Туманная техномагия (СИ)

Но именно против неё это заклинание было почти бесполезно, ибо её функционирование базировалось не на электромагнитных, а на квантовых взаимодействиях, которым было плевать на все стазисы. Максимум, чем оно ей грозило, это краткосрочное отключение ядра (стазис, всё же) и временная потеря управления аватарой. И то, не факт. Она подняла руку.
Грозный Глаз, до того вещавший о неотвратимости смерти от воздействия этого заклинания, удивлённо замолк, глядя на решительное выражение лица Астории.
— Да, мисс Кливленд?
— Сэр, но ведь оно легко блокируется почти любым предметом или материальной преградой. Я не понимаю, чего его так все боятся? Смерть, она всегда смерть - и не имеет значения, от чего она наступила. Ведь, насколько я знаю, существует множество способов гарантированно убить цель другими заклинаниями и методами, и эти самые возможности совсем не относятся к классу запрещённых.
Грюм достаточно долго молчал, пристально глядя на ждавшую ответов Асторию. Затем выдохнул, тяжело оперевшись руками на стол.
— Я не буду спрашивать, откуда у вас эта информация. Видимо, в Америке образование ведётся немного по другим принципам, чем у нас, но поясню для присутствующих. Да, формально вы правы - человека можно убить множеством способов. Да что там говорить - обычное заклинание шинковки овощей, которое повсеместно используют домохозяйки, прекрасно пошинкует на кровавые ломтики и оппонента, надо только чуть силы добавить. А заклинание подогрева пищи? Направьте его прямо в глаза своего противника, и вы получите запечённые зенки врага в собственном соку! — часть учеников побледнела, представив эту картину. — Но вот от этих заклинаний у вас всегда есть шанс защититься, выжить, восстановиться. От попадания авады — нет! Она пройдёт сквозь любую вашу защиту. И да, как верно вы заметили, единственное, что может её остановить — это материальное препятствие. Поэтому никакой более-менее опытный маг не будет кидаться авадами в лесу среди деревьев. Есть и ещё одно ограничение — его могут применить только очень сильные маги. Если кто-то из вас достанет сейчас свою палочку и произнесёт, направив на меня, «Авада Кедавра» - то я сомневаюсь, что у меня даже насморк появится. Мисс Кливленд, немедленно отложите палочку!!! Хорошо! Но мы отвлеклись. Моя задача не обсуждать сейчас с вами достоинства и недостатки запрещённых заклинаний, а продемонстрировать их воздействие, чтобы вы знали, к чему быть готовым. Ещё пять баллов Гриффиндору.
Он выпрямился, извлёк из кармана своей куртки плоскую фляжку и приложился к ней, сделав пару глотков.
— Продолжим, — он совсем неаристакротично вытер губы обшлагом куртки. — Кто скажет мне следующее запрещённое заклинание? Хм, давай вот ты... — Грозный Глаз указал пальцем на пухленького мальчика с дрожавшими губами, но упрямо тянувшего вверх руку.
— К-к-круцио… — выдавил тот с силой из себя.
— Ты Невилл Долгопупс? — зачем-то уточнил Грюм, не так давно делавший перекличку.
Мальчик молча кивнул.
— Тогда понятно... — хмуро обронил профессор, но не стал ничего пояснять, а просто достал из банки второго паука.
— Итак, заклятие Круциатус! — произнёс Грюм, одновременно кладя паука на стол. — Для того, чтобы вы ясно увидели, в чём заключается его воздействие, мне придётся увеличить этого паука. Он направил на него свою волшебную палочку и произнёс: — Энгоргио!
Паук раздулся и стал размером почти с маленького акромантула. Рональд Уизли, в панике, резко отодвинулся вместе со стулом подальше, пока не упёрся спинкой в стол сзади.
Грозный Глаз снова поднял волшебную палочку, направил её на паука и еле слышно прошептал:
— Круцио!
Тотчас же ноги паука подогнулись, он упал, перевернулся на спину и начал биться в судорогах. Он не издавал ни единого звука, но, без всякого сомнения, если бы был одарён даром речи, то кричал бы сейчас во всё горло. Профессор не отводил свою палочку, и паук дёргался с каждой секундой всё сильнее и сильнее.
— Прекратите! — пронзительно крикнула Гермиона, зачем-то зажав уши.
 
Грюм недовольно нахмурился, но послушно отвёл вверх свою палочку. Измученный паук облегчённо раскинул в стороны свои лапы, продолжавшие всё ещё слегка подёргиваться.
— Редуцио, — пробормотал преподаватель, и паук ужался до нормальных размеров, после чего его вернули назад в банку.
— Боль... — тихо проговорил он. — Не нужно вбивать гвозди под ногти, не нужно иметь арсенал пыточных инструментов. Просто наложите заклятие Круциатус… Оно тоже было когда-то довольно популярно у гвардии Тёмного Лорда.
Астория озадачилась. Это воздействие относилось к классу низкоэнергетических. Оно наводило в нервных окончаниях живого организма паразитные импульсы, которые и вызывали чувство пронзительной боли и дискомфорта по всему телу. И заклинание было идеально рассчитано именно против людей - на животных оно тоже, естественно, действовало, но несколько хуже из-за разницы в структурах нервных волокон. Правда, пауку от этого легче не стало. И опять-таки, против неё это заклинание полностью бесполезно - нет у неё никаких нервных окончаний. Но сама идея весьма интересна: если её немного доработать, то получится очень неплохое средство выведения из строя сенсорных комплексов.
— Хорошо, два заклинания вы уже увидели. Кто теперь назовёт третье, последнее?
В классе настала тишина. Ученики, шокированные демонстрацией предыдущих двух заклинаний, уже не проявляли былого энтузиазма. А извечно вытянутую руку Грейнджер Грюм полностью игнорировал.
— Мисс, вы уже отвечали. А сейчас мне ответит… Ответит… Вот ты!
Палец Грозного Глаза уткнулся в Рональда Уизли.
— Думаю, ты должен быть в курсе, раз твой отец работает в Министерстве.
— Вы… Вы, наверное, говорите об «Империо»?
— О, да! — сказал Грюм. — Когда-то, с его помощью, здорово насолили министерству — это заклятие Империус!
Из банки был извлечён третий, не пострадавший паук, и усажен на стол.
— Империо!
Суетливо дёргающийся, никак не могущий выбрать, куда ему бежать, паук мгновенно замер. Запрыгнул на подставленную руку Грюма. Затем, выпустив из своего брюха паутинку, прикрепил её к пальцу профессора и закачался на ней, как на качелях. Вновь прыгнул на стол, и приподнявшись на задние лапы, сплясал чечётку.
Ученики радостно засмеялись. Последнее заклинание выглядело совсем нестрашным, по сравнению с предыдущими двумя. Не смеялись в классе только двое: сам Грюм и Астория.
— Смешно, да? А теперь представьте, что я заставлю всё это проделать вас - и без всякого вашего на то желания.
Смех в классе мгновенно утих.
— Полный контроль, — тихо проговорил профессор. А паук, между тем, свернулся в клубок и начал вновь и вновь кувыркаться по столу. — Я могу заставить его выпрыгнуть из окна, утопиться, залезть в рот одному из вас… Не так уж давно множество колдунов и колдуний жили под действием заклятия Империус, — продолжил он. — Министерству здорово тогда пришлось попотеть, пытаясь выяснить, кто действовал под заклятием, а кто — по своей собственной воле.
Он обвёл класс тяжёлым взглядом.
— Но заклятию Империус можно противостоять, и я научу вас это делать. Правда, не всякому это дано. Человек должен обладать необычайной силой воли, а она есть не у каждого. Так что предпочтительнее не подставляться под это заклятье, если это возможно. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!!! — рявкнул он, и класс вздрогнул.
— Три запрещённых заклинания. Применение магом любого из них к человеку, автоматически выписывает ему пожизненный билет на славный курорт «Азкабан». Так что, вот с чем вам предстоит иметь дело. И моя задача — научить вас с этим бороться. Вы должны быть наготове. Вы должны быть вооружены. Но самое главное - вы всегда, каждую минуту, должны быть начеку. Ни на минуту непрекращаемая бдительность! А теперь, вытаскивайте свои перья и пишите…
До конца урока он диктовал ученикам сведения о признаках применения этих заклятий и как их распознать, при этом старательно избегая практических особенностей их наложения. Астория тоже писала, чтобы не выделяться из общей массы, хотя всю картину необходимых воздействий она сумела считать и была почти стопроцентно уверена в своей способности наложить данные заклинания.