вот что действительно стало для неё неожиданностью, так это то, что Поттер, невзирая на явное недовольство и шипение Грейнджер, решился взять себе домовика — пресловутого Добби, с которого всё собственно и завертелось. Правда там чуть не произошёл прокол, когда Добби предложили пройти у Астории оптимизацию личностной матрицы, то он почему-то чрезмерно возбудился и стал орать, что всё расскажет Гарри Поттеру, а тот уже всем покажет. Астория только начала прикидывать как бы его утихомирить и успокоить без особого членовредительства, когда другие домовики, под предводительством Линки, мгновенно набросившись, скрутили орущего, брыкающегося Добби и куда-то уволокли, вернув минут через двадцать тихого и спокойного, правда, несколько потрёпанного и согласного уже на всё. После обработки его матрицы, Астория поинтересовалась у Линки, что они с ним там делали.
— Флагман, поверьте, не стоит вам забивать этим ядро. Обещаю, больше таких происшествий не будет… — отвела та глаза.
Астория не стала настаивать, главное — достигнутый результат. Да и показать своё доверие Линки было не лишним. Всё же домовушка очень старалась быть полезной.
Был, правда, ещё не особо приятный разговор с Дамблдором, где тот в своей манере, велеречиво и обтекаемыми фразами вроде как пытался принести ей извинения за процедуру отбора чемпионов и свою роль в ней. Ей так и слышался фоновый напев: маразматик старый, совсем сдал, плохо реагирую на внезапные вести, да и разум подводит. Не будет же такая многообещающая ученица беспричинно злиться на своего старого, уставшего от жизни директора, раз для неё всё хорошо закончилось?
И выслушивать эти напевы в различных вариациях в течение доброго получаса. Она чуть было не предложила директору Хогвартса помощь в прекращении его мучений и избавления от всех жизненных проблем. Пусть только завещание напишет… Для потомков… Если они есть.
Но сдержалась. Правда, с трудом. И не поверила Дамблдору ни на грамм. Слишком уж искусно были построены извинения и жалобы на жизнь. Действительно, так и хотелось согласиться с незначительностью инцидента и пожалеть уставшего от жизни и громадной ответственности старика.
Вот только директор регулярно присутствовал ещё и на заседаниях Визенгамота, о которых публиковали обзоры в «Пророке», и там директор представал отнюдь не старым, уставшим от всего маразматиком, а весьма жёстким и расчётливым политиком. Тут он совершил прокол. Но когда это обычные ученики проявляли интерес к описанию скучных и непонятных дебатов о законопроектах, а затем ещё и анализировали ситуацию с разных сторон? Привычка недооценивать учеников оказалась сильнее разума директора, знавшего, что перед ним сидит предполагаемая Видящая. Не знал маг и о её способности считывать микрореакции мимики его лица прямо сквозь бороду, а с тела дистанционно снимать биение пульса, температуру и ещё нескольких других показателей, то есть работать простеньким детектором лжи.
 
Но нельзя было сказать, что время она потратила совсем впустую. Она тоже умела играть в подобные игры, и уже встречными завуалированными наводящими вопросами быстро для себя прояснила, что Дамблдор ко вбросу её имени в Турнирный Кубок действительно непричастен. Просто сходу попытался использовать сложившуюся ситуацию для каких-то своих будущих планов. Его подвела реальная неготовность к такому повороту событий, так что его слова о некой растерянности, отчасти, имели отношение к истинному положению дел. Хотя, касаемо Поттера такой уверенности уже не было, но она специально не акцентировала на этом своё внимание, так затронула краем в рамках «беспокойной солидарности», что соответствовало ожиданиям директора от неравнодушной ученицы факультета Гриффиндор. А так, спасение утопающих — дело рук самих утопающих, а не отдельно взятых кораблей Тумана.
Ну что же, сейчас Дамблдору повезло. Тем не менее, в базу претензий к директору добавилось ещё несколько строчек кода.
По итогу встречи было достигнуто некое негласное «перемирие». В качестве компенсации за свой «длинный язык», Дамблдор пообещал ей, что лично попросит профессора ЗОТИ позаниматься с ней внеурочно и, если она не возражает, тот присмотрит за ней вне Хогвартса, во избежание различных эксцессов. Пусть только она заранее предупредит о намерении покинуть замок.
Нет, он не сомневается в своей ученице и в том, что она сможет отбиться от всяких там придурковатых неудачников, но сама репутация Грозного Грюма способна отпугнуть очень и очень многих. Ведь самый лучший бой — это бой несостоявшийся.
С этим утверждением можно было поспорить — та же Рада от такой трактовки пришла бы в форменный ужас: как это, избегать драки?!
Поэтому Астория сначала было хотела отказаться: ну не видела она пока здесь магов, могущих представлять для неё серьёзную угрозу. Но, немного поразмыслив, решила всё же согласиться. По всему следовало, что если такое нападение и будет, то в первую очередь попытаются убрать её «охрану», дав ей тем самым пару лишних секунд на подготовку. Да и это её согласие немедленно полностью удовлетворило директора, заставив его прекратить утомительную словесную эквилибристику и напоившего её, наконец-то напоследок, очередным чайным изыском, отпустив из своего кабинета на волю.
***
— Мисс Кливленд, не уделите ли вы нам толику Вашего бесценного внимания?
В коридоре её перехватили, по другому и не скажешь, несколько слизеринцев.
— Если не сильно долго, я спешу.
Она было напряглась, ощутив как из соседних коридоров подтягиваются небольшие группки других учеников факультета Слизерина. Перекрывали другие линии маршрутов? Но никто не проявляет явной враждебности, выражения лиц вполне нейтральные, местами даже дружелюбные, палочки на виду не держат. Но долго ли выхватить?
— Не волнуйтесь, мы просто хотим поговорить приватно, без свидетелей. Наша договорённость в силе, свидетельствую своей честью, — это подошёл Кассиус Уоррингтон, демонстративно держа пустые руки перед собой и заметивший её пристальный оценивающий взгляд, прошедшийся по окружавшим её зелёно-серебристым ученикам.
— Все сразу и прям здесь? Может ещё митинг устроим, флаги и транспаранты все захватили?
Хотя Кассиус недовольно нахмурился на её сарказм, но, тем не менее согласно кивнул, признавая её претензии. Короткий жест — и большая часть учеников Слизерина дисциплинировано рассеивается по коридорам Хогвартса. Рядом с ней остался только сам Уоррингтон и ещё пятеро слизеринцев.
— Двое. Выберите двоих, или я ухожу.
На самом деле ей было без разницы сколько там у неё может быть потенциальных противников, но, как показывала практика, чем больше людей участвует в переговорах, тем менее продуктивным получается итог.
После недолгого раздумья и горячего краткого совещания представителей Слизерина, остался Уоррингтон и, как ни странно, извечный идеологический противник Поттера — Драко Малфой.