Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)

— Ой ли, — Соели пакостно усмехнулась и вдруг резко провела ладонью по мокрому капоту катерка и отправила брызги в лицо Риме.
Он моргнул, а после смерил её таким взглядом, что я испуганно схватилась за руку Лукера.
— Оборачивайся, — голос моего всегда такого весёлого хрона звучал словно лёд. — Всегда теперь оборачивайся! Целой отсюда ты не улетишь… девка.
Развернувшись, он зло зашагал обратно к нашей стоянке.
  
— Да, в чём-то, Петуния, тебя эта девица всё же обскакала, — Лукер зло хохотнул. — Заиметь врага хрона — это дорогого стоит.
Соели прищурилась.
— Да, ну нет, — я поёжилась, чувствуя, как кожу холодит ткань мокрых штанов. — Врага в их лице приобрести легко, а вот друга… Так что нет. Я и здесь впереди неё.
— Моя ты умница, — Лукер прижал меня к себе плотнее. — Пойдём переоденем тебя. Не хотел, чтобы ты так рано проснулась. Думал, успею поставить нам палатку. Но дождь… Ты его пропустила, моя сонная красота. Хлестало так, что водопады с листвы обрушивались.
— Ну вот, — я вмиг забыла о Соели. — Почему не разбудил?
— Петуния, здесь похоже дождь каждый день. Успеешь насмотреться. Мы ещё над палатками специальный навес сделаем, и преграду для воды по периметру. Я это предусмотрел. Будет у тебя самый лучший лагерь.
Я растроганно вздохнула и нашла взглядом злющую Соели.
У неё глаза ненавистью буквально пылали.
— Лукер, а можно ещё защиту какую-нибудь, чтобы разные здесь не ползали и не пугали меня почём зря?
— Можно, — он снова хохотнул. — Раз долбанёт, второй не полезут… всякие. К тому же Риме её запомнил, теперь почувствует ещё на подходе. Зря она с ним так… Но наукой будет. Всё, пойдём менять тебе штаны.
— И куртку чистить, — закивала я.
Странно, но вот сейчас находиться на руках Лукера мне было комфортно. И даже смущение пропало. То ли его мягкость подкупила, то ли сказалось то, как он утёр нос Соели.
Или всё сразу. Но я гордо отправилась на руках огромного орша в сторону нашей стоянки, но, не выдержав, обернулась и бросила на Соели такой взгляд, словно она червь навозный.
Зашипев, кендалийка пнула ногой по луже, заливая грязью бампер нашего катерка.
— Вот… гадина, — выдохнула я.
— Спокойно, — голос Лукера даже не дрогнул. — Мы ещё макнём эту принцессу лицом в болото. Я, конечно, не привык воевать с женщинами. Как-то это не красит мужчину. Но вот ради этой особы сделаю исключение. Прибежала мымра смотреть, что у нас и как. Прав был Кирр, когда сказал, что они сами из себя ничего не представляют. Будут нас копировать во всём. Так что предоставятся нам возможности научить их жизни.
  
Глава 30
 
Затащив под тяжелый, плотный навес, Лукер усадил меня на ящик и, порывшись в одном из рюкзаков, вытащил комплект специальной одежды.
— Пока вот в это переоденем тебя, Петуния. Сыро здесь и ветер нехороший. А как палатку установим, так уже нормальные вещи в ход пойдут.
Я осмотрела костюм. Непромокаемые брюки, такие же были сейчас на нем. Носки, футболка и куртка с накладными карманами. Совершенно неженственный наряд, но меня это вполне устраивало.
Кивнув, я оглянулась.
Как бы переодеваться у всех на виду — такое себе удовольствие. Хотя от ребят меня скрывал контейнер. Риме и вовсе куда-то отошел. Соседи слишком далеко.
Я уставилась на орша:
— Подглядывать не буду, — он прищурился.
— Не привыкла я к тебе такому, — пробормотала, расстегивая на себе его куртку. — Как будто и вовсе незнакомы.
— Орши, Петуния, не бывают легкомысленными, — четко произнес он в ответ, поворачиваясь ко мне спиной. — Тебе пора бы присмотреться к нам внимательней. Ты единственная из сестер, кто до сих пор не осознает, в какую семью попала. Кто мы и что из себя представляем.
Сбросив с плеч мокрую куртку, я просто отодвинула ее подальше, сложив так, что можно было бы накинуть на ноги в любой момент.
Его слова меня задели.
— Все я понимаю. Вы серые контрабандисты. Бывшие. Астра говорила…
— Петуния, у меня на поясе два бластера, — перебил он меня. — Посмотри на Мити и Дупела, да они же обвешаны оружием. Ну какие серые контрабандисты? Я не хочу тебя пугать, но и оставлять тебя в столь наивном непонимании опасно. Мы действительно занимались контрабандой. Черной, Пети. Часто еще и пиратством. Просто если я завтра наведу на кого-нибудь бластер и выстрелю, я не хочу видеть испуг и непонимание на твоем лице. На Ялвире не только ботаники обитают. Вы здесь как раз и вымирающий вид. Эти земли богаты драгоценными минералами. Камнями. Металлами. Так что напороться в кустах можно не только на голодную флору или фауну, а еще и на бывших коллег.
Насупившись, я стянула мокрые штаны и отбросила их. Следом быстро отправила футболку, подняла голову и натолкнулась на пылающий взгляд орша. Он смотрел через плечо и улыбался так, что волоски на руках приподнялись и, кажется, обуглились. Сердце забилось как сумасшедшее.
Взвизгнув, я схватила куртку и прикрылась.
— Ты! Лукер! Сказал же, что…
— Что? — он приподнял бровь. — Я ничего не говорил, Петуния, ну, кроме того, что ты наивная и доверчивая.
— Ты! Ты сказал, что не будешь подглядывать!
— Да, — он кивнул. — А я и не подглядываю. Я открыто наслаждаюсь прекрасным зрелищем.
Он тихо засмеялся и отвернулся.
— Ну как теперь тебе верить? — я плотнее прижала к себе куртку.
Выставилась перед ним в одном нижнем белье, дурочка. Ну как так?
— Петуния, ты уж прости, но стояла бы за моей спиной любая другая, мне было бы все равно. Честно. Не отрицаю, что… ладно, да, женщин я любил. Лица, правда, не запоминал, что меня, конечно, не красит. И тебе это последнее, о чем нужно рассказывать. Но боюсь, я сам виноват в своих бедах. Если бы слушал бабушку и сначала смотрел на лицо девушки и оценивал ее как личность, а потом бы нырял взором в ее декольте, то и счастлив давно уже был. Но я ее не слушал, и помогать мне она отказалась. Так что все сам. — Его плечи опустились. — Переодевайся и привыкай к моему вниманию. Так уж вышло, что теперь меня интересуют исключительно твои прелести.
— И что, это повод подглядывать? — прошипела на него.
Не убирая куртку, я села на ящик и принялась натягивать серую плотную футболку.
— Считай, что я напомнил себе, ради чего потею здесь.
— Угу, — промычала, осторожно убирая в сторону свою защиту. — Прости, что не третий размер. Разочаровала.
— Дурная голова ты, Петуния! — громко хмыкнул он. — Но, признаюсь, у тебя там всё совершенно.
Я снова фыркнула, потому как прекрасно знала, что и животик небольшой имеется, и жирок на попе. У Ками такого добра отродясь не водилось. Вот там всё подтянуто.
— Не ври мне, Лукер. Ненавижу, когда так делают.
— Ну хорошо, — он снова пожал плечами. — Тогда честно скажу: не видел никого прекраснее тебя. Носки надевай быстрее. А обувь для тебя… А, не вытащил же.
Он обернулся и сгреб мои мокрые шмотки, закинув их в металлический бак непонятно для чего. Покрутившись, забрал у меня и свою капитанскую куртку, отправив туда же. Рядом пристроил мою испачканную обувь. Снова зарылся в свой армейский рюкзак и выудил оттуда мешок. Раскрыв его, достал высокие водонепроницаемые сапоги.
— В такую погоду, Петуния, ходить только в них.
Не поднимаясь, он обернулся и сцапал мою ступню. Сжал ее, странно усмехнувшись, и натянул сапог. Затем следующий.
— Вот так. Теперь порядок.
Улыбнувшись, он поднял на меня голову.
Я сидела в серой мешковатой одежде и глазела на него.
Бровь на лице орша вопросительно приподнялась. А я ничего сказать не могла. Отупела от близости с ним.
  
Это была какая-то неправильная реакция на этого мужчину.
Где там моя неприязнь и принципы? Ау-у! Чего я тут сижу и слюну сглатываю, таращась в его зеленые глаза?
— Контейнеры для растений вытащили? — брякнула первую здравую мысль, которая мне пришла в голову, глядя на те самые контейнеры.