Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)

Он удивился. По глазам видела, склонив голову набок, глянул в зеркало на катер кендалиек.
— Я думал, что действительно безразличен тебе, а, выходит, изучала и наблюдала за мной? Да, Петуния?
— Да, — важно кивнула. — Ты мне нравишься, Лукер. Очень нравишься. Но… В общем, делай, что задумал.
  
Глава 63
 
Яркие лучи слепили глаза. Не выдержав, я включила режим тонировки стекла, но это особо не спасало.
  
Местное светило, пробиваясь сквозь рваные клочья разрозненных серых туч, бросало косые дрожащие лучи на мир, который, казалось, просто перевернули с ног на голову. Ха… Тьма непролазная? Возможно, еще три дня назад квадрат «34А» таковым и являлся, но сейчас — уже нет.
Совсем нет.
То, что предстало перед моими глазами, иначе как буреломом не назовешь.
— М-да, — Лукер так же, как и я, осматривал местность. — Здесь, похоже, еще веселее, чем у нас было.
Он указал мне на вывернутые с корнями гигантские деревья. Падая, они ломали все, за что цеплялись. Удручающая картина.
Огромные стволы, утонувшие в подсохшей грязи, обломки ветвей, грязные разорванные листья размером с человека. Прижатые ими хищные цветы с изломанными стеблями. И в довершение словно осколки разбитого зеркала, блестели лужи, отражая искаженное хмурое небо.
— Интересно, здесь можно найти что-нибудь ценное? — задумчиво протянул Лукер. — Передвигаться на своих двоих по земле опасно. Но раз уж прилетели, то с пустыми руками возвращаться как-то не хочется.
Промычав в ответ, я забралась в каталог хищных видов Ялвиры и, введя нужный квадрат, пролистывала карточки описанных растений.
Лукер, одобрительно на меня взглянув, продолжил осматриваться.
— Братец, — долетело до нас по связи, — чуть дальше видим горельник. Пылало знатно. Что скажешь, сворачиваем или летим за него?
— Петуния ищет по своим умным справочникам, чем здесь поживиться можно, — ответил Лукер. — Ждем ее решения.
Я же, как назло, не могла налистать ничего достойного. Ну, растений-то много, но мне нужно было нечто редкое. Ценное.
Краснокнижное — как сказали бы в родной системе.
Так что я яростно листала, пока не остановила свой взор на кое чем любопытном.
— Ты шутишь? — выдохнул мой орш, но я покачала головой.
— Зачем тебе это? — он приподнял бровь.
— Для разнообразия, чтобы продемонстрировать, что есть и такие формы хищников.
— Если там какая-нибудь гадкая пакость, нам пока не говори, брат, — из динамиков послышался стон Дупела. — Эти же особы за тем же полезут.
— Нет, близняшек мы потеряем здесь, и без возражений.
В первом катере недовольно засопели. Но перечить Лукеру никто не стал.
Я вообще заметила странность в поведении братьев. Конечно, другая раса и менталитет. Но мне казалось необычным, как парни легко подстраивались друг под друга. Там, дома на Залфа, главным был муж моей младшей сестренки Лилии — Нум. Его слово было равно что закон.
Второй по весу, если вообще можно было так выразиться, Лэксар, супруг Астры. Лукер же никогда не проявлял желания покомандовать. Я считала его эдаким гулякой по жизни, на которого вечно пытались шипеть старшие братья. То же самое и с Мити и Дупелом, да и Кирроси с Даламом — ну разгильдяи же все как один. Да хотя бы Риме взять. Чего он стоил. Он или в рейсе был, или кутил где-то по злачным местам все с теми же сакали.
Но здесь, на Ялвире, они, как хамелеоны, вдруг стали серьезными и собранными, опасными и хитрыми. И если раньше, представляя того же Дупела опасным наемным убийцей со снайперским бластером в руках, я начинала хихикать, то сейчас…
Растерев шею, я бросила взгляд на Лукера.
— Говори, — он заметил мое внимание.
— Почему дома вы были другими?
— Хм, — он нахмурился, видимо, не сразу поняв, что и как. Но смекнув, тихо рассмеялся. — Потому что там можно быть расслабленным. Там ты в кругу своих. Есть старшие, а в семьях оршей и сакали строгая иерархия. Здесь старший я, так как капитанский китель при мне. Но если его снять, то… а вот угадай, кому я перечить не стану?
Он с улыбкой взглянул на меня.
— Вы все практически ровесники, — пробормотала я слегка растерянно. — Нет, Кирроси, он старше. Значит, он?
Лукер как-то неопределённо покачал головой.
Немного подумав, пожала плечами. Признаться, я особо не уточняла, кому и сколько лет, потому как год на каждой планете имеет своё значение. И сравнивать, пересчитывать… дело муторное.
— Говори, — я повернулась к оршу.
— Далам. Если что-то случится со мной, ответственность за остальных на себя берёт он и отвечать перед семьёй будет так же он. За ним — Кирроси. Мити и Дупел у нас самые младшенькие.
— У нас главной среди сестёр всегда была Астра, но Камелия порой проявляла такое ослиное упрямство, что последнее слово оставалось за ней. Лиля… мы всегда старались идти на поводу у её желаний. Знаешь, тяжело спорить с сестрёнкой, когда она смотрит на тебя снизу вверх, сидя в своём инвалидном кресле. Ну а я…
— А тебя в силу мягкого и бесхитростного характера удачно задвигали, — как-то уж слишком резко закончил он за меня. — Знаешь, что удивило в день вашего прилёта? Камелия психанула на Маэра, пошла в мой катер, я тогда тоже был хорош. Вел себя как… Впрочем, ты лучше меня можешь выразиться, как кто я был тогда. Она хлопнула с силой дверью катера, я следом, сработала блокировка. Я ведь даже не сразу понял, почему ты не садишься. Ты так растерянно смотрела и не двигалась, не пыталась мне жестом показать, что что-то не так, не злилась, не стучала по стеклу. А просто стояла и растерянно смотрела, пока Кирр не утащил тебя к себе. Мне тогда так стыдно за себя стало. Стоит малышка, чуть не плачет, а я, как идиот, не могу эту дверь открыть. Прости меня за тот день, Петуния. Правда, прости. Чем больше я думаю об этом, тем лучше понимаю, откуда у тебя такая неприязнь ко мне. Сам виноват. Во всем сам виноват. И права была бабушка, сказав, что недостоин я тебя. Не про такого разгильдяя ты. Не заслужил. Я говорил, что она мне так и не согласилась помогать. И братьям запретила вмешиваться.
— Жестоко, — шепнула я смущенно.
— О, поверь, мне это на пользу пошло. Повзрослел, наконец. Многое понял. На себя иным взглядом посмотрел. Так что, когда вернёмся, ещё и спасибо ей скажу. Ты меня простишь?
Подняв голову, я выпятила подбородок и прищурилась.
— Скажешь, что вы придумали сделать с девочками, и, может быть…
— Вредина моя любимая. Сейчас всё увидишь.
  
Глава 64
 
Он не признался, интриган.
Так вот и летели над буреломом. Под нами ползали редкие животные. Шевелили поврежденными листьями некрупные кустики.
И вроде бы и пожалеть их, да только они в выигрыше оказались. Ну, подумаешь, слегка примяло, другие вон лежали с переломленными стеблями и непонятно вообще, смогут ли восстановиться. Эта часть Ялвиры еще пару дней назад была густо заселена гигантскими видами хищных цветов. Такими, что могут и нас заглотнуть и не заметить.
Я поежилась от этой мысли и, сложив руки на груди, принялась крутить головой.
— Замерзла, Пети? — Лукер воспринял мое состояние по-своему.
Выдохнув, качнула головой.
Заморозки прошли, но теплее не стало. Нам пришлось обогревать палатки и душевую, в которой и засели гордые кендалийки.
Хотя мне уж точно жаловаться не приходилось. Меня своим огромным телом согревал орш. Не приставал, не распускал руки, а обнимал и нежно прижимал к себе… проходимец!
Приручал!
Но холодно было не одним нам. Мы хотя бы теплокровные, чего не скажешь о цветочках. Им приходилось изловчаться, чтобы добыть необходимые питательные вещества. Стебли гигантских хищных лиан толщиной с человеческое тело извивались словно змеи, пытались выползти из-под поваленных деревьев и переползти к уцелевшим. Им жизненно важно было забраться выше, туда, где доставали теплые лучи местной звезды.
  
Те, кому это удалось, скручивались вокруг толстых веток, словно удавы, и расставляли огромные метровые листья, отбрасывая тени на землю.