Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)
Сладкий… манящий…
Я потянулась к кустику… Как он пах!
Как пах!
— А что молчим? — злобствовал за спиной Мити. — Думали какой частью? Укол одной и укол второй! И чтобы это не снимали, — обернувшись, я увидела, как ошалевшим от такой заботы близняшкам на шеи фильтры вешают.
— Они дорогие, — наконец заговорила… Лоли… Я вдруг смекнула, что все же девушки действительно отличаются. Мимикой. Интонацией голоса. Жестами. Взгляд иной.
— Я тебя что, купить это прошу? — шикнул на нее Мити. — Сказал брат носить, значит, напялили на нос и ходите.
— Сакали, но они реальных денег стоят, — вмешалась Лалу, — мы видели в прайсе. А потеряем, как вернем? У нас столько галов на картах не водится.
— Повтори, что я сказал, — Дупел прищурился.
— Носить и не снимать, — она покраснела.
— Жестко, — хмыкнул Лукер. Он подошел ко мне и окинул адалию внимательным взглядом.
А я вдруг почувствовала, как его рука медленно скользнула по моей талии. Он меня обнял. Вроде и не крепко, но как-то по-хозяйски, что ли.
Вмиг стало не до цветочка. Меня тут впервые в жизни пощупать решили, и не абы кто… А я стою как бревно, в землю прикопанное, и не шевелюсь. Лукер склонился ко мне…
— Петуния? — и взгляд такой невинный. Как будто не его большой палец верхнюю часть моей попы поглаживает.
— Картошка, — я указала пальцем на адалию. — Нужна картошка…
Какая картошка? Великий космос, если бы меня сейчас услышал профессор Тримашка, преподающий у нас ботанику, то меня бы пинком в сельскохозяйственную теплицу отправили на отработки.
Потому что не картошка, а клубень!
Сглотнув, я выдохнула. Мужская рука с талии спустилась чуть ниже.
— Лукер?
— М-м-м?
— Не наглей.
— М-м-м?
— Я тебе ещё за зад меня щупать не позволяла.
— А когда позволишь?
Я призадумалась. Но через мгновение тряхнула головой и возмущённо уставилась на этого… А у него глаза блестят, ноздри раздуваются… На щеках румянец.
— Девочки! Маски на них! Быстро! — заголосила, наконец вспомнив о ещё одном замечательном действии адалии. — Это же мужской мощный афродизиак!
Схватив фильтр, я припечатала его к носу и рту Лукера.
Позади тоже запищали и засуетились.
Затянув крепления, я не удержалась и опустила взгляд на штаны орша.
О, как оно все там подействовало! Ну, прямо горный пик в районе ширинки вырос. И так заманчиво, но в то же время неприлично.
Срамота. Она самая, родненькая.
Обернувшись, я заметила, как кендалийки оценивающе таращатся туда же у Мити и Дупела.
И, судя по тому, как краска заливает их уши, наши бравые братцы расу свою не посрамили и не опустили в глазах женщин.
— А че делать-то? — прошептала Лалу.
Через маску фильтра прорезались сакальи счастливые оскалы.
— Может, укольчик им какой? — предложила Лоли. — Ну, успокоительное.
Теперь на сестер смотрели с осуждением.
Я же опять вросла бревном в землю, потому как руки Лукера снова опустились на мой зад.
— Уколы, — кивнула я. — И быстро.
Отпрянув от возбужденного орша, рванула к аптечке, которую девочки уже тащили в наш катер. Забравшись в него, двери захлопнули.
Уставились друг на друга взглядом засидевшихся в девках девственниц.
— Неопытная, да? — уточнила Лоли.
Я покачала головой.
— И на нас впервые у кого-то интерес привстал, — хихикнула Лалу.
— Привстал? Да там горные пики! У всех, — я указала через лобовое окно на трех оставшихся снаружи возбужденных мужчин.
А у них такие улыбочки на лицах…
— Фильтры не срабатывают, — пробормотала Лоли. — Масла адалии, говорят, за хорошие деньги в бордели продают.
— Жаль, нужных знакомств нет, хоть подзаработали бы, — печально выдохнула Лалу. — Мы потому сюда и рванули, когда поняли, что теперь вы у нас плотно на хвосте. Ну, решили, что парни помогут клубеньки найти, а мы потом отблагодарили бы.
— Ага, — закивала вторая близняшка. — Но что-то не подумали, что оно вот так будет.
— Успокоительное, — выдохнула я, глядя на Лукера. — Иначе благодарить прямо здесь начнем. Они же невменяемые станут, если основательно так надышатся.
Девчонки переглянулись и тоже полезли в аптечку.
Мы рылись, перекидывая все на сидения. Читали названия на ампулах, поглядывая в окно. А к нам уже подбирались. Медленно, но с маниакальными взглядами.
— Нашла! — Лоли потрясла коробкой. — Отцу такое кололи, помнишь?
— Да, когда он буйным становился, — Лалу закивала. — Дай.
Она умеючи заправила в шприц-пистолет три капсулы и подняла на меня взгляд.
— Уколы делать умеешь?
Я покачала головой.
— Значит, все сама сделаю. На выход!
Мы выбрались. Мужчины заулыбались совершенно по-идиотски. Мы отходили, они нагоняли. Лалу, приманив Дупела, обошла остальных. Приблизившись к сакали, положила ему ладонь на плечо, и пока тот млел от счастья, приставила ему шприц к бедру.
Укол через штаны. Первый!
Дупел нахмурился, но смолчал.
Дальше проще.
Раз — выпученный взгляд у Мити.
Два — такой же у Лукера.
Они и не заметили, как к ним подкрались со спины и сделали контрольный выстрел успокоительным в ягодицы.
— Теперь что? — тихо спросила у вернувшейся Лалу.
— Ждем минуты три. Отца примерно так отпускало.
Переглянувшись, мы снова рванули в катер, забрались на сиденья и хлопнули дверями.
Глава 49
…В боковое окно деликатно постучались. Переглянувшись, мы осторожно выглянули. Лукер выглядел донельзя сердитым, при этом он крепче фиксировал фильтр на лице.
— Кажется, все, — шепнула Лоли.
— Так только мы вляпаться можем, — проворчала Лалу, — ну почему нам вечно так везет?
— А чего, наши мальчики, между прочим, подарок судьбы, — фыркнула я на них.
— Знаешь… Петуния. Если бы серьезно — это одно, — Лалу недовольно поджала губы. — А так помусолили и бросили… нам не до таких отношений. И так все сложно, и куда ни ткнись — везде облом и подстава. Не до шашней.
— Хм, а если они серьезно… — начала было я, но меня одарили такими взглядами, что рот я таки прикрыла.
Ладно, я в нужные уши информацию вложу, а там пусть крутятся. Наши сакали и не такие крепости брали. Наглостью, нахрапом и харизмой.
Стук повторился.
Выдохнув, я открыла дверь и, покосившись на штаны орша, вышла.
— И что это было? — взгляд Лукера стал и вовсе зверским. — Тебе, прелесть моя, это в оранжерее зачем?
Он ткнул пальцем в адалию.
— Изучать и… ну, красивая она.
— Изучать? — взревел он. — Так, может, мне фильтр снять и в кусты тебя увести? Эксперимент в полевых условиях ставить будем!
— Да хватит тебе, — психанула уже я. — Ну, забыла. Афродизиаки — это не область моего интереса. Высажу цветок в закрытый бокс с хорошей фильтрацией воздуха, и все. Не будь таким.
Развернувшись, я, не дожидаясь девчонок, направилась к цветку, мне нужны были его клубни…
… Мы рылись во влажной скользкой земле уже несколько минут. Вывозились не хуже свинок. В руках у каждой небольшая лопатка, в глазах — непрошибаемое упрямство. Носы в земле. Челюсти сжаты.
Мешало одно — ходящие по кругу мужчины, оценивающие, как мы ловко ползаем на четвереньках.
Они приближаться к растению отказались наотрез. Так что все сами. Копнув в очередной раз, я осторожно сдвигала песок, боясь повредить корешки или, что еще хуже, сам клубень.
Девчонки в грязи пока тоже рылись впустую, но у них было количественное преимущество — их же две.
Это немного злило. Проигрывать я не любила. Так что, плюнув на все, увалившись на живот, я подползла к хищнице ближе. Душ есть — обмоюсь. Рисковала, конечно, все же адалия чувствует, что рядом добыча, и вполне может начать вырабатывать секрет, но пара ожогов стоила победы.
Копнув снова у толстого корешка, принялась расчищать и углублять ямку. Девчонки, глядя на меня, тоже улеглись на землю. Лалу двинулась к стеблю, Лоли же держалась чуть подальше. В храбрости она сестре явно уступала.