Князь Беркутов-Туманный (СИ)

— Поль, Ира — самый знающий, въедливый и справедливый экзаменатор из всех, с которыми я когда-либо сталкивался, поэтому считаю твои девяносто семь баллов не только серьезнейшим личным достижением, но и очередным следствием твоей добросовестности, последовательности в достижении наших общих целей и стремления жить семьей. Мне приятно. И я с удовольствием дарю тебе тюнинговую «Стихию», на которой сейчас гоняет Света. Так что привыкать к езде по дорогам общего пользования ты будешь на своей машине.
  
— Спасибо… — еле слышно выдохнула девочка, спрятала увлажнившиеся глаза за густыми ресницами, поколебалась и решительно поймала мой взгляд: — … и за машину, подаренную от всего сердца, и за тепло души. Причем не изображаемое, а настоящее: в прошлой жизни я чувствовала его только от Лизы, а в этой — от всей Стаи. Вот и отвечаю. Тем же. Как умею. И до смерти боюсь вас разочаровать. Или проснуться. Лаптевой…
— Та жизнь канула в Лету, Птичка! — мягко улыбнулся я, неожиданно для самого себя ласково погладил Полю по русой головенке и торопливо сдвинул фокус ее внимания с прикосновения на совет: — Поэтому отпусти ее. Совсем. И радуйся этой — она ведь стоит того, верно?
— Верно… — эхом ответила она, но недостаточно энергично.
Пришлось «лечить»:
— Открою страшную тайну: решив подарить тебе одну из самых быстрых машин современности, я надеялся увидеть в твоих глазах счастье, буйный восторг и предвкушение…
…Счастье, буйный восторг и предвкушение появились во взгляде нашей воспитанницы в начале шестого, сразу после того, как Ира закончила разбор полетов и поздравила подопечных с переходом на новый уровень обучения, а я, дождавшись относительной тишины, сообщил, в каком режиме мы поедем домой:
— Наталья Родионовна, вы садитесь за руль «Стрибога» Ольги и везете ее, ты, Поль, прокатишь меня на «Стихии», а все остальные полюбуются нами с «Орлана».
— Ух-ты!!! — восторженно выдохнула Максакова и… согласно кивнула: — Все правильно: за фантастический результат, показанный на экзамене, надо радовать фантастическим поощрением. А «Стихия» Игната Даниловича — это Машина Мечты для всех, кто хоть что-то понимает в автогонках!
— Я тоже так считаю… — без тени улыбки заявил я, подождал, пока дамы выскажут аналогичные мнения, и погнал всю толпу к автомобилям.
Первым делом отогнали учебные на площадку прокатной конторы. Пока я сдавал их очень уж флегматичному механику, Оля отвезла Иру к «Орлану», а та перегнала квадрокоптер поближе к нам. Потом Света с Лизой, пожелали удачи начинающим гонщицам и унеслись в воздушный транспорт, Полина и Наталья Родионовна забрались на водительские места, а мы с женой какое-то время изображали консультантов. Кстати, в удовольствие — наши подопечные, уже научившиеся правильно подстраивать под себя сидение, руль, зеркала и педальный узел, не очень быстро, но очень уверенно подготовились к «гонке», доложили, что готовы, по моей команде тронулись с места и образовали мини-кортеж. Первые минут десять катались по территории автодрома, привыкая к незнакомым автомобилям. А после того, как Дайна доложила, что «мелкие шероховатости» исчезли, по моей команде подкатили к КПП и вырвались на оперативный простор.
Вела Полинка. В режимах, которые задавал я, но неизменно уверенно, спокойно и надежно. Что интересно, отрешившись ото всех эмоций и разогнав восприятие до нынешнего предела. Поэтому, подъезжая к нашему съезду с автострады, я пребывал в прекраснейшем настроении и предвкушал приятное продолжение дня с шашлыками, посиделками у моря и ночным заплывом к горизонту. Хотя нет, не так: это предвкушение ощущалось «на первом плане». А «весь остальной объем души» переполняли умиротворение и блаженство.
Они же заставили наблюдать за процессом парковки через «солнечную» линзу и сподобили поделиться с девочкой частичкой «благодати»:
— Поль, ты у нас умничка, и я тобой горжусь…
Эта похвала, что называется, зашла: осчастливленная мелочь включила турборежим и весь следующий час пыталась объять необъятное. В смысле, с невероятным энтузиазмом носилась между коттеджем и площадкой у мангала, помогая андроидам наводить уют, помогала мне насаживать мясо на шампуры, помогала Оле и Свете выбирать вкусняшки на сетевой страничке какого-то продуктового магазина Лукоморья, встречала фургон службы доставки
и даже нарезала «особо вкусный» фруктовый салат.
Да, злобная мелочь тоже не бездельничала, но от нее тянуло весельем, а от Полинки — счастьем. И эта разница зацепила даже Наталью Родионовну — в какой-то момент она подошла ко мне и, дождавшись очередного исчезновения девчонки, уважительно хмыкнула:
— Вас и ваших подруг любят обе девочки. Но у любви Максаковой есть границы. А Полина растворилась в этом чувстве целиком и отдает семье всю себя. Но больше всего удивляет не это, а сочетание внутренней мягкости со стальной волей, фантастическим упорством и невероятно жестким характером — как только ваша воспитанница сформируется в этом ключе, Высший Свет вздрогнет…
— Пусть вздрагивает — мне его не жалко… — ухмыльнулся я, выслушал доклад Дайны о «готовности пляжа к разврату» и погнал гостью на берег.
Шашлык жарил сам. С активнейшей помощью Птички и редкими, но меткими советами верной помощницы. Поэтому мясо получилось на славу: первую партию компания смолотила за считанные минуты, вторую смела с тарелок ненамного медленнее, а третью принялась смаковать. Но только из-за ограниченной емкости желудков.
Все бы ничего, но в тот момент, когда я уставился на кусок, который мог в себя и не впихнуть, Ира вдруг встала из-за стола и танцующим шагом пошла в сторону дома, а Дайна сообщила о срабатывании одного из масс-детекторов, которыми некогда щедро засеяла море. После чего продолжила:
— Игнат, учти, что аквалангист не один: в группе их четыре… нет, одиннадцать… точнее, семнадцать человек! И если все они — хотя бы Гридни, то тут вот-вот станет очень жарко. В общем, я нейтрализую СБ-шников, на всякий случай сгенерировав «веселые картинки» для всех видеокамер поселка, под невидимостью уведу Иришку к «Орлану» и в нужный момент поддержу вас с воздуха. А вы жгите по полной программе: я уверена, что Карамзина нас не сольет. Далее, девочек в коттеджи не загоняй: если гости шарахнут чем-нибудь площадным, то здания превратятся в братские моги— … Оп-па, а вот еще одна группа! В ней восемь человек. Подошли с севера на вингсьютах, открылись километрах на двух с половиной и начинают «скручиваться».
«Силуэты» группы подводных пловцов я заметил секунд через десять, оценил «яркость» энергетических систем и мысленно присвистнул — к нам ломился целый Князь, пятеро достаточно сильных Богатырей, девять Бояр и два Гридня!
Времени на раскачку оставалось все меньше и меньше, поэтому я уронил вилку на тарелку, чертыхнулся, привлекая к себе все внимание, и с виноватой улыбкой выдал первую пачку ценных указаний:
— Всем внимание: продолжаем изображать расслабление, не меняемся в лице и вдумываемся в то, что я говорю!
Ольга со Светой, заметившие незваных гостей одновременно со мной, продолжили жевать, как ни в чем не бывало, Кувалда прищурилась, а мелочь вцепилась в свои бокалы чуть более энергично, чем хотелось бы. Но, в общем и целом, наше поведение не изменилось, поэтому я рассмеялся и добавил к голосу жестикуляцию:
— Ожила моя чуйка. Она реагирует на плотность защитных покровов и, как правило, не ошибается. В данный момент к нам приближается один Князь, несколько Богатырей и Бояре. Назвать точное число людей в группе я, увы, не смогу — ощущение от чуйки слишком общие. Зато знаю, что незваные гости плывут с половины второго относительно положения моего корпуса, и не по поверхности моря, а под водой. Что, по определению, пахнет вторжением на частную территорию и автоматически ставит этих личностей вне закона.